Афганки: Афганки дали отпор талибам* флешмобом в соцсетях

Содержание

Афганки дали отпор талибам* флешмобом в соцсетях

«Талибан (организация запрещена в России)», пришедший к власти в Афганистане, все сильнее оказывает давление на общество, особенно женщин. Однако афганки не хотят подчиняться. Они не только выходят на митинги в Кабуле, но и запустили флешмоб в соцсетях, отстаивая свои права на ношение светской одежды.

На днях «Талибан» потребовал разделения в учебных заведениях по классам в зависимости от пола, а также обязал студенток, преподавателей и других работниц носить хиджабы, которые являются обязательным атрибутом у женщин в соответствии с их толкованием шариата. В ответ на это афганки разместили свои фотографии в ярких и красочных традиционных платьях — они резко контрастируют с черным хиджабом.

close

100%

Студенты на занятиях в университете в Афганистане, 6 сентября 2021 года

Reuters

Запустила кампанию Бахар Джалали, бывший преподаватель Американского университета Афганистана (это первый частный университет в стране), в LinkedIn. Ее коллеги и другие неравнодушные поддержали инициативу в Twitter, используя хэштеги #DoNotTouchMyClothes и #AfghanistanCultur.

«За всю историю Афганистана ни одна женщина не одевалась подобным образом, — прокомментировала Джалали фото женщины в парандже. — Это совершенно чуждо афганской культуре. Я разместила свою фотографию в традиционной афганской одежде, чтобы информировать, просвещать и опровергать дезинформацию, распространяемую «Талибаном».

No woman has ever dressed like this in the history of Afghanistan. This is utterly foreign and alien to Afghan culture. I posted my pic in the traditional Afghan dress to inform, educate, and dispel the misinformation that is being propagated by Taliban. https://t.co/jrp772jIKu

— Dr. Bahar Jalali (@RoxanaBahar1) September 12, 2021

Действительно, если набрать в поиске Google «афганская традиционная одежда», то ничего подобного с нынешним дресс-кодом афганок не увидеть.

Национальные афганские платья с плиссированными юбками и объемными рукавами украшаются вышивкой ручной работы и разноцветными стеклянными бусинами. Наряды выполнены в красных, фиолетовых и зеленых цветах. Так называемую «демоверсию» этих платьев афганки на протяжении последних 20 лет носили в университеты или на работу, сообщает «Би-би-си».

В продолжение кампании в соцсетях свое фото в традиционной одежде разместила Васлат Хасрат-Назими, руководитель афганской службы DW News. «Это афганская культура, и именно так одеваются афганские женщины», — написала она в Twitter.

Me wearing traditional Afghan attire in Kabul. This is Afghan culture and this is how Afghan women dress. @RoxanaBahar1 pic.twitter.com/fUZSqy4rRK

— Waslat Hasrat-Nazimi (@WasHasNaz) September 12, 2021

Пеймана Ассад, британский политик афганского происхождения, заявила в своем посте: «Наша национальная одежда — это не костюмы дементоров, которые талибы заставляют носить женщин».

This is Afghan culture. My traditional dress #AfghanWomen

Thank you to Dr @RoxanaBahar1 for the inspiration.

Our cultural attire is not the dementor outfits the Taliban have women wearing. pic.twitter.com/i9wFASfWR6

— Peymana Assad (@Peymasad) September 12, 2021

К флешмобу присоединились сразу несколько афганок, работающих в «Би-би-си». Журналистка Сана Сафи

написала: «Если бы я была в Афганистане, то на голове у меня был бы платок. Это настолько «консервативно» и «традиционно», насколько вы себе только можете представить».

Ее коллега Содаба Хайдаре поделилась аналогичными фото в национальной одежде и сообщила: «Это наша традиционная одежда. Мы любим буйство красок. Даже наш рис разноцветный, как и наш флаг».

this is what an afghan woman looks like. this is our culture. this is our traditional dress. we love lots of colour. even our rice is colourful and so is our flag.
Inspo @RoxanaBahar1 pic.twitter.com/cj3FxfzROT

— Sodaba (@SodabaH) September 12, 2021

Судя по социальным сетям, все женщины склоняются к одной мысли: их одежда — это их идентичность и право.

«Афганские женщины носят именно такие красочные и скромные наряды. Черная паранджа никогда не была частью афганской культуры, — сформулировала общий посыл в Twitter Спожмай Масид, правозащитница из Вирджинии. — На протяжении веков мы были исламской страной. Да, наши бабушки одевались скромно, но в традиционную одежду, а не в замызганные бурки».

This is our Afghan authentic dress. Afghan women wear such colorful and modest attires. The black burqa never has been part of the Afghan culture. #FreeAfghanistan pic.twitter.com/v9LIbcvklG

— Spozhmay Maseed (@spozhmey) September 12, 2021

Судьба афганок вызывает опасения после прихода к власти талибов. Запрещенная в России организация правила страной с 1996 по 2001 года, осуществляя жесткую политику относительно женщин. Их подвергали насилию, против воли выдавали замуж, заставляли сидеть по домам, запрещали работать и учиться после 12 лет.

На этот раз представители Талибана обещали более мягкий подход. «Мы собираемся разрешить женщинам работать и учиться. Конечно, будут определенные рамки. Женщины станут важной частью афганского общества, но в рамках ислама», — приводило слова представителя движения «Талибан» Забихулла Муджахида ТАСС. Однако эти обещания пока выполнены не были (за исключением права на образование).

Афганки и талибы* – Мир – Коммерсантъ

20 октября состоится заседание московского формата по Афганистану, на котором будет обсуждаться политическое будущее страны. Этот диалог станет очень важной возможностью для российского руководства: если он внесет свой вклад в будущую стабильность Афганистана, то эффект будет ощущаться далеко за пределами афганских границ.

Одна из острых проблем после смены в власти в Кабуле — положение афганских женщин.

Множество фактов свидетельствует о том, что общества, в которых женщины и девочки обладают такими же возможностями, как и мужчины, живут гораздо благополучнее.

Положение женщин в любой стране тесно связано с ее безопасностью и успешностью. К сожалению, Афганистан в этом отношении имеет ужасную репутацию.

В связи с этим самое время напомнить, что Россия — государство—участник Конвенции ООН о ликвидации всех форм дискриминации женщин. Конституция Российской Федерации гарантирует равенство между женщинами и мужчинами. Поэтому московская встреча по Афганистану станет прекрасной возможностью для России оказать влияние на будущее девочек и женщин в этой стране, следуя духу своих обязательств, и помочь Афганистану преодолеть его нынешние проблемы.

Ситуация остается крайне тяжелой для всех афганцев: страна находится на грани голода, мировое сообщество под эгидой ООН уже пообещало выделить более $1 млрд на оказание гуманитарной помощи афганскому народу. Одно из новых предложений — провести очередную конференцию под эгидой ООН по гуманитарному содействию Афганистану.

Привлечение афганских женщин к этому процессу поможет обеспечить оптимальное распределение этих средств — они должны оказаться там, где нужны больше всего.

Если говорить о ситуации в мире в целом, то все больше фактов свидетельствует о том, что женщины повышают эффективность распределения ресурсов. Всемирный банк подтвердил важную роль женщин в экономике, установив, что экономический рост становится более высоким и устойчивым, когда женщины и мужчины в полной мере представлены на рынке труда.

Кроме того, когда женщины распоряжаются доходом, это идет на пользу семьям, поскольку больше средств тратится на питание, здоровье и образование.

Права афганских женщин и девочек имеют стратегическое значение для будущего страны, и их гарантия будет способствовать как политической стабильности, так и экономическому развитию. Кроме того, участие афганских женщин в выработке мирного соглашения повысит вероятность того, что оно станет более устойчивым и жизнеспособным.

Недавно состоялся Женский форум по Афганистану, в котором приняли участие женщины-лидеры мирового уровня и афганские женщины-лидеры, отстаивающие права рядовых афганок. Все они пришли выводу, что происходящее в Афганистане повлияет на весь мир, и это дело касается всех.

«Мы надеемся, что Россия поддержит нас и выступит за вовлечение афганских женщин и девочек в социальную, политическую и экономическую жизнь страны, а также будет способствовать скорейшему признанию новыми афганскими властями базовых принципов, согласно которым все люди рождаются свободными и равными в своем достоинстве и правах».

*талибы — представители запрещенного в РФ движения «Талибан»

Маргот Вальстрём — председатель Женского форума по Афганистану, бывшая глава МИД Швеции; Сусана Малькорра — бывшая глава МИД Аргентины

«Я думала, что он меня убьет». История афганки, которой муж отрезал нос

  • Сваминатан Натарджан и Нур Шафак
  • Всемирная служба Би-би-си

Предупреждение: в статье опубликованы фотографии, которые могут шокировать. Также в ней содержится детальное описание сцен насилия.

Автор фото, BBC

Подпись к фото,

Зарка говорит, что довольна резльтатом операции

После 10 недель страданий Зарка, наконец, увидела луч надежды. «Я счастлива, что у меня снова есть нос… Это хорошо, очень хорошо» — сказала она врачам, меняющим стерильную повязку после операции по восстановлению ее лица.

Зарка увидела свой новый нос. И хотя его покрывали швы и запекшаяся кровь, ее лицо снова стало почти нормальным.

Если верить одному из афганских опросов, на который ссылается Фонд ООН в области народонаселения, 87% женщин этой страны хотя бы раз в своей жизни становились жертвами физического, сексуального или психологического насилия.

В худших случаях мужья или другие мужчины из их семей набрасывались на женщин с ножами или обливали их кислотой.

Последнее нападение мужа Зарки закончилось тем, что он отрезал ей нос перочинным ножом.

Автор фото, Dr Zalmai Khan Ahmadzai

Подпись к фото,

К моменту, когда Зарку осмотрел доктор Залмаи, у нее уже была инфекция

«Мой муж ревновал меня буквально ко всем», — рассказала она. Обвинения в неверности, как правило, заканчивались избиениями, которые превратились в ежедневный кошмар: «Он обвинял меня в безнравственности. Я отвечала, что это — неправда».

Зарка вышла замуж, когда ей было 18 лет. Сейчас, после 10 лет брака, у нее есть шестилетний сын. За эти годы она привыкла к избиениям, но никогда не думала, что муж зайдет так далеко.

Реконструкция

«Сегодня я посмотрела в зеркало и увидела, что нос выглядит гораздо лучше»,- сказала она Би-би-си.

Подпись к фото,

Доктор Залмаи Хан Ахмадзаи сделал операцию бесплатно

Трехчасовая операция проходила под местной анестезией. «До операции я выглядела просто ужасно», — вспоминает Зарка.

В разоренном войной Афганистане есть всего несколько хирургов, способных сделать подобную операцию. Доктор Залмаи Хан Ахмадази очень доволен результатом: «Операция прошла хорошо, без инфекций. Было, правда, небольшое воспаление, но ничего страшного».

За прошедшее десятилетие через руки Залмаи прошли десятки женщин, изуродованных мужьями, братьями или отцами. Уродование лиц запрещено в исламе, но эта варварская практика, возникшая еще в доисламские времена, никуда не уходит.

Долгий путь к исцелению

Зарка родилась в очень бедной семье в районе Заргун Шар, расположенном в 250 км от Кабула, неподалеку от границы с Пакистаном. Она не получила никакого образования и не умеет ни читать, ни писать.

Автор фото, Dr Zalmai Khan Ahmadzai

Ее деревня фактически находится под контролем талибов. Для того, чтобы она могла отправиться в Кабул на лечение, потребовались долгие переговоры между местными политиками и боевиками.

Пока они шли, доктор Залмаи заразился коронавирусом, а его жена от него умерла. Похоронив жену в Джелалабаде, Залмаи вернулся на работу как раз к тому времени, как Зарка добралась до столицы.

На первом осмотре врач обнаружил, что рана воспалилась, поэтому прежде всего ему пришлось прописать ей противовоспалительные и антисептические средства, а также витамины, потому что его пациентка страдала от анемии.

Через пять недель Зарка вернулась в Кабул, где 21 июля ей сделали операцию.

Подозрения и насилие

Зарка дала согласие на то, что Би-би-си будет снимать процесс ее выздоровления. Она также рассказала о том, в каком аду ей пришлось жить.

Автор фото, Dr Zalmai Khan Ahmadzai

Подпись к фото,

Операция проходила под местным наркозом

Ее муж, с которым они приверно одного возраста, зарабатывал на жизнь тем, что присматривал за скотом более зажиточных соседей. Они поженились 10 лет назад, у них есть шестилетний сын.

Зарка и ее муж были помолвлены с раннего детства. «Помолвку организовал мой дядя. Я была совсем маленькой и не знала ничего ни о жизни, ни о замужестве. Я вообще не помню, сколько мне тогда было лет», — вспоминает она.

Более того, она не помнит, спрашивал ли кто-нибудь ее согласия на брак.

Бартерный брак

Через много лет Зарка обнаружила, что дядя обменял ее на одну из сестер мужа, на которой он хотел жениться: «Мой дядя не мог заплатить выкуп за невесту, поэтому и предложил меня».

Подпись к фото,

Зарка после операции

Многие афганские семьи требуют денег с мужчин, которые хотят жениться на их дочерях. Этот обычай незаконен, но широко расространен.

Только после замужества Зарка поняла, что ее муж жестоко обращался со своими сестрами, хотя так и не смогла понять почему, поскольку тот не был ни наркоманом, ни душевнобольным.

«Я боялась, что он меня убьет»

Всего через год после свадьбы муж Зарки заявил, что намерен жениться еще раз.

Полигамия в Афганистане — не редкость, и в этом не было ничего удивительного. Проблема была в том, что он так и не смог накопить достаточно денег, чтобы заплатить выкуп за новую невесту.

В результате он вымещал злость и разочарование на своей первой жене. «Он избивал меня так, что я боялась, что он меня убьет», — рассказала она.

В мае она сбежала из семейного дома и вернулась к родителям. Поведение мужа стало настолько непредсказуемым и жестоким, что Зарка умоляла отца избавить ее от этого брака.

Однако она не спросила разрешения у мужа на то, чтобы покинуть дом, и вскоре он пришел требовать ее обратно.

Автор фото, Dr Zalmai Khan Ahmadzai

Подпись к фото,

Врач говорит, что операция была успешной

«Я провела в доме родителей всего одну ночь, а наутро он явился с большим ножом и стал требовать, чтобы отец меня вернул. Отец и двоюродный брат сказали, что не отдадут меня до тех пор, пока он не приведет людей, которые будут готовы поручиться за его поведение».

Муж предъявил поручителей, которые уверили отца Зарки, что ничего плохого с ней не произойдет. Однако возвращение к мужу стало началом еще большего кошмара.

«Как только я вернулась от родителей, он тут же меня избил, а потом набросился на меня с ножом, угрожая отрезать нос. Я так перепугалась, что бросилась к соседям», рассказывает она.

В тот раз соседи вмешались, но облегчение было недолгим: «Он сказал, что отведет меня домой, а потом вернет родителям». Но это обещание оказалось ловушкой.

Боль и кровь

Муж привел ее не домой, а затащил в сад другого дома. С собой у него было ружье. «Он схватил меня и сказал: «Куда это ты бежишь?» Достал из кармана нож и отрезал мне нос».

Муж Зарки сказал, что изуродовал ее потому, что она отправилась в рожительский дом, не спросив разрешения, а это унизило его в глазах родственников и соседей.

После этого он ушел, оставив жену в луже крови: «Было очень больно и очень много крови. А еще было трудно дышать».

Автор фото, Dr Zalmai Khan Ahmadzai

Подпись к фото,

Зарка говорит, что ее муж обещал, что с ней ничего не произойдет. А затем отрезал ей нос

На крики сбежались соседи, один из которых даже нашел отрезанный кончик носа. Они отвели ее к местному врачу, но тот сказал, что пришить нос обратно совершенно невозможно.

Призыв к мести

Зарка старалась оправиться после нападения, но никак не могла прийти в себя, а изуродованное лицо приводило ее в отчаяние.

Мужчины ее семьи хотели отомстить, грозились, что убьют обидчика, не понимая, как он мог сделать такое со своей женой, но муж куда-то исчез.

Их гнев обратился на поручителей: «Мой отец и дяди выстрелили несколько раз по их дому, выкрикивая угрозы».

В результате полиция схватила сбежавшего мужа и посадила его в тюрьму до того, как семья Зарки осуществила свои угрозы.

Кровоточащее лицо

Подпись к фото,

Зарка говорит, что ее отец отомстит ее мужу

Конечно, местные врачи сделали все, что могли, но этого было недостаточно. Только восстановительная хирургия могла вернуть ей лицо: «Какой бы формы не был мой новый нос после операции, мне он понравится. Я хотела только одного — чтобы у меня снова был нос».

Фотографии окровавленного лица Зарки обошли всю страну и попались на глаза доктору Залмаи. Через социальные сети он пообещал, что сделает ей операцию бесплатно. Более того, он связался с местными властями в ее провинции, чтобы те помогли ей добраться до Кабула.

Лечение

«Поначалу мы работали со средней частью ее носа, там, где он был отрезан, — рассказал Залмаи, — мы использовали ткани из носогубных складок, и восстановили нос».

Подпись к фото,

Зарка говорит, что довольна результатами операции

Операция проходила под местной анестезией и Зарка была в курсе всего, что происходит: «Врачи сказали, что я поправлюсь, и что у меня снова будет нос. И это как раз то, о чем я мечтала два месяца».

Залмаи продолжает наблюдать за Заркой и уже пообщел, что, если возникнет необходимость, он готов провести дополнительное лечение, чтобы она могла чувствовать себя хорошо. Он уверил пациентку, что ток крови восстановлен, и нервы также работают нормально.

Обычно Залмаи получает за такую операцию около 2 тысяч долларов, к этому следует добавить еще $500 на выданные Зарке лекарства. К сожалению, на этом его помощь заканчивается: он может помочь ей вернуть физическое здоровье, но не психологический комфорт.

Разлука с сыном

Больше всего Зарка волнуется о сыне, который по-прежнему живет в семье арестованного мужа: «Я не видела Машука вот уже три месяца. Я хочу, чтобы он был со мной».

Автор фото, BBC

Поначалу она была рада, что сын не стал свидетелем жестокости отца по отношению к матери. Машук живет с родственниками мужа, но она не знает, где именно. Поскольку своих денег у нее нет, местный закон разрешает отцу оставить ребенка у себя.

Разлука дается ей нелегко: «Я очень по нему скучаю, когда я что-нибудь ем, то всегда о нем думаю».

Однако и отец Зарки, и ее дядя считают, что о сыне ей лучше забыть. Они опасаются, что если он выйдет из тюрьмы, он может явиться к ним в дом под предлогом того, чтобы увидеть сына.

Однако, чтобы ни случилось, Зарка не намерена возвращаться к мужу.

«Я хочу от него избавиться, я не хочу с ним больше жить. Я думаю, что после развода он не отдаст мне сына. И это — моя самая большая боль и самая большая тревога».

«Женщина не имеет никакой ценности для талибов». Рассказы афганок, уехавших от власти исламистов

После захвата Кабула руководители талибов отрицали, что страна вернется к порядкам, которые существовали для женщин при предыдущем правлении «Талибана»: с обязательным ношением бурки, запретом на работу и учебу и ограничениями на выход из дома. Однако уже 25 августа представитель организации Забихулла Муджахид заявил, что женщины должны «оставаться дома» – якобы ради их же собственной безопасности.

Казахская и таджикская службы Радио Свобода собрали истории нескольких женщин, которые застали годы предыдущего правления талибов в Афганистане. Все они уехали из страны и категорически не хотят жить при аналогичном режиме: тогда девушки не ходили в школы, не умели читать и писать и были рано выданы замуж.

Хабиба: «Отец выдал меня замуж в 14 лет. Если девушки не выходили рано замуж, талибы их забирали»

Хабибе Ибрагим сейчас 30 лет, она этническая казашка из города Кундуз в Афганистане и мать четверых детей. Когда талибы захватили власть на ее родине, она была еще ребенком. Однако ее жизнь сразу же резко изменилась: Хабиба не ходила в школу и до сих пор не умеет читать, была рано отдана замуж. Шесть лет назад женщина переехала с семьей из Афганистана в Казахстан.

Хабиба Ибрагим с семьей


«Мне было пять лет, когда к власти в Афганистане пришли талибы. У меня не было детства, мы не выходили из дома, – рассказывает Хабиба. – Мой отец выдал меня замуж в 14 лет: если девушки не выходили рано замуж, их забирали талибы. Но если девушка помолвлена, талибы ее не трогают. Мы там не могли ходить так свободно, как в Казахстане: ходили в парандже. Не могли сходить в магазин без сопровождения мужчины».

«Мы не учились. Я не обучена грамоте, – говорит Хабиба. – Сейчас, когда нас приглашают в школу, где учатся наши дети, и просят что-то подписать, мы не знаем, как это сделать. Иногда учителя ругают, спрашивают, почему мы не следим за тем, как дети учат уроки. А как нам это делать, если мы сами не учились?!»

Сейчас Хабиба работает поваром в одном из швейных цехов и ждет пятого ребенка. Она также рассказывает, что при талибах женщины в сельских районах Афганистана не имели доступа к медицинской помощи и рожали дома.

«Женщины до сих пор рожают дома, они не могут обратиться к врачам. Больницы есть только в городах, – рассказывает Хабиба. – Всех четверых детей я родила дома, свекровь перерезала пуповины всем четверым. Мы изредка обращались в больницу, но скрываясь от талибов. Если попадались, они устраивали допрос, спрашивали, зачем я туда ходила. Поэтому мы не обращались в больницу».

«Женщина не имеет никакой ценности для талибов. Женщины нужны им для того, чтобы рожали детей и нянчили их», – говорит она. У Хабибы в Афганистане остались две снохи, у обеих есть дети школьного возраста. Хабиба переживает, что эти дети могут остаться такими же неграмотными, как она и их родители.

Момина: «Разводиться нельзя. Если уйдешь от мужа, талибы возвращают к нему обратно»

33-летняя Момина Абдурахман, этническая казашка, родилась в афганском Мазари-Шарифе и часть жизни прожила при режиме талибов. В 19 лет ее выдали замуж за мужчину старше на 30 лет, она стала его второй женой. Момина прожила с мужем пять лет и в 24 года овдовела, но еще при жизни мужу удалось перевезти двух жен и детей в Казахстан. Две вдовы до сих пор живут вместе. Как и Хабиба, она не умеет ни читать, ни писать, ни считать.

Момина (в бежевом платке) с первой женой своего мужа и детьми

«Сейчас я живу с первой женой мужа. В свое время у меня никто даже не спрашивал, хочу ли я выйти замуж за этого человека. До замужества я его ни разу не видела. Отец сказал – значит все. Я молча повиновалась. Там никому не нужно твое согласие, –​ рассказывает она. – В Афганистане молодые девушки могут стать третьими, четвертыми или даже пятыми женами, если у мужчины есть деньги. Меня тоже продали за деньги. Разводиться нельзя. Если уйдешь от мужа, талибы возвращают к нему обратно. Даже если ваш муж сумасшедший, вы должны оставаться с ним до конца жизни. Женщина ничего не может поделать. Она выходит замуж и рожает детей, занимается домашним хозяйством и ухаживает за скотиной».

«Обе мои дочки растут здесь, слава Аллаху, они ходят в школу. Если бы мы сейчас были в Афганистане, то наша старшая дочь не знала бы, что такое школа, и была бы уже помолвлена, – подчеркивает женщина. – Я так благодарна мужу, что успел вывезти нас в Казахстан. Пусть душа его покоится с миром».

Фаришта: «Талибы убили моего отца и брата»

Фариште Хусейни 27 лет, она чемпион Афганистана по тхэквондо. Недавно она приехала в Таджикистан вместе с мамой.

Фаришта Хусейни

«Мой отец был убит во времена правления «Талибана». Талибы убили и моего брата. Я часто звоню друзьям в Кабул, они говорят, что ситуация остается сложной и тревожной, – рассказывает Фаришта. – Люди помнят, какими жестокими варварами были талибы во времена своего прошлого правления страной двадцать лет тому назад. В Афганистане, где все решают мужчины, женщины составляют половину населения страны! Они тоже люди, у многих женщин заслуг больше, чем у мужчин!»

Савсан: «Мне начали поступать угрозы»

Савсан Азизи

Савсан Азизи 30 лет, она тоже беженка из Афганистана и находится в Таджикистане уже полтора месяца. Савсан не замужем, она выпускница юридического факультета Кабульского университета. Говорит, что покинула страну из-за того, что родственники хотели насильно выдать ее замуж за незнакомца.

«Мне начали поступать угрозы, я вынуждена была вместе со всеми членами семьи покинуть Афганистан, – рассказывает молодая женщина. – Последние двадцать лет талибы занимались насилием и убийством мирных граждан. Как нам поверить, что они изменились? Сейчас они утверждают, что простые граждане могут жить спокойно, не опасаясь за свою жизнь, а на самом деле в ряде регионов они начали насилие в отношении простых людей, прежде всего женщин. Я сожалею, что не смогу использовать приобретенные знания для защиты прав женщин у себя на родине».

Афганки запустили флешмоб против дресс-кода в университетах — Wonderzine

Афганские женщины запустили в Сети флешмоб #DoNotTouchMyClothes, выразив протест против дресс-кода в университетах страны, введённого «Талибаном» (террористическая организация, чья деятельность в России запрещена. — Прим. ред.). Под хештегом афганки выкладывают фотографии в ярких национальных костюмах — они хотят напомнить сторонникам группировки, как на самом деле выглядит традиционная одежда для женщин в Афганистане.

К акции присоединилась афганка Пеймана Асад, которая занимает пост советницы по вопросам труда в Великобритании. «Это афганский костюм, традиционное платье. Наша одежда — это не облачение дементоров, которое талибы заставляют носить женщин», — отметила она. «Как же тогда одеваются афганские женщины? Вот как», — написала афганская журналистка BBC Сана Сафи, опубликовав свою фотографию в национальном костюме.

So how do Afghan women dress then? They ask.

This is how. If I was in Afghanistan then I would have the scarf on my head. This is as “conservative” and “traditional” as I/you can get. https://t.co/4fjoSUuJZY pic.twitter.com/VkQLQoBXDy

— Sana Safi ثنا ساپۍ (@BBCSanaSafi) September 12, 2021

this is what an afghan woman looks like. this is our culture. this is our traditional dress. we love lots of colour. even our rice is colourful and so is our flag.
Inspo @RoxanaBahar1 🇦🇫 pic.twitter.com/cj3FxfzROT

— Sodaba سودابه (@SodabaH) September 12, 2021

Напомним, «Талибан» обязал женщин, обучающихся в частных университетах страны, носить никаб — закрывающий лицо мусульманский головной убор с прорезью для глаз. Также студентки будут учиться отдельно от мужчин — преподавать им смогут только женщины либо пожилые мужчины с «хорошей» репутацией. О том, что ещё может ожидать афганок при «Талибане», можно прочитать здесь.

«Пророк Мухаммед не спустился с Небес, его родила женщина»: афганки — о своих правах

15 августа «Талибан»* взял под свой контроль весь Афганистан. Такое уже происходило на рубеже XX и XXI веков. Тогда жительницы страны лишились всех прав: их убивали, забирали в секс-рабство, били плетьми. Мы поговорили с афганками, вынужденными бежать из страны, о том, что ждет женщин, которые там остались, и почему обещаниям талибов верить нельзя.

Как талибы ущемляли права женщин за время существования террористической организации

До 90-х годов XX века, пока не появился «Талибан», афганки получали образование наравне с мужчинами, создавали движения для защиты своих прав. Несмотря на то что Афганистан оставался консервативной страной, положение женщин там постепенно улучшалось.

В первый раз талибы пришли к власти в 1996 году. За пять лет своего правления террористы превратили жизнь афганских женщин в ад. «Талибан» заставил афганок носить бурки (женская накидка на все тело, для глаз в нем оставляют сетку с прорезью. — Прим. ред.), запретил им выходить на улицу без мужчины, учиться в школе и университете, работать, обращаться за медицинской помощью к врачам-мужчинам (при этом они оказывались полностью лишены доступа к медицине, поскольку врачам-женщинам лечить людей не разрешалось). Одних девочек насильно заставляли выходить замуж за террористов, других отправляли в секс-рабство. В качестве наказания за ослушание предусматривалось избиение плетьми, тюрьма или казнь. Беженки из Афганистана говорили европейским СМИ: «Мы больше не существуем».

Режим талибов просуществовал до 2001 года. Однако даже после свержения террористов Афганистан все еще оставался крайне консервативным государством: в мировых опросах страна неоднократно лидировала как одна из наиболее опасных для женщин. При этом афганки снова получили возможность бороться за свои права. В 2004 году в Конституции было закреплено равноправие полов, женщины впервые получили документы гражданина. За 20 лет жительницы страны добились возможности работать в полиции и политике, заниматься спортом. В 2020 году активистки запустили кампанию WhereIsMyName, чтобы убедить правительство записывать имя матери в свидетельство о рождении.

В 2021 году власть в Афганистане опять захватили талибы. Несмотря на обещания лидеров террористической организации соблюдать права женщин в рамках законов шариата, многие афганки не верят им и покидают страну. Уже сейчас сотрудницам банка в Кандагаре запрещают выходить на работу. В других регионах женщинам не разрешают выходить на улицу без мужчин и требуют носить паранджу. Министерство Афганистана по делам беженцев и репатриантов фиксирует случаи принуждения женщин и девушек к браку со стороны талибов, а Daily Mail утверждает, что в секс-рабство боевики забирают даже 12-летних девочек. В аэропорту Кабула террористы поднимают руку на беженок.

19 августа талибы заявили западным СМИ, что в скором времени улемы (мусульманские богословы. — Прим. ред.) решат, можно ли будет женщинам получать образование и появляться на улице без бурки или хиджаба.

Шугуфа Абдул Фархад

28 лет, бежала в Германию

На протяжении первых пяти лет правления талибов женщины были лишены основных прав человека. Всех афганок заставляли закрывать тело с головы до ног голубой буркой. Запрещалось делать маникюр, показывать руки и пальцы, носить сандалии, чтобы не обнажать ступни. Девочкам не разрешалось ходить в школу. На улицу женщины выходили только в сопровождении мужчин. За нарушение этих правил террористы могли наказать провинившуюся плетью. Из‑за того что незнакомым мужчинам было запрещено смотреть на обнаженное женское тело, афганки не могли попасть на прием к врачу. В священных книгах ислама нет ни слова о таких жестких ограничениях — это инициатива талибов.

В первый раз я уехала из Афганистана в 1996 году, вернулась после свержения террористов. Сейчас я снова в Германии, потому что боюсь за свою жизнь. Я не сталкивалась с насилием со стороны «Талибана», но слышала страшные истории от родственников.

У моей бабушки рано умер муж. Когда их город захватил «Талибан», рядом с ней не было взрослых мужчин, только четверо маленьких детей. Ей приходилось ходить за продуктами одной. Когда талибы замечали, что бабушка нарушает их правила, они начинали громко выкрикивать оскорбления и отправляли ее домой без еды.

Еще одну историю мне рассказала кузина. Ей было всего лишь десять лет, она пошла в школу без бурки. Когда девочка надевала накидку, то почти ничего не видела. Талибы увидели ее, хлестнули плетью по спине и заставили выбирать: либо она возвращается домой, либо надевает бурку и идет учиться. Тогда она очень сильно испугалась, ей и сейчас все еще тяжело вспоминать эту историю.

К сожалению, в 2021 году ситуация во многом повторяется. Наступают темные времена, женщин не пускают на работу. С 2001 года афганки добились успеха в защите своих прав, поверили в себя, стали смелее. За несколько дней история сделала оборот и вернулась к первоначальной точке. Думаю, теперь талибы будут подавлять и запугивать их еще агрессивнее. Проблема, которая становится особенно актуальной с приходом террористов к власти, — детские браки. Уже сейчас боевики врываются в дома, увозят девочек из дома и насильно берут их замуж.

При этом нельзя не обратить внимание на то, что сейчас «Талибан» хочет добиться мирового признания. Если это действительно основная цель террористов, они должны сделать шаг вперед. Сейчас у женщин почти во всем мире есть голос. Уверена, что боевики чувствуют большое давление. Скорее всего, у них новые цели, но с учетом идеологии их движения я не верю, что они не будут ориентироваться на ультраконсервативные нормы ислама. Доверять этому режиму нельзя.

Я чувствую печаль и отчаяние всех афганцев вне зависимости от того, где они живут: внутри страны или за ее пределами. Моему народу почти никак не помогают лидеры ключевых стран. Мир молчит.

Сейчас талибы пытаются показать, что они изменились. Боевики заявили о готовности соблюдать права женщин в рамках традиций ислама. Формулировка очень размытая: совершенно непонятно, что будет происходить дальше. Но стоит помнить, что талибы регулярно нарушают свои обещания. Если они обманут афганцев и покажут свое настоящее лицо, наша страна испытает очень много боли.

Радикальная идеология «Талибана» предполагает, что женщина обязательно должна находиться под контролем мужчины. По мнению террористов, женщина — человек второго сорта, поэтому она вообще ни на что не способна, кроме работы по дому. Мои родственники и друзья, которые находятся сейчас в Афганистане, рассказывают, что в деревнях террористы насилуют девушек, принуждают к браку. Я очень опечалена ситуацией в родной стране, особенно переживаю за женщин. Тревога живет даже во мне, хотя я нахожусь в России. Мне безумно страшно думать о том, что было бы со мной, если бы я осталась в Афганистане.

Наши женщины вынуждены бежать и идти на крайние меры, чтобы не выдавать своих дочерей замуж за талибов. Одна из моих подруг пообещала себе, что убьет собственную дочь, если террористы попытаются забрать ее.

В моей стране наступили тяжелые дни. Афганистан нуждается в поддержке мирового сообщества. Не хочу, чтобы страдали дети. Не хочу, чтобы афганских женщин и мужчин убивали. Я надеюсь на человечность мировых лидеров. Одна я не смогу спасти свою страну. Если бы я могла все изменить, я бы позволила талибам надругаться над своим телом, пожертвовала жизнью ради того, чтобы афганский народ не страдал.

Севета Зирак

37 лет, бежала в Нидерланды

«Талибан» унес жизни многих женщин нашей страны. Неоднократно талибы устраивали публичные казни нарушительниц их режима. В прошлом году они напали на женщин, которые пришли на футбольный стадион получить пакистанскую визу. 11 из них погибли. Последователи «Талибана» относятся к женщинам хуже, чем к животным, лишают их всех прав.

Террористы также пропагандируют дискриминацию любых меньшинств. Буквально в 2015 году талибы убили семь человек, которые относились к народу хазарейцев (ираноязычные шииты, составляют 8-10% от общей численности страны. — Прим. ред.). Среди погибших нашли труп обезглавленной девятилетней девочки. Это убийство вызвало массовые акции протеста в стране.

Многие люди в нашей стране сталкивались со страшным насилием со стороны боевиков. Я знаю историю женщины, которая пошла в магазин, не надев туфли. Наверное, на ней были сандалии. Талибы заметили ее обнаженные ступни, подошли и выдернули ногти из пальцев на ее ноге. Я в ужасе от того, что это происходит в XXI веке.

Одной из ключевых социальных проблем Афганистана последних десятилетий были детские браки. Справиться с ней не помогло даже присутствие в стране американских дипломатов. Девочек продолжают выдавать замуж в 14–15 лет. Боюсь, что ситуация ухудшится при ультраконсервативном режиме «Талибана».

Я уверена, что террористы не будут соблюдать права женщин, несмотря на обещания. Их идеология абсолютно это отрицает. Талибы убивали феминисток.

Активистки для них — ключевые враги, потому что внутренняя сила женщин подрывает их идеологию. Жалко, что боевики забывают: пророк Мухаммед не спустился с Небес, а был рожден женщиной.

Я чувствую, что мой народ предали. Обещания мировых лидеров о том, что терроризм будет побежден, не оправдались. Я не понимаю, почему, несмотря на военную поддержку НАТО, спустя 20 лет в нашей стране снова установлен режим талибов.

* «Талибан» — террористическая организация, запрещенная в России.
* «Гражданское содействие» признан Минюстом НКО, выполняющей функцию иностранного агента.

Подробности по теме

«Это не день победы над Америкой. Это триумф террора»: эксперты — о ситуации в Афганистане

«Это не день победы над Америкой. Это триумф террора»: эксперты — о ситуации в Афганистане

Бабка надвое шмаляла Древние старухи и молодые афганки отстреливают джихадистов как собак: Общество: Мир: Lenta.ru

Сначала они несут обед детям, а потом несут смерть исламистам. Афганские женщины берут в руки оружие, чтобы отомстить боевикам «Исламского государства» и «Талибана» за смерть близких. Кто-то учится стрелять сам, кто-то идет на курсы при полиции, а кто-то поступает в военную академию, где обучение ведут бравые британские офицеры. На тропу войны выходят даже древние старухи, еле способные держать в руках автомат. «Лента.ру» рассказывает об афганских мстительницах.

Смерть в женском платье

«Вначале они убили моего брата, потом кузена, дядю и зятя. В память о них я буду воевать до последней капли крови», — говорит 53-летняя Зармина, полевой командир одного из афганских женских батальонов. Изначально ее отряд насчитывал всего 45 женщин-бойцов, однако в последнее время домохозяек, желающих сменить фартук на бронежилет, становится все больше. Причем выдержкой и хладнокровием они могут дать фору многим мужчинам.

В последнее время женщин, решивших бросить вызов талибам и боевикам ИГ, становится все больше. Подъем женского боевого движения начался на севере страны в ноябре прошлого года в районе Дарзаб — именно там Зармина сплотила вокруг себя овдовевших и осиротевших афганок.

По ее словам, многие жительницы страны вынуждены отправляться на передовую или замещать полицейских, которых с каждым днем становится все меньше. Сама она застрелила уже не одного джихадиста, однако сильнее всего в память врезалась первая встреча с боевиками один на один. «Тогда талибы напали на наш полицейский участок. Я только платок успела скинуть — и давай стрелять. У меня был всего 21 патрон, но я положила семерых талибов», — с гордостью вспоминает она.

Афганки оплакивают родных, погибших от рук боевиков

Фото: Reuters

Когда в отряд Зармины поступает новая соратница, с ней проводят духоподъемную беседу. Женщине рассказывают историю афганки из провинции Фарах, которая застрелила 25 талибов и тяжело ранила еще пятерых. Боевики на глазах женщины расстреляли ее сына, охранявшего КПП. Убитая горем афганка собрала оружие, оставшееся на контрольно-пропускном пункте, и открыла шквальный огонь по злодеям.

Мне пора в могилу? Нет, это тебе пора в могилу

Бок о бок с молодыми женщинами и девушками воюют афганские бабушки. Для боевиков они особенно опасны: никогда не ожидаешь, что милая старушка может пустить тебе пулю в голову. Предводительницей этих необычных «отрядов смерти» стала Гюль Биби — женщина, разменявшая девятый десяток. На фронт ее привела личная трагедия. «В моей семье погибли девять человек. Талибы и игиловцы убили пять моих сыновей и четырех племянников», — делится горем она.

По словам Гюль Биби, на фронт ее, как и других, привела личная трагедия

Фото: Mohammad Ismail / Reuters

Группа воинствующих бабушек под предводительством Биби наводит ужас на экстремистов в северной провинции Джаузджан, причем делает это без всякой помощи со стороны центральных властей. Кто-то из них обменивает последнюю скотину на «калаш», кто-то пытается разжиться стволами за счет полицейских участков.

«Женщины просто пришли ко мне и сказали, что если я не дам им оружие, они убьют себя прямо здесь и сейчас, до того, как это сделают игиловцы или талибы», — вспоминает начальник полиции Шеру Али одну из первых встреч с отрядом Гюль Биби. Местные стражи порядка пошли женщинам навстречу, снабдив их автоматами и боеприпасами. Теперь на счету пожилых афганок сотни убитых террористов.

Бабушки обычно учатся стрелять сами. Для женщин, которые боятся взять в руки оружие, некоторые полицейские участки самостоятельно организовывают бесплатные курсы. Точное число посещающих их афганок не сообщается, известно только, что каждую неделю на обучение приходят все новые группы из 40-50 домохозяек.

Женская военная академия

«В них столько энтузиазма! Они очень верят в свою страну, ради нее каждый день рискуют собой», — так капитан британской армии Дэниэл Берджес описывает афганок, поступивших в военную академию.

Видео: dailymail.co.uk

Британский контингент покинул территорию Афганистана в 2014-м, однако в стране по-прежнему остаются инструкторы, консультирующие местных военных. Кроме того, британские офицеры открыли под Кабулом военную академию «Сандхерст в песках» — по примеру Королевской военной академии в Сандхерсте (английское графство Беркшир). В Лондоне отмечают: программа обучения в Афганистане практически идентична британской, несмотря на определенные культурные и религиозные отличия.

«Сандхерст в песках» работает с 2013 года, однако именно в этом учебном году преподаватели отметили небывалый наплыв женщин, желающих получить военное образование и офицерское звание.

Материалы по теме:

У каждой из них с боевиками личные счеты. «Я ненавижу ИГ и «Талибан», они враги нашей страны. Я хочу помочь Афганистану стать свободным и безопасным государством. Я лучше умру, защищая свою родину, чем буду сидеть сложа руки», — рассуждает 22-летняя курсантка Нафиса Расули. С ней согласна 21-летняя Захра Ахамади: раньше она очень боялась террористов, однако теперь готова воевать.

Опасные отряды

«Конечно, сражаться с боевиками на передовой — не женское дело. Однако сейчас вооруженных афганок можно встретить и в полиции, и в армии», — рассказывает Рахмат, афганский генерал. По его словам, местные жители и стражи порядка рады, что теперь джихадистов будут бить не только мужчины, но и женщины.

Материалы по теме:

Однако подобный энтузиазм разделяют далеко не все. Многим мужчинам просто не нравится воевать бок о бок с женщинами, а у афганских властей растущее число вооруженных женских группировок вызывает лишь беспокойство.

«Мы не будем поддерживать ни одну из таких группировок до тех пор, пока они не вольются в какое-либо из наших законных вооруженных формирований», — рассказал официальный представитель МВД Афганистана Раджиб Даниш. Впрочем, пока он делает громкие заявления из высокого кабинета, сотни дочерей Афганистана сражаются с джихадистами на передовой.

Деятельность террористических группировок «Исламское государство» и «Талибан» запрещена на территории России

Администрация Байдена начинает отказывать афганцам в запросах на въезд в США

ВАШИНГТОН, округ Колумбия —

Администрация Байдена выдала десятки отказов афганцам, ищущим безопасности в Соединенных Штатах, через ускоренный процесс легального въезда, называемый условно-досрочным освобождением по гуманитарным соображениям.

Цифры все еще относительно невелики, но защитники опасаются, что они представляют собой более крупную тенденцию.

В рамках условно-досрочного освобождения по гуманитарным причинам, которое не является способом получения гражданства, федеральное правительство может преодолеть бюрократизм типичного процесса получения визы, чтобы временно разрешить людям въезд в США.S. в чрезвычайных ситуациях или по причинам, связанным с общественными интересами. Защитники заявляют, что правительство запоздало установило излишне крутые барьеры, которые многие афганцы не могут преодолеть.

Условно-досрочное освобождение выдается на индивидуальной основе и, как правило, зарезервировано для ужасных обстоятельств, таких как предоставление кому-то нескольких дней для посещения умирающего любимого человека, но оно также использовалось для быстрого привлечения тысяч людей в последствии войн или экологических катастроф.

Служба гражданства и иммиграции США, которая обычно обрабатывает 2000 заявлений об условно-досрочном освобождении ежегодно, с июля была наводнена более чем 30 000 от афганцев.С регистрационным сбором в 575 долларов на человека это дает агентству более 17 миллионов долларов.

На данный момент Служба гражданства и иммиграции одобрила 135 дел.

Пресс-секретарь Виктория Палмер сообщила, что агентство увеличило количество сотрудников, работающих над делами об условно-досрочном освобождении, в пять раз — до 44 сотрудников. Она добавила, что условно-досрочное освобождение не предназначено для замены установленных каналов обработки в рамках Программы приема беженцев США для людей, которые покинули свою страну происхождения и ищут защиты.

В некоторых ограниченных обстоятельствах потребности в защите настолько срочны, что получение защиты с помощью этого процесса нереально, написала она в заявлении, добавив: «Этот, наряду с другими, множество факторов принимаются во внимание, когда USCIS оценивает, является ли срочная гуманитарная или гуманитарная помощь. существенное условно-досрочное освобождение в общественных интересах гарантирует благоприятное проявление дискреционных полномочий ».

Поскольку нет возможности быстро покинуть Афганистан, даже те, кто имеет семейные связи с США, могут подождать более десяти лет из-за огромного количества невыполненных виз.

В письмах с отказом агентство запросило сторонние доказательства «риска серьезного целевого или индивидуального вреда». В учебном пособии Службы гражданства и иммиграции 2017 года говорится, что офицеры могут предоставить условно-досрочное освобождение по гуманитарным причинам людям, столкнувшимся с «повсеместным насилием». Но на сайте говорится, что условно-досрочное освобождение, как правило, не предназначено для защиты людей, «подверженных общему риску причинения вреда».

Кандидаты также должны пройти личную проверку и биометрическую проверку, прежде чем они смогут получить разрешение на условно-досрочное освобождение.По словам Палмера, поскольку посольство в Кабуле закрыто, заявители должны поехать в третью страну.

Это при условии, что они смогут проскользнуть мимо талибов и уйти.

Джейси Охайон, иммиграционный адвокат из Колорадо, в пятницу получила отказы в отношении 14 членов семьи мужчины из Калифорнии. 39-летний мужчина владеет исследовательской фирмой в Афганистане, которая много работала с правительством США по вопросам расширения прав и возможностей женщин и попросила не называть его имени из опасения репрессий против фирмы и его семьи.

Талибан недавно несколько раз врывался в фирму, сказал этот человек в электронном письме, избивая охранников, направляя оружие на их головы и неоднократно спрашивая, где его семья. По его словам, они конфисковали документы, оборудование и бронетехнику, предоставленную правительством США.

Мужчина из Калифорнии, который является законным резидентом США, хочет помочь своим родителям, братьям и сестрам сбежать. По словам Охайона, шесть братьев и сестер ожидают рассмотрения заявлений на получение специальной иммиграционной визы на основании их работы в фирме, в которой работает более 200 сотрудников.По ее словам, недавно талибы убили другого члена семьи.

Охайон планирует обратиться к правительству с просьбой пересмотреть опровержения, добавив в качестве дополнительных доказательств фотографии убийств и кадры из видеозаписи с камер наблюдения, на которой члены Талибана воруют оборудование. Заявления об условно-досрочном освобождении еще 22 родственников еще не рассмотрены.

«Душераздирающе получать такое отрицание, когда я нахожусь на земле, рискую своей жизнью и жизнью своей семьи, работая в интересах правительства США», — сказал этот человек в своем электронном письме.

Сенатор-демократ от штата Массачусетс Эдвард Марки и член палаты представителей Сет Моултон вместе с 53 другими законодателями в понедельник направили в федеральное агентство письмо, в котором выразили тревогу по поводу «ограничительной и непоследовательной» обработки условно-досрочного освобождения по гуманитарным соображениям. Они попросили должностных лиц агентства обосновать то, что они считают изменениями требований к афганцам, чтобы доказать, что они нуждаются в условно-досрочном освобождении, несмотря на дискреционные полномочия агентства.

Законодатели также призвали агентство создать специальную программу условно-досрочного освобождения для афганцев, которая выходила бы за рамки программы, установленной для тех, кто был эвакуирован У.С. сил.

«К сожалению, десятки тысяч афганцев и их семей теперь сталкиваются с преследованием и угрозами смерти со стороны талибов, а также угрозе депортации обратно в Афганистан для тех, кто добрался до третьих стран», — написали законодатели. «Мы настоятельно призываем вас обеспечить, чтобы все уязвимые афганцы, в том числе проживающие в третьих странах и все еще находящиеся в Афганистане, были освобождены условно-досрочно в Соединенных Штатах, а не оставлены томиться в правовой неопределенности».

Около 75000 афганцев были эвакуированы во время хаоса U.С. вышли из тюрьмы и были доставлены под условно-досрочное освобождение по гуманитарным причинам, которое длится два года и дает право получателям разрешений на работу и временной помощи беженцам. Более половины из них не имеют права на получение специальных иммиграционных виз, выдаваемых тем, кто работал напрямую с федеральным правительством, и им придется искать убежища или другие меры защиты до истечения срока их условно-досрочного освобождения или до возможной депортации.

Это означает, что многие афганцы, которые в настоящее время находятся в США, подпадают под ту же категорию, что и журналисты, правозащитники, женщины и другие лица, которым сейчас угрожает опасность и которым отказывают в их просьбах об условно-досрочном освобождении из-за пределов страны.

Кира Лилиен, юрист компании Jewish Family & Community Services East Bay, получила 13 отказов в отношении членов двух афганских семей. Она подала заявления в конце августа, когда адвокаты подумали, что они могли бы пригласить семьи на эвакуационные рейсы, если бы у них было уведомление о том, что Служба гражданства и иммиграции США получила их запрос об условно-досрочном освобождении, и он находится на рассмотрении.

Jewish Family & Community Services также является агентством по расселению беженцев и в течение многих лет помогает прибывающим афганцам переехать в Район залива.По словам Лилиен, персонал по переселению в основном состоит из афганцев и подавал заявления об условно-досрочном освобождении по гуманитарным причинам для своих семей.

Среди отказов есть отказ в отношении престарелой матери, дочери-инвалида и другой дочери, которая ухаживает за ними. Они родственники двух держателей грин-карт, которые живут в США. Женщины физически не могут перебраться через границу, чтобы сбежать.

«Люди, которым сейчас отказывают, — это те же люди, которых в августе затащили в чрево самолетов», — сказала она.«Просто дверь закрыта».

Недавно Лилиен разговаривала с человеком в США, чей отец был высокопоставленным государственным чиновником Афганистана и мог иметь веские доводы в соответствии со строгими критериями условно-досрочного освобождения по гуманитарным соображениям. Отец бежал из Афганистана, но продолжает скрываться. Талибан недавно посетил местную мечеть, где жила семья, и предложил денежное вознаграждение за его поимку.

Но имам мечети слишком напуган, чтобы давать показания под присягой. Лилиен считает, что без этих сторонних доказательств даже человек, находящийся в очевидной неминуемой опасности, такой как этот отец, не имел бы права на условно-досрочное освобождение.

Вьетнамские американские беженцы помогают афганским семьям переселяться в США

IE 11 не поддерживается. Для оптимального использования посетите наш сайт в другом браузере.

  • Полиция ищет щедрого ребенка, который отправил 10 долларов из копилки

    01:33

  • Now Playing

    Вьетнамские американские беженцы помогают афганским семьям переселиться в США

    01:43

  • UP NEXT

    Эксклюзив: жертва «Гаванского синдрома» высказывается

    02:01

  • Американцы обращаются к малому бизнесу за праздничными покупками

    01:44

  • Растущее возмущение по поводу приговора к 110 годам водителя грузовика в смертельном столкновении

    01:30

  • Как летные экипажи готовят самолеты, не теряя времени в спешке в пути

    02:11

  • FDA разрешает применение первой таблетки Covid для экстренного применения

    03:19

  • Глобальная борьба содержать omicron

    01:40

  • Что нужно знать о следующих шагах после диагностики Covid

    01:34

  • 900 63

    Байден объявляет о новом плане Covid по мере распространения omicron

    03:18

  • Один на один с U.Главный хирург S. По мере роста числа случаев заболевания Covid

    02:09

  • Airbus и Boeing призывают приостановить развертывание 5G

    02:18

  • Путин представляет новые угрозы по мере роста напряженности между Россией и Украиной

    01:25

  • Семьи получают последние ежемесячные налоговые чеки на детей, и будущее системы находится под угрозой

    01:56

  • Профессор физики таинственным образом отправил 180000 долларов, чтобы помочь студентам

    01:30

  • Чикагский Joffrey Ballet стремится к включению на сцене

    01:29

  • Переполнение складов, задержка поставок в праздники

    01:58

  • Перед праздниками переполнены центры тестирования на Covid

    01:31

  • Жюри приступило к рассмотрению вопроса о торговле людьми Гислен Максвелл суд

    01:38

  • Присяжные заслушивают заключительные аргументы в суде над Ким Поттером

    01: 38

Уйен Нгуен стал соучредителем волонтерской группы, которая помогает переселить афганцев в Сиэтл.Просмотр изображений афганцев, убегающих после вывода войск США, напомнил ей о вьетнамском опыте 1975 года. «Мы хотим, чтобы они чувствовали себя желанными гостями», — говорит она. 23, 2021

Подробнее
  • Полиция ищет щедрого ребенка, который отправил 10 долларов из копилки

    01:33

  • Сейчас играет

    Вьетнамские американские беженцы помогают афганским семьям переселиться в США

    01:43

  • UP NEXT

    Эксклюзив: жертва «Гаванского синдрома» высказывается

    02:01

  • Американцы обращаются к малому бизнесу за праздничными покупками

    01:44

  • Растущее возмущение по поводу 110-летнего возраста водителя грузовика приговор в смертельном столкновении

    01:30

  • Как летные экипажи готовят самолеты, не теряя времени в спешке

    02:11

Из Кабула в Кентукки: афганцы пустили корни в убежище для беженцев

БОУЛИНГ ЗЕЛЕНЫЙ , Кай., 23 декабря. (Рейтер) — После утомительных поездок из Кабула в Катар, в европейские города и на военные базы США афганские семьи, бежавшие от талибов, высадились в Кентукки, небольшом городе, хорошо разбирающемся в приеме беженцев.

Bowling Green принимал волны беженцев на протяжении четырех десятилетий, начиная с камбоджийцев в 1980-х и затем боснийцев в 1990-х, плюс иракцев, бирманцев, руандийцев, конголезцев и других, которые помогли сделать город с населением 72 000 человек разнообразным и экономически разнообразным. процветающее место.

Вазир Хан Задран был вождем племени, который 20 лет назад воевал против сети Хаккани, могущественной группировки внутри Талибана. Хотя в последнее время он работал с неправительственной организацией, он знал, что Талибан придет за ним.

Зарегистрируйтесь сейчас и получите БЕСПЛАТНЫЙ неограниченный доступ к Reuters.com

Зарегистрироваться

Задран сказал, что американцы спасли его и его семью, забрав их на вертолете Chinook в августе и доставив в аэропорт Кабула. Побывав на военной базе в Нью-Мексико, они были отправлены в Боулинг-Грин и быстро поняли, что им повезло в их новой американской жизни.

(См. Пакет с фотографиями о Задране и других беженцах на https://reut.rs/3h5tNjZ)

«Мы так счастливы в Боулинг-Грин», — сказал 41-летний отец, который обеспечил себе комфортабельный дом. и отправил своих детей в школу с помощью местного агентства по переселению, Международного центра, основанного в 1981 году.

«Кроме того, местное сообщество помогает нам и приобщает нас к культуре», — добавил Задран.

Его шестеро детей разучивают песни на английском, отправляют письма «Дорогой Санта», ходят в библиотеку и лакомятся мороженым в Баскин-Роббинс.

После роста антииммигрантских настроений и настроений в отношении беженцев во время правления администрации Трампа правительство Соединенных Штатов в настоящее время занимается самой крупной эвакуацией беженцев со времен Вьетнама. Из почти 75000 человек, которые, как ожидается, поселятся в Америке, Bowling Green примет 350 афганцев в 2022 финансовом году.

В Боулинг-Грин, сельскохозяйственном и производственном центре, который, возможно, наиболее известен сборочным заводом, который производит заветный спорткар Corvette.Боснийцы, которых сейчас около 10 000 человек и владеют несколькими компаниями, свидетельствуют о хороших перспективах трудоустройства, когда в ближайшие месяцы от афганцев поступят ускоренные разрешения на работу.

«В 2000 году, когда я приехал сюда, я прибыл с парой чемоданов, двумя маленькими детьми и моей женой», — сказал Тахир Зукич, боснийец из Сребреницы, владеющий компанией Taz Trucking, в которой работает 100 человек и 140 грузовиков.

«Это просто потрясающее место, где много возможностей, и вы можете делать то, что вам нравится.«

Для тех, кто не работал с американцами в Афганистане, изучение языка могло быть самой сложной частью адаптации к их новому дому, — сказал Зукич. Но они также должны узнать, как работает Америка, как водить машину, как получить кредитная карта. И что делать, когда надвигается торнадо.

Твистеры, прорвавшиеся через Кентукки в этом месяце, всколыхнули чувство защищенности у афганцев. Они были сбиты с толку сиренами в час ночи, которые напомнили им о Кабуле и потрясены вырванными с корнями деревьями и крышами. ограбленные дома и смерть в одном районе дома многих иммигрантов.

«Мы никогда раньше не видели подобной бури в нашей жизни в Афганистане, поэтому мы чувствовали, что, возможно, мы идем на новую войну», — сказал Задран. «Но Бог спас нас».

«ЭТО МОЕ МЕСТО»

Фирас Маджид прибыл в Боулинг-Грин из Багдада через Бруклин, штат Нью-Йорк, в 2016 году. Иракский беженец приехал навестить друга и решил: «Это мое место». Теперь он совладелец продуктового магазина, в котором продаются продукты из Ближнего Востока и Европы, после того как он работал сварщиком.

«Качество жизни выше, чем в больших городах», — сказал Маджид, который ценит большое небо и зеленые фермы вокруг Боулинг-Грин, сильный рынок труда, низкую арендную плату и медицинское обслуживание.

Маджид сказал, что афганцы получат большую поддержку, потому что все видели изображения хаотичной эвакуации из Кабула. Иракцы могут научить их вещам, например, как получить водительские права.

Bowling Green — это также место, которое позволяет беженцам сохранять свою идентичность, становясь американцами, предлагая социально консервативную среду для создания семей и исповедания религии.

В баптистской церкви Форест-Парк конголезские беженцы вдохнули новую жизнь в общину.Богослужения и изучение Библии переводятся на суахили, а иногда и проводятся на этом языке.

«Мы любим их евангельское пение», — сказал лидер церкви Майк Гивенс, и церковь переводит их песни, чтобы все слышали их послание.

«Наша община изменилась, поэтому, если мы не будем искать или преследовать иммигрантов, наша церковь не выживет», — добавил Гивенс.

Вернувшись в дом Задран, дети быстро прогрессируют в своей новой культуре. Старшая, Зулейха, учит своих братьев и сестер песне на английском языке с текстом «За что ты благодарен?»

Аплодируя собственному выступлению, Зулейха объявляет «Готово!» и вспыхивает широкой ухмылкой.

Зарегистрируйтесь сейчас и получите БЕСПЛАТНЫЙ неограниченный доступ к Reuters.com

Зарегистрируйтесь

Отчетность Амира Карауд и Мэри Милликен; Под редакцией Лизы Шумакер

Наши стандарты: принципы доверия Thomson Reuters.

Афганцы страдают от сильной засухи, усугубленной изменением климата (ФОТО) | The Weather Channel — Статьи The Weather Channel

Афганский мальчик несет канистры с водой в Балуче, Афганистан, понедельник, 13 декабря 2021 года. Сильная засуха резко ухудшила и без того безвыходное положение в Афганистане, вынуждая тысячи людей спасаться бегством. свои дома и живут в крайней нищете.По прогнозам экспертов, изменение климата делает такие явления еще более серьезными и частыми. (AP Photo / Mstyslav Chernov)

  • Страна второй год переживает сильнейшую засуху.
  • Засуха стала более частым явлением в последние годы.
  • Около половины населения испытывает острую нехватку продуктов питания.

На фоне десятилетий войны, пандемии коронавируса и хаоса, связанного с захватом власти талибами и выводом войск США и НАТО в начале этого года, Афганистан уже второй год переживает ужасную засуху, которая, по мнению экспертов, усугубляется изменением климата. .

«Я с детства помню … зимой было много снега, весной было много дождя», — 53-летний Абдул Гани, лидер местной общины в селе Санге. -Аташ в сильно пострадавшей провинции Бадгис, сообщил Associated Press.

«Но поскольку несколько лет назад была засуха, снега не было, а дождей стало гораздо меньше. Невозможно даже набрать одну тазу с водой из водосточных труб».

(БОЛЬШЕ: Засуха, пожары, наводнения, оползни и одна разрушительная глубокая заморозка: изображения 2021 года )

Нечефор Мгенди, глава афганской делегации Международной федерации обществ Красного Креста и Красного Полумесяца , сообщил AP, что сильная засуха затронула более 60% провинций страны.

Эксперты говорят, что экстремально засушливые условия заставляют задуматься об изменении климата. По словам Ассема Маяра, эксперта по управлению водными ресурсами и доктора философии, за последние два десятилетия таяло 14% ледников в Афганистане, а частота засух увеличилась вдвое. кандидат Штутгартского университета в Германии.

«Эффект изменения климата и глобального потепления в Афганистане очень очевиден во многих отношениях», — сказал Маяр AP.

По данным Мировой продовольственной программы, около 23 миллионов человек в Афганистане, около половины населения страны, испытывают острую нехватку продовольствия.Сотрудники гуманитарных организаций говорят, что засуха только усугубляет ситуацию, а такие жители, как Гани, потеряли надежду.

«Нет решения, мы просто уничтожены», — сказал он. «Мы не можем никуда поехать, в чужую страну, у нас нет денег, у нас ничего нет. В конце концов, мы должны выкопать себе могилы и умереть».

Щелкните слайд-шоу выше, чтобы увидеть разрушительную засуху и людей, от которых она затронула.

Основная журналистская миссия Weather Company — сообщать о последних погодных новостях, окружающей среде и важности науки для нашей жизни.Эта история не обязательно отражает позицию нашей материнской компании, IBM.

Албанский туристический городок, принимавший афганских беженцев | Беженцы

Шенджин, Албания — Это было типичное августовское утро в популярном албанском туристическом городке Шенджин. Расположенные на севере страны, недалеко от границы с Черногорией, в спокойных жилых домах города и китч-отелях кипела жизнь семей, стремящихся пробиться к 6-километровому золотому пляжу, расположенному прямо у их порога.

Шквал активности — родители в купальных костюмах засовывают полотенца в пляжные сумки, дети с декоративными надувными игрушками, кричащие, требуя внимания, — застал Зиагуль Хизими врасплох. 27-летняя девушка только что вышла из самолета из Афганистана, страны, где она родилась, после того, как талибы вошли в столицу Кабул и взяли под свой контроль страну и ее 40 миллионов жителей.

Вот она, все еще в шоке после бегства с родины, стояла среди толпы людей, главной заботой которых было найти лучший шезлонг.«Вид этих албанцев, собирающих свои вещи и спешащих на пляж, напомнил мне об эвакуации из Кабула», — вспоминает она с нервным смехом. «Я никогда не слышал об Албании до того, как приехал сюда в августе, так что все это было немного шоком».

Зиагуль Хизими сбежала из Афганистана с помощью американской неправительственной организации и ждет в Албании, пока не получит визу в США [Аманда Кокли / Аль-Джазира]

Маленькая женщина с поразительными чертами лица, Зиагуль — журналист, много лет проработавшая в западных странах. Афганский город Герат.Хотя она не получала прямой угрозы от талибов, она считала, что ее безопасность не может быть обеспечена, когда они будут контролировать страну. Итак, с помощью американской неправительственной организации, которая поддержала ее работу, она села на ранний эвакуационный рейс из Кабула и оказалась в Шенджине, чтобы ждать своей визы в Соединенные Штаты.

Она остановилась на курорте Рафаэло в центре города вместе с примерно 1000 других афганцев, которые также покинули контролируемый талибами Афганистан. Этот строгий отель, известный как «Рафаэло», сосредоточен вокруг трех небольших бассейнов и необычной копии Статуи Свободы.Это своеобразное место с хрестоматийным определением понятия «роскошь». Апартаменты и общая столовая безупречно чистые, но холодные и скучные. Живые изгороди аккуратно подстрижены, но жесткие. Это мир вдали от тепла, которое льется из каждого афганского дома.

Обычно этот отель забронировали состоятельные албанцы в летний высокий сезон и бизнесмены для проведения конференций в остальное время года. Отель был передан западным неправительственным организациям, которые нуждались в безопасном убежище для своих афганских коллег и их семей.

Афганские женщины и девушки на пляже в Шенджине [Аманда Коакли / Аль-Джазира]

Хотя людей, живущих в Шенджине, называют «беженцами роскоши», чувство потери здесь ощутимо. Маленькие дети снуют вокруг, но почти все взрослые выглядят немного растерянными. Их тела могут быть в Рафаэло, но их сердца в Афганистане.

Когда ранней осенью Аль-Джазира посетила Шенджин, туристы уже уехали, и город был устрашающе тихим. Большинство ресторанов на главной дороге закрылись до следующего лета.Шезлонги были сданы в хранилище, и на пляже никого не было.

В Рафаэло дни беженцев наполнены бесконечным ожиданием. Жду новостей из Афганистана. Ждут новостей о следующем этапе процесса подачи заявления на визу. Люди в этом месте перешли от чувства контроля над своей жизнью к зависимости от других.

Курорт Рафаэло в Шенджине стал временным домом для около 1000 афганских беженцев [Аманда Коакли / Аль-Джазира]

Простые вещи, такие как принятие решения о том, когда поесть, были отняты у них — источник глубокой печали для многих.Еда и ее приготовление занимают особое место для афганцев, поэтому, когда трехразовое питание, которое сначала подавали шеф-повара в The Rafaelo, стало намного ниже их высоких стандартов, руководство отеля было быстро проинформировано. Кухня теперь адаптирована к афганским вкусам, но домашние ароматы или, по крайней мере, что-то близкое к ним, остались вне досягаемости.

Двенадцать афганских парламентариев проживают в отеле, воспользовавшись своими международными контактами, чтобы бежать из Афганистана после внезапного отъезда бывшего президента Ашрафа Гани в середине августа.Напряженность накалилась, поскольку эта старая политическая гвардия боролась за влияние на сообщество беженцев в Шэнцзине.

«У нас были проблемы с депутатами в Афганистане, теперь у нас такая же проблема», — объяснил Мустафа Мадзидияр, бывший советник правительства, сидя за столиком в блестящем сером ресторане отеля, The Valmont. 30-летний мужчина взял на себя роль координатора сообщества от имени некоммерческой организации National Endowment for Democracy, которая помогла более 300 людям добраться до Шенджин.«Увидев их, можно подумать, что они депутат Албании. Когда они приехали сюда, они подошли к руководству отеля и представились депутатами парламента », — сказал он, качая головой. «Они не хотели оставаться в том же учреждении, что и нормальные люди … Они думали, что все еще имеют влияние».

Подобные истории

Как и Мустафа, Зиагуль, журналист, счастлив быть в безопасности и благодарен за безопасность The Rafaelo. Но она человек, которого преследует горе. Ночью ее родители и восемь братьев и сестер, которые все еще находятся в Герате, приходят к ней во сне.Она не думает, что когда-нибудь снова их увидит. «Мои родители потеряли меня, — тихо сказала она.

До августа Зиагуль редко покидала свой родной город. Вместо этого она была сосредоточена на продвижении по карьерной лестнице в бюро Агентства новостей афганских женщин в Герате. «Я первая в семье поступила в университет, поэтому мой отец хотел, чтобы я изучила право», — вспоминает она. «Без его разрешения я выбрал журналистику своей специальностью после того, как сдал вступительный экзамен. Когда я прошел и вошел, всей моей семье пришлось убедить моего отца, который в то время был в Иране [по работе], разрешить мне продолжить образование.”

Семья Зиагуль Хизими убеждала ее бежать из Герата незадолго до того, как Талибан взял город под свой контроль [Аманда Коукли / Аль-Джазира]

. Но, несмотря на ее твердую решимость вести независимую жизнь, это далось нелегко. Ее отцу никогда не нравилось, что Зиагуль работает с коллегами-мужчинами, и он беспокоился о ее репутации. Но он любил свою дочь и гордился ее достижениями. После окончания Гератского университета в 2017 году Зиагуль быстро прошла путь от стажёра новостей до главного редактора, роль, которую она любила и позволяла ей освещать все аспекты жизни гератского общества — от политики до культуры.Журналистика дала ей свободу и возможность заглянуть на горизонт и представить себе лучшее будущее для афганских женщин, в котором они могли бы активно участвовать во всех сферах жизни общества.

Затем, в начале августа, все изменилось. Незадолго до того, как талибы взяли Герат, ее семья сказала ей, чтобы она ехала в Кабул. Они чувствовали, что ее жизнь как журналистки находится в опасности. Она быстро собрала свои вещи и в одиночку помчалась в столицу.

История Зиагуль в The Rafaelo не уникальна.Почти все являются близкими членами семьи кого-то, кто работал в западной организации или имел работу, которая могла привлечь неблагоприятное внимание талибов. Некоторым удалось попасть в Шэнцзинь, потому что они оказались в нужном месте в нужное время и смогли сесть на эвакуационный рейс. Другие знали, в какую НПО нужно позвонить, чтобы внести их в список бегущих. Не каждый мог взять с собой семью.

Зиагуль относится к Рафаэло как к маленькому Афганистану, где все собираются вместе и делятся тем немногим, что у них есть.Она живет в квартире с двумя спальнями с другой коллегой-женщиной и большую часть дня проводит дома, обмениваясь сообщениями WhatsApp с семьей. «Здесь очень разнообразное сообщество, и все добрые, но каждый немного придерживается своих этнических групп», — сказала она, имея в виду сложную социальную структуру Афганистана. «Никто из нас никогда не думал, что мы окажемся в Албании».

«Естественный порядок вещей»

Албания была одной из первых стран, которая распахнула свои двери для афганцев, когда 15 августа к власти пришли талибы.Через несколько часов премьер-министр Эди Рама объявил миру, что балканская нация будет служить «страной транзита» и принимать беженцев. К правительству Рамы сначала обратились две крупные неправительственные организации из США, которые искали безопасное убежище для своих коллег и их семей, а затем администрация Байдена. В течение 10 дней были подтверждены два местоположения в Шенджине и Дурресе, еще одном приморском городе, расположенном ниже по побережью.

Президент Албании Эди Рама говорит, что прием беженцев — это вопрос «кто мы» [Аманда Коакли / Аль-Джазира]

Идея о том, что Албания согласилась принять до 4000 беженцев, чтобы выслужиться перед давним союзником — США — является источником продолжения раздражение для Рамы.«Всем нравится видеть в этом услугу Соединенным Штатам, но это касается нас. Речь идет о том, кто мы есть и чем мы всегда были, и о важности человеческой стороны этого », — сказал премьер-министр Аль-Джазире из своего декоративного офиса в центре столицы Тираны. «Это естественно для нас, и это так грустно, что это выглядит таким особенным, хотя это должно быть естественным порядком вещей».

Являясь членом НАТО с 2009 года, Албания с населением около 2,8 миллиона человек входит в число беднейших стран Европы.Он имеет давнюю традицию принимать людей. Около 3000 членов Моджахедин-и-Хальк, или МЕК, неоднозначной иранской оппозиционной группы, проживают в 30 км (19 милях) к западу от Тираны после того, как их забрали из Ирака в 2013 году по указанию американцы. Пятеро уйгуров, содержавшихся в Гуантанамо, были переведены в Албанию в 2006 году, что вызвало споры с Китаем. Как известно, после Второй мировой войны в стране проживало больше евреев, чем раньше.

Между 1944 и 1985 годами Албания была полностью отрезана от мира жестоким коммунистическим режимом Энвера Ходжи.При правлении Ходжи религия была запрещена, мечети и церкви закрыты, религиозных лидеров заключались в тюрьмы или убивали, а всякая оппозиция быстро подавлялась. Когда в 1991 году режим пал, тысячи албанцев бежали в соседнюю Италию, спасаясь от ужасающей нищеты в результате экономического коллапса.

Самый известный случай: в августе 1991 года около 20 000 беженцев штурмовали грузовое судно «Влера», которое должно было отправиться в Италию. Когда он прибыл в Бари после 26 часов в море без еды и воды на борту, те, кому не удалось проскользнуть в город, были заперты на стадионе Stadio della Vittoria, и были приняты меры для отправки их обратно через пролив Отранто, чтобы Албания.

Афганские семьи на пляже в Шенджине [Аманда Коакли / Аль-Джазира]

В некоторых отношениях сцены из путешествия «Влера» и кабульского аэропорта в августе похожи. В других — разные миры. Но это чувство того, что Запад отвергает их в час нужды, все еще преследует многих албанцев. Поэтому, когда было объявлено, что афганцы будут размещены в Шенджине и Дурресе, большинство людей приветствовали это решение. «В некоторых отношениях мы были в положении Афганистана сегодня, пройдя Адриатическое [море] в библейских сценах всего три десятилетия назад», — сказал Ремзи Лами, директор Института СМИ Албании, Аль-Джазире из Тираны.«В этом контексте отказ не был вариантом, и албанская общественность считала его справедливым».

Новое поколение

Каждый афганский беженец в Рафаэло полагает, что он пробудет в Албании больше года, пока их документы будут обрабатываться. Для 21 женщины, которая, как и Свита Амани, беременна, это означает, что в Шенджине родится новое поколение афганцев.

29-летняя мать двоих детей, сидящая в своей скромной коричневой квартире на втором этаже, рада, что ее ребенок родится в безопасном месте.После прибытия в Албанию 10 октября и ожидаемого в декабре ее беременность протекала нелегко. В дни, последовавшие за падением Кабула, ее муж заставил ее собрать основные вещи семьи и срочно отправиться в аэропорт. Он работал в НПО, которая продвигала демократию, что могло бы принести ему место в любом списке ответных действий Талибана.

Свита Амани в своей квартире в The Rafaelo [Аманда Коакли / Аль-Джазира]

«В то время я была на пятом месяце беременности, и в течение двух ночей мы были раздавлены вместе с 10 тысячами других людей, пытавшихся попасть в аэропорт», — вспоминает она.«Мне было так больно, но я не хотел паниковать у детей. Не знаю, откуда у меня силы за эти несколько часов ».

Семья из четырех человек не имела доступа к воде в то время, и в конце концов муж Свиты вытащил семью, опасаясь, что растущие толпы соблазнят Исламское государство в провинции Хорасан, ИСКП (ИГИЛ-К), террористов-смертников. Он был прав. Через несколько часов после отъезда семьи более 150 человек были убиты, когда мужчина взорвал жилет смертника посреди толпы.

Свита, уроженка северного города Мазари-Шариф, застенчивая женщина, склонная к моде. Одета в безупречный черный пиджак с золотой и красной отделкой, в Рафаэло нет ничего, что ей не нравилось. Двое ее сыновей в возрасте пяти и девяти лет могут бегать, не беспокоясь об их безопасности. Она получила квалифицированные медицинские консультации от добровольцев, таких как доктор Фарида Якуби, афганский педиатр из Лондона, которая сняла квартиру в городе, поэтому она может быть на связи 24/7 для нуждающихся.

Свита Амани ценит море прямо у ее порога в Албании [Аманда Коакли / Аль-Джазира]

Но больше всего на пороге ее моря находится море, к которому она до сих пор не привыкла. «Я всегда хотела, чтобы мой муж устроил нам дом рядом с водой, поэтому хорошо, что он выполнил это обещание», — сказала она с кривой улыбкой.

Не только она любит море. Для многих беженцев в Рафаэло их прибытие стало первым разом, когда они увидели открытую воду. Дети научились плавать.Прохладный песок стал благодатной почвой для вечерних футбольных матчей. Тепло и спокойствие волн помогли унять беспокойство, которое многие испытывают по поводу будущего.

«Мы думали, что нас поместят в лагерь в Албании», — сказал Свита. «Иногда, когда я просыпаюсь здесь, мне кажется, что я сплю. Это все еще не кажется настоящим. Мои сыновья здесь. Мой муж здесь. Моя свекровь здесь. Я думаю, что моя девочка принесла нам удачу », — добавила она, подтвердив, что недавнее ультразвуковое исследование показало пол ребенка.

Истории о привидениях

В «Рафаэло» никого не торопят. Люди приходят и уходят, чтобы прогуляться по пляжу или посетить один из начавшихся занятий по английскому языку, но это не улей активности. Есть грусть и ощущение, что время медленно движется с каждым днем, таким же, как и предыдущий.

Отель заполнен людьми, которые и представить себе не могли, что им придется покинуть родину так внезапно, чтобы начать новую жизнь на другом конце света в США или Канаде.

Валвала, Мина и Шабнам на пляже Шенджин [Аманда Коакли / Аль-Джазира]

В конце каждого дня в Шенджине люди собираются на пляже, чтобы выпить стакан прохладного сока.Женщины держатся за детей, которые пытаются отважиться плыть по волнам, пока мужчины строят стойки ворот для песчаной игры в футбол.

Там «Аль-Джазира» встретила 23-летнего Валвала и 22-летнюю Мину, прибывших накануне из Кабула. Все еще пытаясь осмотреть свое окружение, два вежливых друга из столицы Афганистана оставили позади всех своих родственников, чтобы получить шанс на лучшее будущее, поступив в университет в США.

«Мы выросли на рассказах о жизни под властью талибов в 90-х годах.Они были похожи на истории о привидениях », — сказал Уолвала.

Теперь истории о привидениях стали реальностью. «Мое сердце разбивается, когда я думаю обо всех оставленных девочках», — сказала Мина. «Здесь, в Шенджине, нам повезло, но все мы сталкиваемся с неопределенностью. Перед отъездом мама сказала, что мне придется как-то здесь выжить. Что я должен работать ради своего будущего и продолжить образование. Но в конце концов мы одни ».

Фонд афганского сообщества заполняет пустоту для беженцев из Юты, говорит губернатор Юты Кокс

Более 550 афганцев теперь называют Юту своим домом после того, как в августе талибы взяли под свой контроль столицу страны Кабул.

Ожидается, что еще около 300 человек будут переселены в штат Улей. На данный момент они размещены на военных базах в ожидании зеленого света от различных государственных органов, занимающихся проверкой и обработкой заявлений.

Когда они прибывают в Юту, волокита еще не позади. Им нужно жилье, карточка социального страхования, водительские права, медицинская страховка и другие льготы. Некоторым нужно записывать детей в государственные школы или детские сады.

Эти шаги трудны без твердого знания английского языка, и многим придется записываться на занятия.Им необходимо подать заявление о приеме на работу, но не раньше, чем они получат разрешение на работу. Есть условно-досрочно освобожденные по гуманитарным соображениям, которым необходимо оформить визу, для чего требуется иммиграционный поверенный. Есть студенты колледжа, которым нужно будет узнать, перейдут ли их кредиты в школу в Юте. Другие были профессионалами в области здравоохранения или имели квалифицированную профессию и посмотрят, действительны ли их сертификаты в США (часто это не так).

Почти все они прибыли через аэропорт Кабула, где произошли взрывы, давки и перестрелки, в результате чего у многих остались тяжелые травмы.

«Мы все видели эти изображения и насколько они тревожные, и некоторые из тех людей, которых мы видели на этих изображениях, находятся прямо сейчас здесь, в Юте», — сказал губернатор Юты Спенсер Кокс во вторник во время встречи с редакционным советом Deseret News / KSL. где он сообщил обновленную информацию о государственном фонде афганского сообщества.

Как фонд штата Юта помогает афганским беженцам

Фонд афганского сообщества, созданный для удовлетворения медицинских, продовольственных, бытовых, юридических, образовательных и других общественных нужд новоприбывших, собрал более 1 доллара.1 миллион пожертвований с тех пор, как Кокс представил его 19 октября.

Деньги затем выделяются агентствам поддержки беженцев, таким как Международный комитет спасения или Католическая общественная служба, которые уже помогают новичкам в выполнении вышеупомянутых задач. Благодаря общественному фонду у них появятся более глубокие карманы, чтобы справиться с самым большим притоком беженцев с момента вступления в должность бывшего президента Дональда Трампа.

«Мы были лидерами нации, когда дело касалось переселения беженцев, а потом кран просто перекрыли примерно на четыре года», — сказал Кокс.«Поэтому (агентствам по переселению) пришлось очень быстро нарастить, и они помогают многим людям за короткий промежуток времени. Там были некоторые трудности, и мы пытаемся предоставить им ресурсы, чтобы справиться с этим ».

Через несколько месяцев фонд в основном направляется на четыре ключевых направления: поддержка существующего афганского сообщества, поддержка молодежных услуг, основные потребности, включая стоимость телефона или компьютера, и юридическая поддержка.

Фонд также используется в экстренных случаях и может помочь в оплате таких вещей, как похороны или больничные счета.

Что нужно афганскому сообществу Юты?

The Deseret News поговорила с более чем дюжиной афганских беженцев за последний месяц, большинство из которых недавно прибыли. Когда их спрашивают, каковы основные проблемы, с которыми сталкивается их сообщество, и где они нуждаются в поддержке, большинство из них сосредотачиваются на одном и том же: их семья застряла в Афганистане.

Многие из недавно эвакуированных афганцев все еще имеют семьи в своей родной стране, которые в настоящее время скрываются, опасаясь, что их связи с США могут подвергнуть их опасности.

Некоторые беженцы говорят, что они плохо спят из-за беспокойства или из-за того, что они обычно поздно ложатся спать, чтобы поговорить со своей семьей в Афганистане, где разница во времени составляет почти 12 часов.

«До полуночи я просто гуляю», — говорит Абдул, попросивший не называть свою фамилию ради безопасности своей жены, которая все еще находится в Кабуле. «Даже если я очень устал, я не могу».

Для некоторых, включая Абдула, беспокойство настолько сильное, что они не могут есть.

Кокс признал, что роль Юты в помощи семьям, бежавшим из Афганистана, ограничена.

«Но то, что мы можем сделать — и это часть цели фонда — это помочь с судебными издержками, потому что существует юридический процесс, чтобы попытаться вывести их из этой страны», — сказал Кокс. «Итак, через эту юридическую клинику … мы даем им некоторую надежду, что, по крайней мере, есть процесс, и мы пытаемся помочь им пройти этот процесс».

Другая часть, по словам Кокса, — «предоставить им консультационные услуги, в которых они нуждаются, для тех, кто нуждается в консультациях по психическому здоровью».

Другие выражают разочарование из-за того, что они не могут работать на той же должности в США.S., которые у них были в Афганистане, потому что у них нет надлежащих сертификатов.

Возьмем, к примеру, семью Какайе — Азим, который был первым афганским беженцем, переселившимся в штат, работал авиадиспетчером в Кабуле и сыграл важную роль в одной из крупнейших эвакуаций по воздуху в истории. Но в США ему нужны другие сертификаты, прежде чем он сможет найти работу в аэропорту.

Шазия Какайе (слева) и ее муж Азим Какайе стоят во время исполнения государственного гимна перед футбольным матчем между Реалом Солт-Лейк и Портлендом на стадионе Рио Тинто в Сэнди в среду, ноябрь.3, 2021. Shafkat Anowar, Deseret News

Его брат Вали был дантистом в Кабуле со своей собственной практикой. Он хочет продолжить заниматься медициной, но не может этого сделать, пока не закончит обучение и не сдаст экзамен.

Ни один из них не вызывает неисправностей в системе.

«Я думаю, это хорошо, потому что в США другие проблемы и разные технологии», — сказал Вали Какайе Deseret News несколько недель назад. Но если бы у них было время и деньги, они бы ходили в школу прямо сейчас, и это мнение разделяет большинство афганцев, которые говорили с Deseret News.

«Прямо сейчас есть определенное финансирование, которое потенциально может поддержать это», — сказала Аша Парех, директор Управления по работе с беженцами штата Юта. «Но в Управлении по работе с беженцами мы уделяем большое внимание трудоустройству. … Многое из того, что мы делали через центр для беженцев за последние пять лет, на самом деле создавало некоторые другие возможности обучения для беженцев ».

Несмотря на то, что основное внимание уделяется трудоустройству, получение разрешения на работу оказалось медленным процессом для многих афганцев, в основном из-за количества условно-досрочно освобожденных по гуманитарным соображениям — людей, которые, вероятно, соответствуют требованиям для получения специальной иммиграционной визы, но U.S. Embassy не успела оформить документы во время хаотичной эвакуации из Кабула.

США обычно обрабатывают около 2000 заявлений об условно-досрочном освобождении по гуманитарным причинам ежегодно. По данным Axios, в 2021 году они обработали более 30 тысяч.

«Этот приток был настолько большим, что разрешение на работу требует дополнительного времени. Итак, (Департамент трудовых ресурсов) может помочь в этих усилиях, предоставив рекомендательные письма. Но разрешение на работу от федерального правительства — большая проблема », — сказал Стивен ЛеФевр из Всемирного торгового центра Юты.

По словам ЛеФевра, было сложно найти постоянных волонтеров.

«Многие люди хотят привести на день отряд разведчиков или что-то в этом роде», — сказал он. «Но им нужен кто-то, кто может помочь в работе по делу, а это в более долгосрочной перспективе».

Неудивительно, что жилье является еще одним сложным аспектом процесса переселения. ЛеФевр назвал это «узким местом». Но государство работает с арендодателями, чтобы предоставить краткосрочную аренду беженцам, у которых нет трудовой книжки и кредитной истории, которые часто требуются для подписания договора аренды.

Международный комитет спасения рассмотрел 98 отдельных дел в общей сложности 338 афганцев. Из них 113 — в долгосрочном жилье.

Между тем, Служба католической общины приняла 87 дел в отношении 221 афганца, 214 из которых находятся в долгосрочном жилье.

«Мы продвигаемся к тому, чтобы привлечь туда людей, — сказал Кокс.

Афганцы Америка, оставленная позади

Контент

Этот контент также можно просмотреть на сайте, с которого он был создан.

В июле 2001 года Зармина Факир, шестнадцатилетняя афганская беженка, проживающая в пакистанском пограничном городе Пешавар, узнала, что телесериал BBC «Новый дом, новая жизнь» ищет актрису для одной из главных ролей. роли. Факир, компактный и непослушный, мало интересовался славой. «Дело не в гламуре», — сказала она мне недавно. «Это была зарплата». Ее семья бежала из Афганистана пешком в 1985 году, когда ей было шесть месяцев во время советской оккупации; ее отец, фермер, выращивающий пшеницу, перенес ее через заснеженные горы Гиндукуша в безопасное место.Он нашел работу в Пешаваре охранником, а у его жены было еще пятеро детей. Он умер в 1995 году, и семья переехала в отдельную комнату в детской школе. Теперь, шесть лет спустя, Факир устроилась учительницей в среднюю школу, чтобы содержать свою семью, зарабатывая около пяти долларов в месяц. Она думала, что актриса должна делать больше.

В день открытых прослушиваний BBC она пересекла город на автобусе. Восемь женщин и девушек сидели и ждали, чтобы попробовать, все уравновешенные и, очевидно, опытные.Факир читал ее реплики, но продолжал уклоняться от микрофона, а режиссер пригрозил выгнать ее, если она не перестанет двигаться. После этого Факир плакала, возвращаясь к автобусной остановке, проклиная себя за трату рупий на проезд. У нее не было мобильного телефона, поэтому она дала директору номер стационарного телефона школы. Пару недель спустя директор вызвал ее к себе в офис: BBC говорила по телефону и сказала, что роль досталась ей.

Faqeer предложили зарплату в сто долларов в месяц, и в августе того же года она начала записывать шоу.Ее героиня, Готай, была борющейся матерью, которая недавно вернулась в Афганистан из Ирана и пыталась открыть небольшой бизнес, чтобы помочь своей семье, бросая вызов своему тестю, который считал, что женщины не должны работать. «Новый дом, новая жизнь», ставшая самой популярной радиопрограммой в Афганистане с семью миллионами слушателей, была мыльной оперой из лучших побуждений. В его сюжетных линиях тайные любовные истории сочетаются с посланиями, поощряющими расширение прав и возможностей женщин и их участие в кампаниях вакцинации. «Все слушали, — сказал мне Факир.«Даже талибы прислушались. Им больше нечего было делать ». Поклонники часто писали, чтобы поздравить персонажей с успехами или выразить соболезнования в случае смерти фаворитов. «Люди думали, что наши персонажи настоящие, — сказал Факир. «Они поверили, что мы живем в деревне, и попросили приехать». Faqeer использовал деньги, чтобы записаться на курсы английского языка и компьютерной грамотности. Она арендовала дом для своей семьи, заплатила братьям и сестрам за обучение в школе, купила их первый телевизор и купила одинаковые фиолетовые наряды для себя и своей двенадцатилетней сестры Мины.«Мне нравились эти костюмы, — сказала мне Мина. «Они были знаком того, что наша жизнь стала лучше».

В октябре 2001 года США вторглись в Афганистан. Улицы Пешавара были забиты повозками с ослами и беженцами, прибывающими из-за границы. Но падение талибов открыло новые возможности в Афганистане. Студия BBC, которая переехала из Кабула в Пешавар во время подъема Талибана, вернулась в следующем году; Несколько лет спустя Факир тоже перевезла свою семью. Она помогла Мине попасть в «Новый дом, новую жизнь», когда девочка боролась со своим отцом за право ходить в школу.«Моя сестра убедила меня, что я должен быть храбрым», — сказала мне Мина. Факир знал, что в их родной деревне в сельской провинции Кундуз были вопросы о том, как она поддерживала свою семью. Когда их двоюродные братья приехали в гости, сестры держали в секрете свои роли на радио. Они пытались не обращать внимания на то, как посетители смотрели на качество их ковров и груды подносов с рисом и мясом. «Мужчины в деревне оказались в тяжелом положении, — сказал Факир. «Возможно, я делал что-то не так, чтобы зарабатывать эти деньги.

«Что-то не так» было эвфемизмом для работы с американцами. Миллиарды долларов в виде иностранной помощи вливались в Афганистан для содействия «построению демократии» и другим проектам США. Молодые женщины в Кабуле могут зарабатывать сотни долларов в день на множестве новых рабочих мест в гражданском обществе; Казалось, город был переполнен модными кабульцами, которые садились в Toyota Corollas и гремели болливудской музыкой. Однако под поверхностью закипало негодование. Американские солдаты совершили ночные налеты на семейные дома; по ошибкам были нанесены воздушные удары по свадьбам, в результате чего погибли мирные жители.«Все плохо думали о женщинах, которые работали в НКО, — сказал Факир.

Сестра Факира Мина застряла в Афганистане, когда к власти пришли талибы, и ей нужно было бежать.

В 2005 году Факир устроилась на подработку переводчиком для Торри Кобб, полицейского из Литл-Рока, штат Арканзас, которая занималась обучением афганских женщин-полицейских. Кобба поразил энтузиазм Факира. «Она была так рада присоединиться к новому движению в своей стране», — сказал Кобб. Работа оплачивалась четыреста пятьдесят долларов в месяц, но это было опасно.Комплекс в США, где они работали, часто подвергался нападениям террористов-смертников, которые также атаковали автобусы, на которых сотрудники ехали на работу. «Каждый день я садился в этот автобус, думая, что умру», — сказал мне Факир. Однажды она стала свидетельницей взрыва, в результате которого тело молодого охранника запуталось в линиях электропередач. Коллеги Факира предложили ей присоединиться к афганской полиции, но она вежливо отказалась. Она слышала, как афганцы говорили о зачисленных женщинах. «Они говорили, что занимались сексом со своими командирами», — сказала она мне.

Faqeer посещал модные обеды с коллегами и делал покупки в дорогих бутиках. «Как хорошо, когда ты независим», — сказала она. Она игнорировала мужчин, которые толкали ее на улице. Однажды днем ​​в 2005 году, когда она отвела Мину и одного из их братьев в банк, она заметила группу мужчин в белом, следовавших за ними. Она потащила за собой своих братьев и сестер, затем нырнула в банк. Она пыталась скрыть свой страх, но Мина знала, что происходит. «Если моя сестра была в опасности, то все были», — сказала она мне.Факир позвонила коллеге на радиостанции, которая прислала машину, чтобы отвезти ее на работу, и она вышвырнула своих братьев и сестер через черный ход, сказав им, чтобы они ехали прямо домой. В тот вечер мужчин не было. Она выбросила этот инцидент из головы.

Иногда мужчин, называющих себя «Талибаном», вызывали на ток-шоу, которое она начала вести для BBC. Они угрожали ей и другим, говоря, что это запрещено исламским законом, чтобы женщины выступали по радио. Но часто, по ее словам, они в конечном итоге рассказывали ей, как им нравится ток-шоу или ее голос.Она научилась заканчивать обсуждение, спрашивая, есть ли у них просьба о песне, и они обычно так и поступали. «Не все придерживались такой же жесткой линии, как лидеры», — сказала она мне. В конце концов, дальний родственник узнал ее по радио и сказал другому кузену, что собирается убить ее. Она поехала в деревню, чтобы противостоять ему, пристыдив его за его «зловещие заговоры», и он, казалось, отступил. «Я не думала, что что-то может навредить мне», — сказала она.

Для своих союзников Америка часто оказывалась опасным другом.Изменение внешнеполитических целей часто приводило к тому, что США отказывались от гражданского населения, которое они ранее обещали защищать. Амитаи Эциони, профессор международных отношений в Университете Джорджа Вашингтона, проследил эту закономерность до начала холодной войны, когда Соединенные Штаты пообещали поддержать мирных жителей, восставших против Советского Союза. В 1956 году на улицы вышли польские и венгерские диссиденты. США, которые указали, что поддержат их, но опасались развязывания войны, предоставили им возможность столкнуться с советскими танками самостоятельно.После ухода США из Вьетнама в семидесятых годах около миллиона подозреваемых в коллаборационизме были отправлены в лагеря для заключенных. В 2011 году, когда США ушли из Ирака, местные гражданские лица, которые работали с военными, все еще жили на его базах для своей защиты. «У нас были клиенты, которых проводили к воротам, и никто даже не вызвал их на такси», — сказала мне Бекка Хеллер, исполнительный директор Международного проекта помощи беженцам. «Затем они столкнулись с многолетним ожиданием специальной иммиграционной визы в США, и им негде было спрятаться.

Подобная картина повторилась в Афганистане. В 1979 году, когда Советский Союз вторгся в страну, США поддержали повстанцев-моджахедов и направили миллионы долларов мирным жителям, перемещенным в результате войны. Но после выхода Советского Союза деньги прекратились, и страна столкнулась с голодом и массовой миграцией. Хелена Маликьяр, политический аналитик и бывший посол Афганистана в Италии, сказала мне: «США покинули Афганистан, как только посчитали, что достигли своих целей». В результате хаоса к власти пришел Талибан, основанный бывшими моджахедами.Когда США вторглись в 2001 году, афганцы работали переводчиками, полицейскими и военнослужащими. Он обещал защиту взамен, но его визовые программы продвигались медленно, и некоторым местным жителям грозило возмездие. В 2013 году, когда американские войска начали выводить из города Сангин, талибы начали кампанию репрессий, в результате чего были убиты сотни афганских полицейских и солдат. Хеллер сказал мне: «Мы говорим:« Пойдемте с нами поработать ». Мы знаем, что это рискованно, и ставим цель вам в спину, но мы вас поймали.«На самом деле, у нас нет тебя».

Я познакомился с Факиром в Кабуле в 2012 году, когда я сотрудничал с Шеймусом Мерфи, фотографом и режиссером, над проектом для журнала Poetry , вдохновленным работами Саида Маджруха, афганского интеллектуала. Маджрух побывал в лагерях афганских беженцев в Пакистане во время советской оккупации, чтобы собрать стихи женщин, которые он опубликовал в книге под названием «Песни о любви и войне» — жгучей записи женских голосов, поднятых против ограничений их частной жизни и давление вечной войны.Мы с Мерфи хотели сделать то же самое для женщин, переживших американское вторжение. Мы путешествовали по Афганистану, собирая народные стихи под названием « ландэев, », которые традиционно рассказываются с точки зрения женщины и исполняются в песнях.

Афганки: Афганки дали отпор талибам* флешмобом в соцсетях

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Пролистать наверх