А7V: A7v | Воины и военная техника вики

Содержание

Все танки Первой Мировой. Том I / Арсенал-Инфо.рф

Тяжелый танк А7V

Для организации и объединения работ по созданию германского танка 13 ноября 1916 г. была создана техническая комиссия под руководством генерала Фридрихса — руководителя 7-го (транспортного) отделения Главного (или Общего) управления Военного министерства. Это управление, образованное в октябре 1915 г. и именуемое сокращенно A7V (или A.7.V — Allgemeine Kriegsdepartement 7 Abteilung Verkehrswesen), выступало в роли заказчика боевых машин. В комиссию вошли также представители известных фирм: Г. Вильгельм — от «Опель», сам тайный советник В. фон Опель, К. Шипперт — от «Даймлер», директор NAG/AEG Юнг, владелец фирмы «Ауди» и член наблюдательных советов ряда других компаний автоконструктор А. Хорьх, технический директор компании «Бюссинг» профессор Хоффманн. Впоследствии в своих воспоминаниях А. Хорьх отметил: «Нам тоже нужны были эти грозные гусеничные машины. Но оказалось, что в нашей стране вообще отсутствовал опыт изготовления гусеничного транспорта».

Испытание шасси A7V с макетом бронекорпуса 16 января 1917 г. Обратим внимание на стальную раму — «нос» для прорыва проволочных заграждений.

Продольный разрез опытного танка на шасси A7V (макет, построенный в январе 1917 г.): 1 — «нос», 2 — направляющее колесо, 3 — гусеничная цепь, 4 — ведущее колесо, 5 — радиаторы, 6 — защищенный бак для горючего, 7 — выхлопная труба, выведенная под днище корпуса, 8 — педаль сцепления, 9 — корпус, 10 — сиденье командира, 11— рулевое колесо («волан»), 12 — рычаг переключения передач, 13 — рычаг тормоза, 14 — сиденье водителя, 15 — рычаг заднего хода, 16 — двигатель, 17 — бортовая передача.

Руководителем конструкторских работ, по решению комиссии, был назначен главный инженер Опытного отделения Инспекции автомобильных войск капитан Йозеф Фольмер (Joseph Vollmer, 1871–1955). Инженер Й. Фольмер, подданный Великого герцогства Баден, входившего в состав Германской империи, имел большой опыт разработки автомобилей различных типов и автомобильных агрегатов, в военном ведомстве зарекомендовал себя работами по повышению проходимости грузовиков. Как член Транспортно-технической испытательной комиссии (VPK — Verkehrstechnische Priifungskommission) Военного министерства, он внес немалый вклад в разработку стандартных требований к автомобилям и их комплектующим. В группу Фольмера вошло около 40 конструкторов от различных фирм.

Взгляды Военного министерства и Главного командования на назначение разрабатываемой машины значительно расходились.

Скептицизм командования в отношении танков и нежелание тратить и без того дефицитные средства «попусту» породили решение о разработке универсального шасси. 15 ноября определены требования к гусеничному самоходному шасси, которое можно было бы использовать для танка и для трактора или вездеходного грузовика. Последнее назначение — «механические транспортные средства» — военному руководству казалось куда важнее. При этом машина должна была развивать скорость до 12 км/ч, преодолевать рвы шириной 1,5 м и подъемы крутизной 30°. Только к концу 1920-х годов окончательно стала ясна невозможность создать полноценный танк на шасси трактора или эффективно использовать танк как трактор (вынужденно строившиеся в разных странах и в разное время «бронетракторы» — уже другая тема). А пока 25 ноября 1916 г. на аэродроме Темпельхоф под Берлином представителям технической комиссии и военного ведомства продемонстрировали сельскохозяйственный гусеничный трактор, дабы оценить перспективы использования гусеничного шасси для боевой и транспортной машин.

К участию в разработке были привлечены фирмы «Даймлер», «Бюссинг», NAG, «Бенц», «Опель». К разработке ходовой части привлекли представителя зарубежного отделения «Холт Катерпиллер» (Будапешт, Австро-Венгрия) X. Штайнера и берлинскую фирму «Брасс унд Херштетт». Несмотря на скептицизм Ставки, поддержка Военного министерства обеспечила средства для проведения работ. Разработка проекта велась спешно и была завершена к 22 декабря. В основу компоновочной схемы машины положена симметрия в продольной и поперечной плоскостях. Эта симметрия сказалась потом даже в расположении дверей корпуса.

Схема трансмиссии танка A7V: 1 — носок коленчатого вала, 2 — главный фрикцион, 3 — скользящие шестерни ведущего вала, 4 — шестерни передаточного вала, 5 — ведущий вал, 6 — подвижная втулка конической передачи, 7 — коническая шестерня бортового вала, 8 — бортовой редуктор, 9 — тормоз, 10 — ведущее колесо.

Тележки ходовой части A7V с пружинами подвески.

16 января 1917 г. в Берлине-Мариенфельде были продемонстрированы макет шасси и деревянный макет бронекорпуса. 20 января Военное министерство в лице VPK подготовило заказ на постройку 100 шасси. При этом количество забронированных шасси OHL поначалу ограничило десятью. Машина получила обозначение A7V — по аббревиатуре занимавшегося ею подразделения Военного министерства. Иногда в литературе буква «V» в аббревиатуре A7V ошибочно расшифровывалась как «конструкция Фольмера» («bauart Vollmer»). Шасси получали номера от 500 и далее, под которыми и числились впоследствии машины.

Любопытно, что сведения об этих работах вскоре стали известны русской разведке. В середине февраля 1917 г. русское командование сообщило союзникам «тревожные сведения» о планах строительства танков в Германии. С другой стороны, 16 апреля 1917 г. на р. Эн у Шмен-де-Дам впервые вышли в бой французские средние танки «Шнейдер» и «Сен-Шамон», и хотя их первый боевой опыт был неудачен, германскому военному руководству следовало считаться с тем, что новое боевое средство появилось и у французов. И ускорять работы над собственным проектом танка.

Первый прототип танка — рабочее шасси с макетом бронекорпуса — был готов 5 апреля 1917 г., а 30 апреля продемонстрирован в Берлине-Мариенфельде. 14 мая он был показан на ходу на учебном полигоне севернее Майнца руководству OHL — также с деревянным макетом корпуса. При этом макет корпуса имел только пулеметные амбразуры и «нос» из стальных скоб — для разрушения проволочных заграждений. Для большего правдоподобия машину загрузили 10 тоннами балласта. Тогда же, в мае, принято решение организовать два танковых подразделения и выдан заказ на дальнейшее бронирование шасси A7V — в качестве резервных машин. Сначала заказ на изготовление танков довели до 38, но вскоре его сократили до 20. Следующие за первыми 10 танков известны как танки «второго заказа». То есть речь шла, по сути, о войсковых испытаниях боевой машины на фронте. Вопрос о бронировании 100 шасси отложили до выяснения результатов испытаний. Хотя при столь малом количестве ожидать положительных результатов было трудно — уже можно было сопоставить результаты первого боя британских танков на Сомме в сентябре 1916 г. и танкового прорыва у Камбрэ 20 ноября 1917 г., когда в бой одновременно пошли 377 танков и в первый же день достигнуты внушительные тактические успехи.

Подвеска ходовой части A7V.

Эскизный проект установки на шасси A7V укороченного корпуса с «носом» для разрушения заграждений и варианты установки вооружения в амбразурах корпуса.

Генерал фон Марвиц, командующий 2-й германской армией, на чьем участке и произошел прорыв, заявил: «Противник одержал победу при Камбрэ благодаря своим многочисленным танкам». Тем не менее германское командование, усилив внимание противотанковой обороне, в вопросах наступления все еще полагалось на сложившуюся и отлично отработанную тактику «троицы» — пехотинец-пулеметчик-артиллерист. Тем более что промышленность напрягала все силы для производства вооружения и боеприпасов для этой «троицы».

Прототип A7V испытывался параллельно с полугусеничным «Мариен-Ваген II». Главное командование по результатам испытаний выбрало A7V. Впрочем, шасси «Мариен-Ваген II» тоже не осталось без дела — их использовали как транспортные машины, а также изготовили на их основе самоходные зенитные и противотанковые (!) орудия. В 1917 г. началось серийное производство и полноприводных колесных бронеавтомобилей «Эрхард» E-V/4.

Первые пять готовых танков A7V ожидалось получить к 15 июля 1917 г., следующие пять танков и 40 небронированных шасси — к 1 августа, наконец, последние 49 шасси — к 1 сентября 1917 г. К концу лета ожидалось получить также 50 шасси «Орион-Ваген», однако их проходимость и способность преодолевать проволочные препятствия вызывали сомнения. Этот проект не получил дальнейшего развития. Хотя 16 базовых шасси все же собрали и даже разработали новый гусеничный вариант шасси — без поворотной колесной пары. A7V оказался в конце концов единственной основой для постройки танка.

Испытания, проводившиеся весной и летом 1917 г., выявили ряд технических недоработок в системе охлаждения двигателей, трансмиссии, в направляющих гусеничного хода. Их исправление заметно затянуло работы — результат первоначальной спешки. К тому же сказывался растущий дефицит материалов. Постройка первого серийного A7V на шасси № 501 была завершена к концу октября 1917 г., т. е. за месяц до массированной британской танковой атаки под Камбрэ. Еще до окончания постройки, 19 июня, танк был продемонстрирован в Берлине-Мариенфельде кайзеру Вильгельму II.

Эскизный проект установки на шасси A7V полноразмерного бронекорпуса и вооружения в составе 77-мм штурмовой пушки, двух 20-мм автоматических пушек Беккера и четырех 7,92-мм пулеметов MG.08. Боковая проекция.

Тяжелый танк A7V с корпусом «Крупп» в начальном варианте — с бронированием ходовой части.

Генеральный штаб не стал дожидаться результатов доработки и 1 декабря 1917 г. утвердил со своей стороны заказ на постройку 100 шасси. Заказ, наконец, получил категорию срочности 1А — танки спешно готовили к большому весеннему наступлению на Западном фронте.

Учитывая «универсальный» характер разрабатывавшегося шасси, описание машины начнем именно с него.

Конструкция собиралась на массивной прямоугольной коробчатой раме. В геометрическом центре машины располагался двигательный отсек (моторное отделение), закрытый капотом. Расположение силовой установки фактически совпало с центром тяжести танка или трактора A7V. Над моторным отделением помещалась площадка с местами водителя и командира машины. Заметим, что на первом варианте шасси было установлено два места водителя, повернутые в противоположные стороны, для переднего и заднего хода — та же идея «челнока». Для увеличения полезного объема корпуса гусеницы помещены практически под днищем. Таким образом, компоновка машины была как бы трехэтажной — ходовая часть, платформа с силовой установкой посередине и площадка управления. После испытаний первого шасси № 501 в ноябре — декабре 1917 г. раму шасси усилили.

Требования по скорости движения при планировавшейся массе 25–30 т и предполагаемом сопротивлении движению предполагали установку двигателя мощностью около 200 л.с. Такие двигатели имелись в Германии, например для «цеппелинов», но получить их для наземной машины, еще не пользующейся приоритетом, было затруднительно. Фирма «Даймлер» могла поставить двигатели мощностью 100 л.с. для всех строящихся шасси. Поэтому решено было применить двухдвигательную установку с работой каждого двигателя на гусеницу одного борта. Двигатели — карбюраторные, четырехтактные, четырехцилиндровые, рядные, жидкостного охлаждения, с рабочим объемом 17 л, диаметром цилиндров 165 мм и рабочим ходом поршня 200 мм. Расход бензина одним двигателем на 1 км пути составлял 4 л по хорошей дороге и до 16 л по пересеченной местности. Двигатели установлены параллельно, носками коленчатых валов к корме. Каждый двигатель крепился к раме отдельно. Трубопроводы устроены так, чтобы карбюраторы и питающие патрубки находились по внешним сторонам и не нагревались от соседнего двигателя. Выхлопные трубы выводились на внутреннюю сторону и под днищем корпуса выводились через глушители наружу с обоих бортов машины. Глушитель крепился на раме снаружи под верхней ветвью гусеницы. Система питания двигателей рассчитывалась таким образом, чтобы ее работа не зависела от наклона машины. Два бака емкостью 250 л каждый помещались в передней части корпуса под днищем. Для большей пожарной безопасности они перекрыты железными листами и изолированы от обитаемого отделения. Подача бензина производилась давлением отработанных газов, причем каждый бак мог питать оба двигателя. Для пуска двигателей и в качестве страховочного запаса служили два вспомогательных бака возле места водителя с бензином лучшей очистки и качества. Зажигание смеси осуществлялось от магнето с пусковым магнитом. Число оборотов двигателя регулировалось предохранительным механизмом, ограничивавшим его максимальное значение, и дроссельным клапаном со специальным ручным рычагом. Пуск двигателей мог производиться несколькими способами: электростартером, П-образной стартерной рукояткой, вращаемой тремя членами экипажа (подобно британским «ромбовидным» тяжелым танкам), распылителем «Бош», накачиванием смеси насосом. Штурвал стартера располагался позади места командира в рубке управления. Для подогрева служила ацетиленовая горелка.

Эскизный проект установки на шасси A7V полноразмерного бронекорпуса. Обратим внимание на противоположно установленные сиденья в овальной рубке.

Проекции танка A7V с корпусом «Крупп».

Запустив один из двигателей и придав машине первоначальное движение, можно было запустить второй двигатель через сцепление. Каждый двигатель имел свой счетчик оборотов.

Тщательно разработана система смазки. Стекающее в картер двигателя масло откачивалось насосом в отдельный бак, откуда оно другим насосом вновь подавалось через фильтры к местам трения. Это предотвращало заливание цилиндров маслом и забрызгивание свечей зажигания даже при продольном наклоне машины до 45°. Для охлаждения двигателей вдоль передней и задней стенок капота вертикально устанавливались два трубчатых радиатора. Они крепились эластичными хомутами и располагались в особых карманах на войлочной прокладке, снижавшей действие вибрации. Радиаторы обдувались четырьмя вентиляторами — каждая пара вентиляторов приводилась во вращение от вала двигателя ременной передачей (со стороны маховика) с регулируемым натяжением. Воздух забирался изнутри корпуса и выбрасывался наружу через решетки ниже двигателей.

Привод и управление гусеницы каждого борта составляли законченный агрегат, при этом оба агрегата были заключены в едином картере. Агрегат включал сцепление, трехскоростную коробку передач, конические передачи переднего и заднего хода, однорядный бортовой редуктор. Сцепление (главный фрикцион) помещалось на конце удлиненного носка коленчатого вала двигателя и было выполнено по схеме с «разгруженным конусом», что позволяло управлять сцеплением с небольшим усилием. Коробка передач — тракторного типа, с ведущим и передаточным валом и скользящими шестернями. Значения скоростей — 3, 6 и 12 км/ч. Переключение скоростей производилось соответствующим рычагом перемещением скользящих шестерен на ведущем валу, включение переднего или заднего хода — перемещением втулки конической передачи, торможение гусеницы — колодочным тормозом на конце передаточного вала. Доводку трансмиссии осуществила фирма «Адлер».

Продольные разрезы (в вертикальной и горизонтальной плоскостях) тяжелого танка A7V. Танкисты изображены в комбинезонах и защитных шлемах.

Поворот машины производился выключением и торможением одной гусеницы. Минимальный радиус поворота составлял при этом 2,2 м и был примерно равен ширине колеи машины. Включив задний ход одной из гусениц, можно было развернуть машину на месте вокруг вертикальной оси. При повороте с большим радиусом водитель поворотом вправо или влево рулевого колеса («волана») изменял соотношение числа оборотов двигателей. Таким образом, водитель управлял машиной в одиночку и мог в широких пределах варьировать радиус поворота и скорость движения. Органами управления ему служили рулевое колесо (перед его сиденьем), две педали сцепления, рычаг переключения передач (справа от сиденья водителя), два рычага тормозов (справа чуть позади сиденья), два рычага переднего и заднего хода (по бокам от сиденья), рычаг насоса. С соответствующими механизмами органы управления связаны через тяги и гибкие тросы.

Ходовая часть с блокированной упругой подвеской выполнена по типу трактора «Холт». Поскольку в Германии производства гусеничных шасси не было, Хорьх и доктор Вангеманн через Военное министерство Австро-Венгрии договорились с венгерским отделением «Холт Катерпиллер» в Будапеште о поставках гусениц и других узлов ходовой части. Инженер фирмы «Даймлер» Евгений Линк вместе с Йозефом Фольмером доработал ходовую часть «Холт» в соответствии с заданием. «Ходовые тележки» подвешивались к поперечным коробчатым балкам, приклепанным снизу рамы шасси. На борт приходилось по три тележки. Каждая тележка подвешивалась на вертикальных винтовых цилиндрических пружинах. Поначалу каждая тележка имела две пружины, затем, по опыту эксплуатации, подвеску средних тележек, воспринимавших наибольшую нагрузку, усилили и довели количество пружин до четырех. Одна тележка несла пять сдвоенных опорных катков с наружными и центральными ребордами. От продольного смещения и ударов о раму тележку удерживали продольные наклонные стяжки. Перемещения тележек относительно рамы ограничивались балками. Верхняя ветвь гусеницы поддерживалась шестью одинарными роликами — они крепились попарно на особых брусках, уложенных по бокам рамы на выступы поперечных балок, т. е. оси поддерживающих роликов и ведущего колеса были жестко связаны с рамой. Ось направляющего колеса снабжалась винтовым механизмом регулировки натяжения гусеницы. Оси подвески тележек и оси направляющих и ведущих колес обоих бортов соединялись поперечными стержнями. Расположенное сзади ведущее колесо имело зубчатый венец, зацеплявший гусеничную цепь за втулки шарниров. Направляющее и ведущее колеса были спицованными, позже устанавливались и сплошные ведущие колеса. Как и у «Холта», в A7V оси ведущих и направляющих колес остались низко расположенными.

Траки гусениц — сборные. Каждый трак состоял из штампованного башмака с невысокими поперечными грунтозацепами, и рельсов (с вырезами для облегчения), крепившихся к башмаку на винтах. Проушины на концах внутреннего рельса служили для соединения траков цилиндрическими пальцами с надетыми на них втулками. В результате рельсы траков образовывали роликовую шарнирную цепь. Башмаки по широким краям имели изогнутые козырьки — козырек одного башмака накрывал козырек следующего, таким образом шарнир защищался от попадания грязи и камней при изгибе цепи. Ширина башмака составляла 500 мм. Рельсы выполнялись штамповкой в виде профильных стальных уголков, пальцы и втулки — из стали «хронос», башмак штамповался из сименс-мартеновской стали.

Расположенные под балками рамы крепления подвески и узлы трансмиссии снизу оставались открытыми.

Перейдем теперь к бронированию и вооружению танка A7V. Представители Главного командования потребовали обеспечить машине защиту от снарядов полевой артиллерии, но даже предварительные расчеты показывали, что это лишит машину всякой подвижности. Решено было ограничиться толщиной брони 20–15 мм, только в лобовой части довести ее до 30 мм. Как показала практика, это хотя и обеспечило танку неплохую защищенность, но — вместе с вынесенной вперед установкой орудия — перетяжелило переднюю часть, дополнительно ограничив проходимость танка на поле боя. Броневой корпус устанавливался на раме шасси сверху и собирался на стальном каркасе, на который заклепками крепили прямые листы катаной броневой стали. Окончательную сборку танков вели на заводе фирмы «Стеффене унд Нолле», имевшей немалый опыт изготовления и сборки мостовых и мачтовых конструкций, а также оборудование для раскроя, сверления и клепки деталей из закаленной стали.

Схема размещения экипажа танка A7V: А — водитель, Б — командир, В — заряжающий, Г — наводчик орудия, Д — пулеметчики, Е — механики.

Сектора обстрела вооружения танка A7V.

Первый заказ на 10 бронекорпусов был разделен между двумя конкурентами — фирмами «Крупп» и «Рехлинг» — лидерами металлургии, давно уже поставлявшими военному ведомству корабельную и иную броню. Бронелисты, поставленные «Рехлинг», полностью соответствовали условиям приемки, а вот «крупповские» оказались с браком — имели большие отклонения от плоскостности. Поэтому на заводе «Стеффене унд Нолле» бронелисты пришлось разрезать и доводить по месту. В результате каждый борт «крупповского» корпуса собирался из пяти вертикальных листов, крыша — из четырех продольных и одного поперечного листа. Такие корпуса получили танки с номерами шасси 540, 541, 542, 543 и 544. Корпуса фирмы «Рехлинг» отличали цельные, из единого листа борта. Их имели танки № 501, 502, 505, 506, 507. Впоследствии корпуса, изготовленные для танков № 502 и № 544, переставлены на шасси с номерами соответственно 503 и 504. Лобовая и кормовая части корпуса поначалу должны были делаться цельными, но в связи с изменениями в выборе вооружения пришлось «делить» эти части и собирать каждую из трех листов.

Поскольку при выдаче второго заказа все еще предполагалось получить и пушечные, и пулеметные танки, часть корпусов второго заказа пришлось также переделывать под орудийную установку. Интересным смешением элементов корпусов двух заказов являются танки № 529 и № 562: у обоих корпус второго заказа изначально планировался под пулеметный танк, а при переделке в пушечный использованы лобовые детали от корпуса «Рехлинг» первого заказа.

Толщина и качество брони позволяли противостоять бронебойным винтовочным пулям (типа французской АРХ) на дальностях 5 м и более, а также близким разрывам осколочно-фугасных снарядов легкой полевой артиллерии. Бронестойкость корпуса несколько повышалась «корабельной» формой лобовой и кормовой частей. Однако уязвимыми местами были стыки бронелистов из-за плохой пригонки на углах. По утверждениям союзников, осматривавших захваченные германские танки, сквозь стыки проникали осколки пуль и свинцовые брызги.

Дно топливных баков прикрывалось 10-мм бронелистами, другого бронирования днища не было. В крыше корпуса спереди и сзади ставились большие вентиляционные решетки, служившие отчасти и для освещения боевого отделения танка. Расчет делался на естественную протяжку воздуха из-под днища через крышу. На танках первого заказа вентиляционная решетка с каждой стороны включала 45 небольших щелей, но на «втором заказе» — уже 18 увеличенных щелей, что должно было улучшить вентиляцию. Верхняя рубка собиралась на болтах из пяти съемных листов и складывалась при перевозке и на марше. При сложенной верхней рубке танк мог перевозиться на стандартной платформе по германским, французским и бельгийским железным дорогам без помех со стороны железнодорожных сооружений. В крыше рубки имелся лючок с откидной решетчатой крышкой над местом водителя (на танках второго заказа эта решетка также изменилась). Смотровые лючки по периметру рубки прикрывались складывающимися вверх крышками, позволявшими регулировать высоту открытой «щели».

Планы установки на танк вращающейся башенки, как и планы увеличения бронестойкости за счет большего угла наклона бронелистов, остались на бумаге.

В первоначальном проекте предусматривался специальный «нос» в виде двух треугольных рам из балок таврового сечения. Рамы крепились в передней части и служили для облегчения преодоления препятствий и проделывания проходов в заграждениях. «Нос» даже был выполнен на деревянном макете, но уже в первом демонстрационном образце от него отказались.

Общая масса бронекорпуса составляла около 8,5 т, т. е. составляла не более 30 % от массы танка (само шасси весило 16,5 т, вооружение и боеприпасы — 3,5 т, дополнительное оборудование — еще чуть более 1,5 т).

Второй заказ на бронекорпуса, понятно, выдали фирме «Рёхлинг». Корпуса этого заказа ставились на шасси № 525, 526, 527, 528, 529, 560, 561, 562, 563 и 564.

Командир машины размещался на верхней площадке слева, справа и чуть позади него сидел водитель. Верхняя площадка находилась на высоте 1,6 м над полом боевого отделения, на площадку вели две внутренние лестницы — спереди и сзади. Артиллеристы и пулеметчики размещались в боевом отделении по периметру корпуса. Входившие в состав экипажа два механика располагались на сиденьях спереди и сзади от двигателей и должны были следить за их работой. Для посадки и высадки экипажа служили откидные на петлях двери в правом борту — впереди и в левом — сзади. Под дверью снаружи приклепывались две узкие ступеньки, могли использоваться и убираемые лесенки.

Не сразу было выбрано вооружение танка. Планировалось, например, вооружать пушкой только каждый пятый танк, остальные — пулеметами и малокалиберными автоматическими пушками. Соответственно, из первых десяти танков восемь должны были быть пулеметными, а два — пушечными. Для пулеметного танка рассматривался вариант укороченного корпуса с восемью амбразурами. В зависимости от обстановки в амбразурах можно было установить требуемым образом (для стрельбы вперед, назад и в стороны бортов) две 20-мм автоматические пушки Беккера с магазинным питанием и два 7,92-мм пулемета MG.08 либо четыре пулемета и два огнемета, причем установки автоматических пушек и пулеметов были взаимозаменяемы. Для укороченного (облегченного) корпуса предлагался также вариант вооружения из двух 13,3-мм пулеметов MG.18 TuF (Tank und Flugzeug, «противотанковый и зенитный», хотя этот пулемет еще только разрабатывался) и двух 7,92-мм MG.08. При этом корпус по бортам имел высокие скобы для отклонения при движении по дорогам провисающих или оборванных электропроводов (такими приспособлениями к тому времени снабжали автомобили в прифронтовой зоне).

Пушечный танк с «полноразмерным» корпусом предполагалось вооружить 77-мм полевой пушкой модели 1896 г. (FK 96 n/А), но такая установка оказывалась слишком тяжелой. Больше шансов давала короткоствольная 77-мм штурмовая пехотная пушка Круппа модели 1916 г. с длиной ствола 20 калибров, дополнявшаяся двумя 20-мм пушками Беккера и четырьмя пулеметами MG.08 на вертлюжных установках. Была спроектирована тумбовая установка для монтажа в танке 77-мм штурмовой пушки. Однако это вызвало ряд проблем — только длина отката у 77-мм пушки составляла 750 мм. Кроме того, заказы на пушки были полностью расписаны, получение их было затруднительным. В другом варианте предполагалось вооружить танк с «полноразмерным» корпусом четырьмя 20-мм пушками и четырьмя 7,92-мм пулеметами, хотя OHL настаивала на «пушечном» варианте — особенно после успеха британских танков у Камбрэ в ноябре 1917 г. В декабре 1917 г. решено ограничиться, по примеру британцев, 57-мм орудием. Для этого выбрали 57-мм скорострельные капонирные пушки «Максим-Норденфельд» британского производства, захваченные в октябре 1914 г. в крепости Антверпен (хотя в литературе упоминается и о том, что часть пушек была якобы взята в неназванных «русских крепостях»). Установка орудия была соответственно перепроектирована. От производства в серии пулеметного варианта танка — иногда, по образцу британцев, именовавшегося «самкой» или «женским типом» — отказались.

57-мм пушка ставилась в передней части корпуса. Пушка имела длину ствола 26 калибров, вертикальный клиновый затвор, длину отката всего 150 мм. Два цилиндра противооткатных устройств монтировались над стволом. Боекомплект орудия помещался в металлическом ящике (позади мест артиллеристов) и включал от 180 до 300 унитарных выстрелов (патронов). Причем кроме бронебойных и осколочных в боекомплект входили и картечные выстрелы — для самообороны машины и поражения живой силы противника на малых дальностях. 90 выстрелов размещались в боеукладке непосредственно позади расчета орудия. При боекомплекте 180 выстрелов 100 из них было с осколочно-фугасными снарядами, 40 — с бронебойными и 40 — картечных. При увеличении боекомплекта увеличивалась и доля картечных выстрелов. Осколочно-фугасные снаряды имели взрыватель с замедлителем и могли использоваться против полевых укреплений. Начальная скорость бронебойного снаряда составляла 487 м/с, бронепробиваемость — 20 мм на дальности 1000 м и 15 мм на 2000 м, наибольшая дальность стрельбы — 6400 м, хотя реально прицельный огонь редко велся дальше чем на 200–300 м.

Танки первого заказа, кроме корпусов, отличались и типом установки орудия.

Собранные первыми танки с номерами шасси 502, 505, 506, 507 и корпусами «Рехлинг» в носовой части несли стойку («козлы»), на которой крепилась поворотная артиллерийская установка системы Артиллерийской испытательной комиссии. Широкая маска (щит) пушки качалась в вертикальной плоскости, а небольшой внутренний щиток — в горизонтальной. Установка снабжалась противовесом и механизмом наведения с двумя маховичками. Прицельное приспособление ограничивалось мушкой и прицелом с прорезью (их потом использовали и в сочетании с оптическим прицелом). Танки № 540–544 с корпусами «Крупп» получили тумбовые установки. Тумбовая установка разрабатывалась изначально для танка A7VU (см. далее), но ставилась на A7V. Угол наведения орудия в горизонтальной плоскости составлял по 45° в обе стороны, в вертикальной — ±20°. Наводчик располагался на кожаном сиденье, укрепленном на кронштейне тумбы и поворачивавшемся вместе с пушкой (так что противовесом служил сам наводчик), для удобства посадки на том же кронштейне крепились упоры для коленей с кожаными подушками. Сиденье опиралось на ролик, катавшийся по полу корпуса. Для наводки орудия служил телескопический прицел. Между прочим, именно задержка в производстве этого прицела фирмой «Генрих Герц» (Берлин) послужила причиной задержки в установке вооружения на танки до марта 1918 г., т. е. почти до самого момента их первого боевого применения. Маска тумбовой артиллерийской установки состояла из двух частей. Большой щит полуцилиндрической формы соединялся с тумбой и вместе с ней вращался в горизонтальной плоскости, в левой части он имел вертикальную прорезь для прицеливания. В вертикальном вырезе посредине щита располагался щиток, связанный со стволом пушки и перемещавшийся в вертикальной плоскости. Таким образом, наводчик сидел как бы внутри полубашни, которую вращал, упираясь ногами в пол. Заряжающий располагался справа от него на неподвижном сиденье. Узкое поле зрения прицела и расположение пушки в передней точке приводили к тому, что наводчик легко терял цель из виду при любом движении танка, а при повороте пушки на максимальный угол влево броня корпуса попросту перекрывала поле зрения прицела. Поэтому по обеим сторонам от орудийной амбразуры выполнили смотровые лючки с двустворчатыми крышками. Об этих лючках стоит сказать особо.

Танк A7V № 503 во время демонстрации в Саарбурге 1 октября 1918 г. Обратим внимание на незащищенное днище танка, открытые смотровые лючки артиллеристов и механиков.

На танках первого заказа они появились почти случайно — после решения об отказе от пулеметного варианта танка пришлось переделывать уже готовые лобовые бронедетали, делая вырез для орудия и закрывая неиспользуемые пулеметные амбразуры броневыми крышками. На части танков это были двустворчатые открываемые крышки, а танк на шасси № 502, например, получил левый лобовой лист с двустворчатой крышкой амбразуры, а правый — сплошной. С другой стороны, танк № 540, изначально заказанный как пушечный, вообще не имел лючков в лобовых листах. Лобовая часть корпуса отдельных A7V имела и более мелкие отличия, связанные в основном с монтажом орудийной установки.

Работа наводчика в A7V была удобнее, чем в британских тяжелых танках. И все же вести более-менее прицельный огонь танк мог только с места. Тумбовые установки 57-мм пушки смонтировали впоследствии и на танках первой сборки № 501, 502 (503), 505, 507. Танк № 506 к началу этой замены уже был потерян в бою у Виллер-Бретонне.

Единственный «пулеметный» танк № 501 оказался полностью «симметричным» — вместо артиллерийской установки в его передней части, так же как и в кормовой, устанавливались два пулемета. Таким образом, обеспечивался действительно круговой обстрел. Позже танк № 501 был перевооружен 57-мм пушкой на тумбовой установке.

Стандартные 7,92-мм пулеметы MG.08 (системы Максима) крепились на вертлюжных установках с полуцилиндрическими масками и винтовыми механизмами вертикального наведения. Выступающие кожухи водяного охлаждения пулеметов на танках первого заказа защищали от поражения крупными бронекожухами и небольшими передними щитками — подобно тому, как это делали на MG.08 в пехоте. Позднее использовали менее громоздкие цилиндрические бронекожухи. После боя у Виллер-Бретонне, когда германские танки привлекли на себя интенсивный ружейно-пулеметный огонь англичан, амбразуры для пулеметов на большинстве танков прикрыли дополнительным бронещитком для защиты от проникновения свинцовых брызг через стыки и зазоры. Угол горизонтального наведения пулемета составлял ±45°. Расчет каждого пулемета — два человека — ошибка, которой в тот же год едва избежали французы при разработке легкого танка «Рено», происходившая, видимо, из-за стремления обеспечить пулеметам наибольшую боевую скорострельность с быстрой заменой ленты. Пулеметчики помещались на сиденьях с низкой спинкой, укрепленных на полу на тех же стойках, что и пулеметы. Коробка с лентой на 250 патронов крепилась на сиденье стрелка, запасные коробки укладывались под сиденьем. Танк мог возить с собой 40–60 лент, т. е. 10–15 тысяч патронов. Четверть боекомплекта пулеметов составляли патроны с бронебойными пулями. В бортах корпуса и дверях имелись лючки с бронезаслонками для стрельбы из оружия экипажа. Вооружение экипажа должно было включать ручной пулемет MG.08/15, четыре карабина Каr.98, пистолеты, 20 ручных гранат и даже один огнемет, а также два сигнальных пистолета и до 300 патронов к ним. Для укладки карабинов служили скобы, приделанные к внутренним лестницам. То есть экипаж танка набирался и вооружался подобно гарнизону форта или штурмовой группе. На практике это не соблюдалось (по крайней мере огнемета в танках не замечено), и экипаж имел с собой личное оружие и гранаты.

Варианты внешнего вида танка A7V: танк № 501 показан в первом чисто пулеметном и в последующем стандартном вариантах; танк № 507 имел установку 57-мм пушки на козлах, остальные — тумбовую установку; танк № 541 имеет корпус «Крупп».

Обильное вооружение и намерение возложить на танкистов еще и функции пехотных штурмовых групп определили рекордную для серийных танков численность экипажа. Если при разработке танка в 1917 г. предполагалось, что экипаж не превысит 13 человек, то с заказом в январе 1918 г. на пушечный вариант и включением в экипаж помощников водителя (механиков) его численность увеличилась до 15, а затем и до 18 человек.

Спереди и сзади к раме машины крепились буксирные крюки, на части танков вместо них ставились коуши. На минимальной скорости тяговое усилие достигало 15 тс. По опыту испытаний первого опытного танка ввели шарнирно крепившиеся треугольные (на танках первой серии могли быть и округлые) крышки для защиты вырезов корпуса под крюки в боевой обстановке. Возимый ЗИП размещался в коробке под полом в передней части корпуса, т. е. перед бензобаками. В танке возились два ручных огнетушителя. Возимый шанцевый инструмент крепился на бортах снаружи и включал две лопаты, две киркомотыги, двое ножниц для резки проволоки. На крыше машины перевозилась маскировочная сеть, без которой укрытие такой махины на стоянке было бы невозможным даже в лесу.

Для питания электрооборудования (внутреннее и внешнее освещение) служил электрогенератор с приводом от двигателя. Из средств внутренней связи следует упомянуть указатель на цель, введенный после испытания первых пяти машин (с корпусами «Рехлинг») в войсках. Он крепился под крышей корпуса над артиллерийской установкой и поворачивался командиром танка с помощью троса. Перед расчетом орудия над правым смотровым лючком располагалась панель с белой и красной лампочками: белая лампочка — «внимание», красная — «огонь», обе выключены — «прекратить огонь». Так получилась своеобразная система управления огнем с места командира машины. Остальному экипажу, как и во всех танках того времени, командиру приходилось подавать команды криком, перекрывая шум двигателей, трансмиссии и стрельбы, хотя позже сигнальные лампочки «системы управления огнем» провели и к местам пулеметчиков. Средств внешней связи не предусматривалось. Надежность работы имевшихся радиостанций внутри трясущегося корпуса танка вызывала большие и обоснованные сомнения, не было уверенности и в эффективности световой сигнализации, хотя танки первого заказа с корпусами «Рехлинг» снабжались сигнальными прожекторами производства фирмы «Цейсе», но потом от них отказались. Семафоры быстро сбивались бы пулями, осколками или взрывной волной. После испытаний первых машин в крыше верхней рубки выполнили лючок для сигнализации флажками или фонарем, в правой части крышки рубки выполнили лючок командира с двустворчатой крышкой. Кроме того, в крыше рубки смонтировали компас под небольшим полусферическим колпаком (ранее британские танкисты уже отработали приемы корректировки показаний компаса внутри бронированной машины). Эти конструктивные изменения ввели при дооборудовании следующих пяти танков первого заказа (с корпусами «Крупп») и в танки второго заказа. Из упомянутых первых пяти танков все эти изменения получил только танк с номером шасси 540, возвращенный на завод в марте 1916 г. Танк № 501 при переоборудовании в «пушечный» получил описанную систему «управления огнем», но рубку переделывать не стали.

В целом конструкция танка A7V воплощала в себе идею «подвижного форта», более приспособленного для круговой обороны и поддержки действий пехоты огнем, нежели для прорыва обороны противника и непосредственной поддержки продвижения пехоты. Несмотря на обильное вооружение, кругового обстрела в прямом смысле слова не получилось: из-за ограниченных углов наведения орудия два сектора в переднем направлении представляли собой мертвое пространство.

Британский солдат позирует у установки пулемета MG.08 трофейного танка A7V № 542 «Эльфриде». Обратим внимание на щиты и механизм вертикальной наводки пулеметной установки, табло «системы управления огнем» над установкой. Надпись «Jung» на броне, видимо, фамилия пулеметчика из германского экипажа танка.

Основным производителем A7V был завод «Даймлер-Моторен-Гезельшафт» (Daimler-Motoren-Gesellschaft) в Берлине-Мариенфельде. На этом же заводе, кстати, собирались и машины «Мариен-Ваген». Ручная сборка и доводка по месту сказались на внешнем виде танков. Стоимость постройки одного танка A7V в ценах 1917–1918 годов составляла 250 000 германских рейхсмарок, из них 100 000 марок приходилось на бронирование. В течение года — с октября 1917-го по сентябрь 1918 г. — было собрано всего 20 A7V. Для сравнения: во Франции в 1917 г. в месяц строилось в среднем около 50 танков, в Великобритании — около 40 танков.

Бронирование ходовой части, выступающие под рамой машины картеры бортовых передач и подвешенные под днищем спереди и сзади нижние бронелисты вместе с высоким расположением центра тяжести снижали проходимость машины (минимальный клиренс оказывался всего 200 мм). Танк мог уверенно двигаться по рыхлому грунту, но только по открытой ровной местности без бугров, глубоких рытвин и воронок, попав в воронку, уже не мог выбраться, поскольку гусеница, закрытая спереди и сзади, просто теряла сцепление с грунтом, танк легко опрокидывался при боковом крене. При переходе через проволочные заграждения колючая проволока просто затягивалась к гусеницам и запутывалась в них, что иногда приводило к перегрузке и выходу из строя сцеплений. Кроме того, проволока могла повредить проходящие под днищем открытые трубопроводы (в этом A7V оказался подобен дракону Фафниру из скандинавского эпоса и «Песни о Нибелунгах» — страшный ползущий ящер с прочной броней на боках и спине, но с мягким брюхом). Для увеличения проходимости и способности преодолевать препятствия предлагалось подвешивать к носовой части танка широкий каток на длинной подпружиненной раме (сохранился чертеж монтажа такого приспособления на танк с корпусом «второго заказа»), но на практике это предложение не реализовали.

Бронирование ходовой части было применено по опыту собственной германской противотанковой обороны, часто «разбивавшей» открытые гусеницы британских танков. Впрочем, германские конструкторы здесь, по сути, повторили решение конструкторов французской фирмы «Сен-Шамон» — те еще весной 1916 г. снабдили прототип своего «бронированного трактора» корпусом, свешивающимся впереди и позади ходовой части, и бронированием, почти закрывавшим ходовые тележки. На первом образце A7V бронирование доходило до осей опорных катков.

Схема компоновки «танка связи» (или «машины-коммутатора») A7V.

Экраны, закрывавшие ходовую часть, были и на серийных танках, однако экипажи снимали их, открывая ходовые тележки — дабы грязь с верхних ветвей гусениц не забивалась в ходовую часть и не выводила ее из строя. Снятые броневые экраны разрезались и использовались для дополнительной защиты верхней рубки, оказавшейся весьма уязвимой от ружейно-пулеметного огня. Бронелисты, прикрывавшие направляющие и ведущие колеса, могли откидываться на петлях вверх при обслуживании ходовой части. После снятия центральных бронеэкранов эти крайние листы на ряде танков обрезались по свободным углам. Для обслуживания ходовой части с каждого борта имелись также два небольших лючка, крышка переднего имела вырез для вывода выхлопной трубы (кроме танков на шасси № 501 и № 507, где лючки с вырезом выполнили позднее). Лючок имелся также в нижнем кормовом листе.

Расположение командира и водителя в поднятой рубке обеспечивало им неплохой обзор местности, и этим A7V выгодно отличался, скажем, от британских «ромбовидных» тяжелых танков или французского «Шнейдера». Однако длинный высокий корпус сильно затруднял наблюдение непосредственно перед танком. Водитель видел местность только в 9 метрах впереди машины и далее. Поэтому в управлении ему помогали механики, наблюдавшие за местностью через лючки в бортах — под рубкой. В отличие от британских тяжелых танков (до появления Mk V), всю физическую работу по управлению танком водитель выполнял один, причем она была легче, чем у британских коллег. Сиденья водителя, командира и наводчиков в A7V были удобнее, чем рабочие места экипажей британских танков.

Тактико-технические характеристики A7V

Был разработан вариант «танка связи» (или «машины-коммутатора»), оснащенного радиостанцией с поручневой антенной на крыше корпуса, вооруженного только четырьмя пулеметами, с экипажем 11–13 человек, включая радистов и наблюдателей. Эту машину предполагалось использовать как передвижной пункт связи для руководства общевойсковым боем («сражением объединенных родов войск», как тогда говорили), радиостанция должна была работать на стоянке. Но, хотя под монтаж радиооборудования даже было выделено рабочее шасси, этот проект — в отличие от британских или французских «радио-танков» — остался на бумаге.

Большие размеры и особенно высота танка делали его хорошо видимой мишенью для артиллерии. За громоздкий неуклюжий корпус и за две дымящие выхлопные трубы A7V прозвали в войсках «тяжелой полевой кухней». Вентиляция танка, как и на первых английских и французских машинах, оказалась неудовлетворительной, а при совмещении моторного отделения с обитаемым внутри корпуса быстро скапливались пары бензина и масла, а при стрельбе — пороховые газы. По рассказу одного водителя A7V, температура внутри танка во время боя достигала 86 °C — пожалуй, небольшое преувеличение. Да и на марше или в ожидании выхода в бой — когда на крыше поверх вентиляционных решеток размещались масксеть и брезент — обитаемость танка была не лучшей, так что большая часть экипажа на марше предпочитала размещаться на крыше танка. Тряска и теснота затрудняли передвижения внутри танка. Экипажи прибегали к импровизированным приспособлениям для сохранения равновесия — к вентиляционным решеткам в крыше привязывали веревки с узлами и петлями вроде петель в трамвае. Правда, большие размеры корпуса и большие бронедвери делали посадку и высадку экипажа A7V проще и быстрее, чем, например, в британских танках.

Как показал боевой опыт, обилие вооружения при многочисленном экипаже и недостаточное время для тренировки танкистов приводили к тому, что пулеметчики мешали артиллеристам, и наоборот.

Участие различных фирм в разработке и производстве A7V

Вообще же неудачи, которые постигли германские танки впоследствии, следует отнести не только на счет недостатков конструкции, но и на счет малочисленности машин и степени обученности их экипажей — у немцев просто не было времени и возможности провести должное обучение всех экипажей. Даже если они добивались местных успехов, это никак не влияло на ход операций.

Столь разительное несоответствие целей и средств растревожило «общественное мнение». 2 октября 1918 г. на заседании лидеров партий в рейхстаге представитель Ставки Главного командования попытался разъяснить «народным избранникам» столь разительное несоответствие целей и средств: «Надежда побороть противника исчезла. Первым фактором, решительно повлиявшим на такой исход, являются танки. Противник применил их в громадных, нами не предвиденных массах. Мы не были в состоянии противопоставить противнику такое же количество германских танков. Наша промышленность не могла производить их в достаточном числе без серьезного ущерба для других важных заданий: она и так была напряжена до крайности». Депутаты, как и положено, резко упрекали Военное министерство и Главное командование в пренебрежении новым боевым средством. 23 октября было распространено заявление военного министра генерала Шейха: «Мы уже давно энергично занимались постройкой этого оружия (которое признано важным). Мы скоро будем иметь дополнительное средство для успешного продолжения войны, если нас к этому вынудят». Полезность «этого оружия» теперь не вызывала сомнений ни у Военного министерства, ни у командования. Но было уже слишком поздно.

Генерал Г. фон Кюль говорил перед комиссией рейхстага уже после войны: «Нет сомнения, что германская промышленность справилась бы с производством танков, если бы мы поставили перед ней эту задачу заблаговременно, достаточно определенно и настойчиво».

Вид на внутреннее устройство верхней рубки танка A7V. Видны сиденья водителя и командира, рулевое колесо, рычаги и краны для управления танком. Положение работающего механика (справа) показывает, какой проход оставался между двигательной установкой с площадкой управления и бортом корпуса.

Танк A7V № 542, захваченный британцами 24 апреля 1918 г. у Виллер-Бретонне (см. главу «Боевое применение германских танков»), нес имя «Эльфриде», из-за чего в литературе A7V долгое время именовались также «танками типа Эльфриде». Танк был внимательно изучен в тылу, испытывался французскими и британскими экипажами. По мнению союзников, «немцы в своей модели повторили большое количество конструктивных ошибок и механических недостатков, позаимствованных ими у первых английских и французских танков». Точнее было бы сказать, что немцы учли многие из недостатков первых танков союзников, но сделали немало собственных ошибок. Британские специалисты отмечали хорошее бронирование A7V спереди, сзади и с бортов при слабой защите крыши (ослабленной вентиляционными решетками). Кроме того, «заслонки отверстий в башне, орудийный щит, пулеметные маски и щели между плитами… были очень уязвимы для осколков ружейных и пулеметных пуль». И, конечно, отмечалась низкая проходимость машины — об этом свидетельствовало уже то, что захваченный танк просто опрокинулся, переходя через воронку. Превосходя британские «ромбовидные» танки по скорости хода, германские танки явно уступали им по способности преодолевать рвы и траншеи, что подтвердило сравнительное испытание A7V и трофейного Mk IV, проведенное 12–13 февраля 1918 г. Это сыграло свою роль в решении не заказывать танков A7V сверх уже заказанных двадцати.

А7V — УПРАВЛЕНИЕ И МАШИНА . Первые германские танки: «Тевтонский ответ»

Для организации и объединения работ по созданию германского танка 13 ноября 1916 г. была создана техническая комиссия под руководством генерала Фридрихса — руководителя 7-го (транспортного) отделения Главного (или «Общего») Управления Военного Министерства. Это управление, образованное в октябре 1915 г. и именуемое сокращенно A7V (или A.7.V — Allgemeine Kriegsdepartement 7 Abteilung Verkehrswesen), выступало в роли заказчика боевых машин. В комиссию вошли также представители известных фирм: Г. Вильгельм — от «Опель», сам тайный советник В. фон Опель, К. Шипперт — от «Даймлер», директор NAG/AEG Юнг, владелец фирмы «Ауди» и член наблюдательных советов ряда других компаний автоконструктор А. Хорьх, технический директор компании «Бюсинг» профессор Хоффманн. Впоследствии в своих воспоминаниях А. Хорьх отметил: «Нам тоже нужны были эти грозные гусеничные машины. Но оказалось, что в нашей стране вообще отсутствовал опыт изготовления гусеничного транспорта» (мы уже видели, что дальше опытных шасси дело в Германии пока не шло). Руководителем конструкторских работ, по решению комиссии, был назначен главный инженер Опытного отделения Инспекции автомобильных войск капитан Йозеф Фольмер (Joseph Vollmer, 1871–1955). Инженер Й. Фольмер имел большой опыт разработки автомобилей различных типов, в военном ведомстве зарекомендовал себя работами по повышению проходимости грузовиков. Как член Транспортно-технической испытательной комиссии (VPK — Verkehrstechnische Priifungskommission) военного министерства, он внес немалый вклад в разработку стандартных требований к автомобилям и их комплектующим. В группу Фольмера вошло около 40 конструкторов от различных фирм. Взгляды военного министерства и высшего командования на назначение разрабатываемой машины значительно расходились. Скептицизм командования в отношении танков и нежелание тратить и без того дефицитные средства «попусту» породили решение о разработке универсального шасси. 15 ноября были определены требования к гусеничному самоходному шасси, которое можно было бы использовать для танка и для трактора или вездеходного грузовика. Последнее назначение — «механические транспортные средства» — военному руководству казалось куда важнее. При этом машина должна была развивать скорость до 12 км/ч, преодолевать рвы шириной 1,5 м и подъемы крутизной 30°. Только к концу 1920-х годов окончательно стала ясна невозможность создать полноценный танк на шасси трактора или эффективно использовать танк как трактор (вынужденно строившиеся в разных странах и в разное время «бронетракторы» — уже другая тема). А пока, 25 ноября 1916 г. на аэродроме Темпельхоф под Берлином представителям технической комиссии и военного ведомства продемонстрировали сельскохозяйственный гусеничный трактор, дабы оценить перспективы использования гусеничного шасси для боевой и транспортной машин. К участию в разработке были привлечены фирмы «Даймлер», «Бюссинг», NAG, «Бенц», «Опель». К разработке ходовой части привлекли представителя зарубежного отделения «Холт Катерпиллер» X. Штайнера и берлинскую фирму «Брасс унд Херштетт». Несмотря на скептицизм Ставки, поддержка военного министерства обеспечила средства для проведения работ. Разработка проекта велась спешно и была завершена уже к 22 декабря. В основу компоновочной схемы машины была положена симметрия в продольной и поперечной плоскостях. Эта симметрия сказалась потом даже на расположении дверей корпуса. 16 января 1917 г. в Берлин-Мариенфельде был продемонстрирован макет шасси и деревянный макет бронекорпуса. 20 января военное министерство в лице VPK подготовило заказ на постройку 100 шасси.

Эскизный проект установки на шасси A7V укороченного корпуса с «носом» для разрушения заграждений и варианты установки вооружения в амбразурах корпуса.

При этом количество забронированных шасси OHL поначалу было ограничено десятью. Машина получила обозначение A7V — по аббревиатуре занимавшегося ею подразделения военного министерства. Иногда в литературе буква «V» в аббревиатуре A7V ошибочно расшифровывалась как «конструкция Фольмера» («bauart Vollmer»). Шасси получали номера от «500» и далее, под которыми и числились впоследствии машины. Любопытно, что сведения об этих работах вскоре стали известны русской разведке. В приказе Командующего войсками Юго-Западного фронта генерала А.А. Брусилова № 0234 от 8 января 1917 г. указывалось: «Есть сведения на то, что германцы уже построили два типа „тэнк“: один низкий, вооруженный пулеметами, другой большого типа, размером железнодорожного вагона с пулеметами и приспособлением для выпуска ядовитых газов. Приказываю предупредить всех без исключения нижних чинов о возможности появления неприятельских „тэнков“ и объяснить доступным им языком их устройство, дабы выход этих чудовищ современной техники не мог бы быть для войск неожиданным». На самом деле, в это время еще только велась сборка деревянного макета тяжелого танка, а опытный легкий пулеметный танк германцы построят только через год. В середине февраля 1917 г. русское командование сообщило союзникам «тревожные сведения» о планах строительства танков в Германии, причем в сообщении указывалось: «Оборона против танков — наиболее эффективен наблюдаемый прицельный огонь на больших дальностях бронебойными снарядами. Также применимы концентрация артиллерийского огня вдоль дорог, интенсивный пулеметный огонь и глубокие ямы». Как показали события, готовность и возможности Германии по производству танков были переоценены. А вот меры противотанковой обороны союзники на Западном фронте заранее все же не подготовили. С другой стороны, 16 апреля 1917 г. на р. Эн у Шмен-де-Дам впервые вышли в бой французские средние танки «Шнейдер» и «Сен-Шамон», и хотя их первый боевой опыт был неудачен, германскому военному руководству следовало считаться с тем, что новое боевое средство появилось и у французов. И ускорять работы над собственным проектом танка.

Эскизный проект установки на шасси A7V полноразмерного бронекорпуса и вооружения в составе 77-мм штурмовой пушки, двух 20-мм автоматических пушек Беккера и четырех 7,92-мм пулеметов МG.08. Обратим внимание на противоположно установленные сидения в овальной рубке.

Первый прототип танка (рабочее шасси с макетом бронекорпуса) — был готов 5 апреля 1917 г., а 30 апреля продемонстрирован в Берлин-Мариенфельде. 14 мая он был показан на ходу на учебном полигоне севернее Майнца руководству Ставки Главного Командования — также с деревянным макетом корпуса. При этом макет корпуса имел только пулеметные амбразуры и «нос» из стальных скоб — для разрушения проволочных заграждений. Для большего правдоподобия машину загрузили балластом массой 10 тонн. Тогда же в мае было принято решение организовать два танковых подразделения и выдан заказ на дальнейшее бронирование шасси A7V — в качестве резервных машин. Сначала заказ на изготовление танков был доведен до 38, но вскоре его сократили до 20 (следующие 10 танков известны как танки «второго заказа»), То есть речь шла, по сути, о войсковых испытаниях боевой машины на фронте. Вопрос о бронировании 100 шасси отложили до выяснения результатов испытаний. Хотя при столь малом количестве ожидать положительных результатов было трудно — уже можно было сопоставить результаты первого боя британских танков на Сомме и танкового прорыва у Камбрэ 20 ноября 1917 г., когда в бой одновременно пущено было 377 танков и в первый же день достигнуты внушительные тактические успехи. Генерал фон Марвиц, командующий 2-й германской армией, на чьем участке и произошел прорыв, заявил: «Противник одержал победу при Камбрэ благодаря своим многочисленным танкам». Тем не менее, германское командование, усилив внимание противотанковой обороне, в вопросах наступления все еще полагалось на сложившуюся и отлично отработанную тактику «троицы» — пехотинец — пулеметчик — артиллерист. Тем более, что промышленность напрягала все силы для производства вооружения и боеприпасов для этой «троицы». Прототип A7V испытывался параллельно с полугусеничным «Мариен-Ваген II». Главное Командование по результатам испытаний выбрало A7V. Впрочем, шасси «Мариен-Ваген II» тоже не осталось без дела — их использовали как транспортные машины, а также изготовили на их основе самоходные зенитные и противотанковые (!) орудия. В 1917 г. началось серийное производство и полноприводных колесных бронеавтомобилей «Эрхард» E-V/4. Первые пять готовых танков A7V ожидалось получить к 15 июля 1917 г., следующие пять танков и 40 небронированных шасси — к 1 августа, наконец, последние 49 шасси — к 1 сентября 1917 г.

Гусеничное шасси «Дюр-Ваген», начало 1917 г.

К концу лета ожидалось получить также 50 шасси «Орион-Ваген», однако их проходимость и способность преодолевать проволочные препятствия вызывали сомнения. Этот проект не получил дальнейшего развития. Хотя 16 базовых шасси все же собрат и и даже разработали новый гусеничный вариант шасси — без поворотной колесной пары. A7V оказался, в конце концов, единственной основой для постройки танка. Испытания, проводившиеся весной и летом 1917 г., выявили ряд технических недоработок в системе охлаждения двигателей, трансмиссии, в направляющих гусеничного хода. Их исправление заметно затянуло работы — результат первоначальной спешки. К тому же сказывался растущий дефицит материалов. Постройка первого серийного A7V на шасси № 501 была завершена к концу октября 1917 г., т. е. за месяц до массированной британской танковой атаки под Камбрэ. Еще до окончания постройки, 19 июня танк был продемонстрирован в Берлин-Мариенфельде кайзеру Вильгельму II. Генеральный Штаб не стал дожидаться результатов доработки и 1 декабря 1917 г. утвердил со своей стороны заказ на постройку 100 шасси. Заказ, наконец, получил категорию срочности I А — танки спешно готовили к большому весеннему наступлению на Западном фронте.

Испытания танка A7V на шасси № 501 в варианте «пулеметного». Обратим внимание на бронирование ходовой части, отсутствие защиты кожухов пулеметов и выводов выхлопных труб, открытые буксирные крюки.

Шасси A7V с деревянным макетом корпуса, продемонстрированное руководству OHL на учебном полигоне севернее Майнца 14 мая 1917 г. Танк снабжен «носом» для разрушения препятствий.

История последнего германского танка Первой мировой

В Музее Квинсленда (Австралия) в ноябре будет выставлен уникальный экспонат — последний сохранившийся немецкий танк A7V Sturmpanzerwagen времен Первой мировой войны. Что еще более удивительно, из 100 лет, которые исполнилось танку, 98 лет он провел именно в Квинсленде.

В конце Первой мировой войны танки считались чем-то вроде ультимативного оружия, способного переломить ход любого сражения. Тем не менее, Германия смогла построить только 20 бронемашин во время войны. И все двадцать танков были модели A7V.

Танк, о котором сегодня идет речь, получил собственное прозвище «Мефисто» (Мефистофель). Боевую машину весом 33 тонны постигла ту же участь, что и многие другие танки той эпохи – она попросту застряла в грязи на поле боя в Виллер-Бретонне.

Передняя броня и основное орудие немецкого танка A7V «Мефисто»

После этого немецкий экипаж покинул танк, и его захватили солдаты Квинсленда из 26-го батальона. Далось им это непросто — чтобы добраться до танка, солдатам пришлось пересечь нейтральную полосу под огнем немецких винтовок, пулеметов, артиллерии и даже отравляющего газа.

Как только австралийцы добрались до «Мефисто», они отбуксировали его с помощью двух британских танков в тылы союзников, где танк сразу же стал достопримечательностью среди солдат. Буквально все хотели сфотографироваться рядом с немецким железным монстром.

Солдаты Новой Зеландии рассматривают немецкий танк по прозвищу «Шнук», захваченный новозеландскими частями на Западном фронте. Фотография снята 8 сентября 1918 года Генри Армитедж Сандерсом.

Поскольку «Мефисто» был захвачен солдатами из Квинсленда, его и отдали им в качестве трофея. Это должно было поднять моральный дух австралийцев, ведь они могли своими глазами увидеть «особый трофей», захваченный их соотечественниками у немцев.

В итоге «Мефисто» провел не одно десятилетие на открытом воздухе в Старом Музее Брисбена, прежде чем он был перевезен в Музей Квинсленда в 1990-х годах. Во время наводнения в Брисбене в 2011 году «Мефисто» залило грязью. Поэтому его пришлось срочно восстанавливать, чтобы выставить на австралийском военном мемориале. Теперь он вернулся в Музей Квинсленда навсегда.

Сильно поврежденный танк A7V вблизи Виллер-Бретонне. Скорее всего, это «561 Никсе», в котором лейтенант Вильгельм Бильц из 2 танкового подразделения 24 апреля 1918 года участвовал в одном из первых в истории танковых сражений. В этом сражении «Никсе» подбил два британских танка Mark IV, прежде чем сам был серьезно поврежден еще одним Mark IV под бортовым номером 4066

Поскольку это единственный оставшийся танк такого рода, он считается бесценным. Неудивительно, что немцы неоднократно предпринимали попытки вернуть его «на родину», но австралийцы наотрез отказывались отдать уникальный трофей.

Sturmpanzerwagen A7V был построен после того, как Германская империя увидела психологический эффект, который британские и французские танки оказывали на ее пехотные войска. Хотя на самом деле с танками союзников довольно неплохо справлялись с помощью противотанковых ружей и артиллерии, неуклонно надвигающиеся на ряды немцев бронированные машины сильно подрывали боевой дух войск. И это нельзя было игнорировать.

Захваченный немецкий танк A7V «Эльфриде III» во французском Сале. Впервые такие боевые машины были применены в Виллер-Бретонне 24 апреля 1918 года

Немецкое командование разместило заказ на 100 танков A7V, из которых успели построить всего 20. Чертежи A7V были разработаны капитаном Йозефом Фольмером в 1916 году. Согласно проекту, боевая машина весом 30 тонн и максимальной скоростью не менее 12 км/ч строилась на базе шасси австрийского трактора Holt. Она была способна пересекать канавы шириной до 1,5 м. Помимо основной 57-миллиметровой пушки A7V также был вооружен пятью 7,92 мм пулеметами MG-08.

Panzer A7V. Фото из Бундесархива

Первый опытный образец был испытан в апреле 1917 года, а окончательный прототип был готов к маю 1917 г. После успешных испытаний окончательного прототипа, дизайн был слегка подправлен, и в сентябре 1917 года началось серийное производство. Танк был назван в честь отдела, который спроектировал его — 7 Abteilung, Verkehrswesen (A7V). Sturmpanzerwagen переводится как «штурмовой бронированный автомобиль».

Panzer A7V. Фото из Бундесархива

Сразу же после появления A7V на полях сражений выявились недостатки в его дизайне. Крыша и днище были очень тонкими и не могли противостоять даже осколкам после взрыва гранаты.

Немецкий танк на пересеченной местности. Фото из Бундесархива

Использование обычной стали вместо бронированного сплава (для облегчения производства) означало, что броня была ослаблена и не могла противостоять артиллерийскому обстрелу. Подобные слабости немцы уже замечали в проектах союзников, но «наступили на те же грабли».

Немецкий танк A7V «Эльфриде», захваченный французскими войсками в Виллер-Бретонне 24 апреля 1918 года. Французская открытка 1918 года

A7V также имел низкий дорожный просвет, затрудняющий передвижение по сильно пересеченной местности полей сражений. Из-за этого ограничения первые десять A7V были применены только на относительно ровной местности.

Реплика A7V в танковом музее Бовингтона (июнь 2009 г.)Передняя броня и главное орудие немецкого танка A7V «Мефисто»Значок танкиста, 1921 годТанк A7V «Мефисто» после эвакуации с поля боя, 1918 годТанк A7V в Руа, 21 марта 1918 года. Фото из Бундесархива

После катастрофического нападения, в результате которого большинство A7Vs сломались или застряли в грязи и были захвачены союзниками, немцы отменили дальнейшее производство данной серии танков.

«Леопард 2» А7V: ренессанс танка

«Еще предыдущей администрацией были внесены коррективы в политику безопасности с целью приспособить бундесвер к изменившей обстановке», — говорит официальный представитель министерства обороны. Поэтому, как он сказал далее, в начале 2016 года было принято решение привести оснащение и количество систем вооружения в соответствие с новыми задачами вооруженных сил. Обороне страны и альянса придается при этом особое значение. «Одна из мер — повышение количества боевых танков с теперешних 220 до 328 машин», — объявил представитель минобороны.


Возвращение танков в строй ставит перед странами — членами НАТО новые проблемы, касающиеся инфраструктуры Европы. В конце марта комиссия ЕС представила план, согласно которому предстоит модернизировать дороги, мосты и железнодорожную сеть. Цель этих мероприятий — создание возможности для более быстрого перемещения танков и войск по Европе ввиду растущей напряженности в отношениях с Россией.


Бундесвер работает над повышением боеготовности танков, но параллельно с этим и над совершенствованием других комплексных систем вооружения. Согласно сообщениям министерства обороны из 244 боевых танков модели «Леопард 2» в среднем только 105 были готовы к бою. Причина этого — недостатки в снабжении запчастями и высокая стоимость обслуживания. «Кризис вооружения коренится в 25 годах экономии и сокращений после окончания конфронтации блоков», — говорит уполномоченный бундестага по вооруженным силам Ганс-Петер Бартельс (Hans-Peter Bartels).


В начале 2019 года бундесвер должен взять на себя командование мультинациональными силами сверхбыстрого реагирования (Very High Readiness Joint Task Force /VJTF) в Восточной Европе. Эта задача поручена 9-ой танковой бригаде в Мунстере. Сейчас у нее на вооружении всего-навсего девять танков из предусмотренных сорока четырех. Но к 2019 году она как в отношении личного состава, так и материального обеспечения будет в полной боевой готовности, утверждают в бундесвере.


Как бы то ни было, для военных «Леопард» — легендарная гусеничная машина. Кроме того, танк — это еще и экспортный бестселлер, остро критикуемый противниками вооружения. Как говорится в рекламе компании-производителя «Клаус Маффей Вегманн» (Krauss-Maffei Wegmann), «Леопард 2» — самый мощный в мире боевой танк, который используют 18 государств.


В отличие от ранних моделей, сегодня танки полностью компьютеризированы. «Леопард 2» А7, показанный на Люнебургской пустоши, весит 60 тонн, развивает скорость до 70 км/час и представляет собой движущийся вычислительный центр. Электроника в нем везде, одних раций три, данные показываются в цифровом формате. Электронный баллистический вычислитель рассчитывает траекторию полета 120 мм снаряда. Командир экипажа работает джойстиком, в его распоряжении перископ с панорамным обзором, который можно переключить на тепловизионный режим и режим ночного видения, электроника рассчитывает траекторию снаряда.


Генератор снабжает колосса током даже при выключенном моторе. Система охлаждения предназначена и для техники, и для кабины экипажа. Это важно не только для использования машины в пустынях. «Температура внутри кабины может подниматься до 40 градусов», — говорит Петер Грайзингер. 50-летний оберштабсфельдфебель служит в танковый войсках 30 лет и считается в Мунстере корифеем.


Мунстер — самый большой воинский полигон бундесвера, главный центр подготовки военнослужащих танковых войск. Здесь трудятся 5 тысяч военнослужащих и 1,5 тысячи гражданских лиц. «Техника важна, но решающее значение имеет качество хорошо подготовленного экипажа», — говорит подполковник Георг Кюппер (Georg Küpper), который отвечает за координацию обучения с 1983 года.


Скоро должна быть выпущена модифицированная модель, говорит Грейзингер, «Леопард 2» A7V, где буква V означает «verbessert» (нем. улучшенный). Улучшения касаются, помимо всего прочего, систем минозащиты и ночного видения. То есть, через 100 лет опять появился танк A7V. Но несмотря на суперсовременную технику, систему охлаждения и монитор, этот танк создан не для телеигры. «Даже спустя 100 лет после тогдашнего A7V в случае войны речь для экипажа будет идти о жизни и смерти», — говорит Кюппер.

Немецкий «Леопард» будет жечь «Армату», как «Тигр» жег Т-34

В ближайшее время на вооружение Бундесвера поступит новейшая версия танка «Леопард 2». Что характерно, называется она А7V — так же, как знаменитые немецкие танки времен Первой мировой. Как с гордостью пишет Die Welt, «наследники этих бронированных чудовищ снова в деле» — с их помощью страны НАТО намерены сдерживать Россию.

Издание отмечает, что впервые немцы применили танки 100 лет назад во Франции. 21 марта 1918 года А7V появились на фронте вблизи города Сен-Квентин. Перед ними стояла задача привнести движение в позиционную войну, подавить пулеметы противника и пробить брешь в позициях его пехоты. А7V весили 32 тонны и выглядели как перевернутые корпуса кораблей. Внутри, плотно прижавшись друг к другу, сидели 20 солдат, в том числе 12 пулеметчиков и даже один инструктор почтовых голубей, служивших тогда средствами связи. Освещение внутри отсутствовало, жара доходила до 60 градусов. Образец того А7V находится сегодня в музее танковых войск в Мунстере.

Позже танки навсегда изменили характер войн, напоминает Die Welt. Именно они позволили Адольфу Гитлеру совершать быстрые операции в первые годы Второй мировой. Позднее «Тигры» и «Пантеры» считались самым опасным оружием Вермахта.

«После падения железного занавеса число танков в Бундесвере сократили до абсолютного минимума, считая их реликтом холодной войны. Но сейчас танки вновь обрели свое былое значение. Немецкие танки сейчас стоят в Прибалтике для устрашения России», — отмечает немецкое издание.

Речь идет о «Леопард 2» А7. Он весит 60 тонн, развивает скорость до 70 км/час и представляет собой движущийся вычислительный центр. Электронный баллистический вычислитель рассчитывает траекторию полета 120-миллиметрового снаряда. Командир экипажа работает джойстиком, в его распоряжении перископ с панорамным обзором, который можно переключить на тепловизионный режим и режим ночного видения, электроника также рассчитывает траекторию снаряда.

Читайте также

Воздушный бой: В США придумали, как сбивать Су-57

Старый американский F-15 оснащают новой локационной системой и готовят к схватке с нашим новейшим истребителем

Как заключает издание, скоро должна быть выпущена модифицированная модель A7V, где V означает «улучшенный». Улучшения касаются, помимо прочего, систем минозащиты и ночного видения. «Через 100 лет опять появился танк A7V. Но несмотря на суперсовременную технику, систему охлаждения и монитор, этот танк создан не для телеигры», — торжествует Die Welt.

Получается, немцы готовят ответ российскому Т-14 «Армата». Мало того, Die Welt намекает, что А7V сможет так же успешно жечь русские танки, как «Пантеры» и «Тигры» жгли «тридцатьчетверки» в годы Второй мировой.

Заметим, пока — до модернизации «Леопарда 2» — российский танк превосходит «немца» на голову. Если у А7 классическая схема — единое внутренне пространство, в котором экипаж и боеприпасы находятся вместе, — то в «Армате» экипаж размещается в бронекапсуле, а башня (в нее приходится основная часть попаданий) необитаемая. Броня «Арматы» обладает динамической защитой от противотанковых ракет и гранат, которой у немцев нет, а ее 125-мм орудие по дальности эффективной стрельбы существенно превосходит орудие «Леопарда 2». Наконец, наш танк легче на 20% при одинаковой с «немцем» мощности (1500 л.с.)

Удастся ли А7V превзойти «Армату», смогут ли немецкие танки сдержать гипотетическое наступление России?

— Несмотря на все экскурсы Die Welt в историю, ничего радикально изменить в конструкции «Леопарда» нельзя, и потому с «Арматой» ему не сравняться, — считает полковник запаса, член Экспертного совета коллегии Военно-промышленной комиссии РФ Виктор Мураховский. — «Леопард 2» — боевая машина классической компоновки, и из этого следует все остальное.

Экипаж, боеприпасы и топливо располагаются в нем в одном объеме. Отсюда высокая пожаро- и взрывоопасность в случае пробития брони, что грозит гибелью экипажа. Плюс большие проблемы с совершенствованием вооружения — например, увеличением калибра орудия.

В ходе модернизации «семерки» немцы несколько улучшили — как они считают — бронирование. Также разработали новые типы боеприпасов для 120-мм пушки. Но опять же, на А7V так и не появились управляемые ракеты, запускаемые через пушечный ствол. Появилась новая электроника в системе управления огнем — вот, собственно, и все изменения.

Замечу, мы такими модернизациями также занимается. Пример тому Т-90СМ — экспортная версия нашего основного боевого танка. Впервые Т-90СМ вывезли за рубеж и показали в Абу-Даби на салоне IDEX-2013. Танк произвел фурор — командование армии Эмиратов даже просило оставить его для более близкого ознакомления и тестовых испытаний.

В 2017 году Минобороны заказало модернизированные Т-90М и для российских Вооруженных сил. По этому направлению — модернизации существующих моделей — двигаются все танкостроители мира. И чем здесь немцы выделаются, я не вижу.

Повторюсь: без изменения компоновки боевой машины, как показывает опыт, невозможно добиться существенного улучшения ее характеристик. И на сегодня Россия единственная страна в мире, которая разработала танк с принципиально новой компоновкой — Т-14 «Армату». Опытно-войсковая партия таких машин уже закуплена Минобороны.

«СП»: — Чтобы приблизиться к «Армате», немцам нужно построить новый танк «с нуля». Это требует серьезных денег, времени и промышленных ресурсов. Насколько принципиально для Германии построить танк, сопоставимый с российским Т-14, будут ли немцы его делать?

— Немцы разрабатывать новые танки и не прекращали. Напомню, в августе 1963 года между правительствами США и Германии был заключен двухсторонний договор о совместной разработке нового боевого танка — он должен был заменить в американской армии танк М-60, а в Бундесвере — М-48. Проект получил название МВТ 70/KPz 70. В 1967 году начались испытания новой машины, но из-за сложности конструкции, дороговизны и ряда проблем МВТ 70/KPz 70 так и не довели до ума.

Летом 2015 года было объявлено, что ведущие оборонные предприятия Германии и Франции намерены объединить усилия и создать перспективный основной танк. Программа обновления танкового парка носит рабочее название MGCS — Mobile Ground Combat System («Мобильная наземная боевая система»). Старт серийного производства танков MGCS планируется только к 2030 году.

Но большинство немецких разработок танков ведется на бумаге. Эпизодически всплывает информация о них — например, о различных вариантах компоновок. Но ни одного опытного экземпляра «в железе», насколько я знаю, строить в обозримой перспективе немцы даже не планируют.

И здесь надо понимать: на бумаге можно сочинять что угодно. Еще модно такие танки рисовать в компьютерных играх. В компьютере все выглядит красиво — танк едет и крушит все вокруг.

Но в жизни, на поле боя, происходит столкновение с жестокой реальностью — и от компьютерных подвигов не остается следа.

Я имею в виду применение «Леопардов 2» армией Турции в сирийском Африне в феврале 2018 года. Как оказалось, немецкий танк — по описанию британской Daily Mail, «ценой в 4 миллиона фунтов стерлингов, двухрядным двигателем V12 и корпусом из закаленной стали и вольфрама» — можно подбить из древнего гранатомета РПГ-7. Или из противотанкового ракетного комплекса «Конкурс», который был принят на вооружение Советской армией более 40 лет назад. Подбить прямо в лоб, некрасиво — с кровищей и мясом. Совсем не так, как в компьютере.

Читайте также

Путин дал С-500 ускорение

На что способна ЗРС «Прометей», которую заждались в ВКС России

«СП»: — Die Welt пишет, что новые «Леопарды 2» нужны НАТО для сдерживания России. Если Российская армия реально двинется на Европу, немецкие танки способны ей противостоять?

— Реальное наступление русских — самый большой страх для западных стратегов со времен холодной войны. Точнее говоря, стратегическая наступательная операция российских Вооруженных сил на западном театре военных действий — нашими фронтами, общевойсковыми и танковыми армиями, с использованием на современном уровне оперативно-маневренных групп и рейдовых отрядов.

Реально западные военные специалисты осознают: если Россия решится на такую наступательную операцию, то сметет в Европе все подчистую. Именно поэтому воссоздание ряда дивизий Западного военного округа — в частности, 150-й, 144-й, Первой гвардейской танковой армии — многих на Западе очень сильно напрягает.

И никакие «Леопарды» здесь, конечно, не помогут.

— У «Леопарда 2» есть свои достоинства, — отмечает военный эксперт Виктор Литовкин. — Это мощный двигатель, хорошее орудие, высокая проходимость, совершенные системы управления огнем. Но «Армате» он не чета, и хвастают немцы своим новым танком только для того, чтобы продвигать его на рынке вооружений.

Всерьез усилить НАТО новые А7V не смогут. Сама Германия располагает на сегодня танковым парком примерно из 400 машин, половина которых небоеспособны.

И большой вопрос, хватит ли денег у Берлина для замены имеющихся «Леопардов 2» на модернизированные. Я, например, в этом сильно сомневаюсь. В отличие от большинства стран-членов НАТО немцы не тратят на оборону даже 2% своего ВВП — обещают в течение 5 лет довести военные траты до 1,5%.

Так что вряд ли новый А7V укрепит Германию, и вряд ли произведет такую же революцию в танкостроении, как российский Т-14 «Армата».

Леопард 2 А7V ренессанс танка или за неимением горничной?

Германия возрождает танковые войска, которые после окончания холодной войны считала военными реликвиями. Немецкая газета Die Welt сообщает, что новый танк Leopard 2 в модификации А7V призван служить «сдерживающим фактором» для России. Что же это? Реальное возрождение ударной мощи бундесвера? Или попытка, после провала действий турецких Леопардов в Сирии, поддержать пошатнувшееся 1 место в танкостроении?

Итак в планах бундесвера увеличить количество основных боевых танков с нынешних 220 до 328. Новая техника будет полностью компьютеризирована. «Леопард 2» в модификации А7 весит 60 тонн, развивает скорость до 70 км/час и представляет собой «движущийся компьютер». Цифровой баллистический вычислитель рассчитывает траекторию полёта снаряда, а командир танка только работает джойстиком. Так сообщают нам германские СМИ.
В 2010 году на выставке Eurosatory немецкая компания Krauss-Maffei Wegmann (KMW) продемонстрировала новую, седьмую модификацию танка Leopard 2, под названием Leopard 2А7 +. Машина с помпезностью приукрашивалась как прорыв в танкостроении. Однако на деле это не был какой то новый танк. Получалось, что это новая модификация танка Леопард 2А6, представляет собой модульный пакет обновлений: улучшена противоминная защита; накладные элементы, которые покрывают всю башню, лобовую часть корпуса и две трети борта для защиты от кумулятивных средств ближнего боя (типа РПГ-7), мин, самодельных фугасов, поражающих элементов кассетных боеприпасов, БОПС, противотанковых ракет с оптико-электронными, инфракрасными и лазерными системами наведения; реализация технологии «цифровая башня»; улучшение характеристик СУО для обеспечения возможности поражения цели первым выстрелом, особенно в движении; введение в конструкцию танка «командирского» тормоза, позволяет командиру танка в любой момент остановить танк;
добавление в боекомплект танка современных снарядов ;оснащение стабилизированным дистанционно управляемым боевым модулем вспомогательного вооружения;системы связи, позволяющей экипажу обмениваться информацией с взаимодействующими пехотными подразделениями;
внедрение в конструкцию танка вспомогательной силовой установки, которая питает электроэнергией многочисленные электронные системы без необходимости включения основного двигателя;
установка оборудования, предназначенного для включения каждого основного боевого танка в единую автоматизированную систему тылового обеспечения.
То есть Krauss-Maffei Wegmann пошли по пути СССР/России и объекта 188 ( Т-90) воплотив в одном танке все лучшие качество танковой триады Т-64/72/80 и методами улучшения оборудования и модулей доведя танк до уровня 3+, уровняв их с современными танками НАТО.


Модернизация танка просто бесподобна и своевременна ( напомню 2010 год). Однако по состоянию на 2018 год в Бундесвере всего 20 машин ( кто там говорит что Армата долго на вооружение принимается?).
И вопрос вот в чем — почему в 2010-2013 годах про 2А7+ прошла информация , а потом затихла до сего времени?
Почему бундесвер сплавлял направо и налево Леопарды 2А4 и А5 сателитам ( Турция, Польша, Испания,Чехия и прочее) и не заикался про А7+ и тут на тебе — новый танк, чуть ли не ответ Армате и толпам российских танков снова нацеленных на Ла Манш ?

Все очень просто. Ранее Леопард 2 безоговорочно, всеми таблоидами и рейтингами, признавался танком № 1 в мире иногда допуская на пьедестал Абрамс. В общем то разумных аналитиков, говоривших что рейтинг дутый и Леопард никогда и нигде не воевал, посылали подальше.
И вдруг Сирия….. https://fishki.net/2505500-novaja-gazeta-i-ee-voennye-jekspe…
Шок и трепет. Леопарды горят и взрываются ничуть не хуже чем советские Т-55/62/72 над которыми недавно все потешались. Но это полбеды, главное, что прямой конкурент — Т-90, участвуя в куда более жестких боях показал лучшую выживаемость от средств поражения.
И главное РФ выставила улучшенную версию Т-90М, в которой явный намек на модернизацию старых модификаций, не только Т-90, но и Т-72 которых по миру еще очень много. Причем данная модернизация — выводы из применения танков в Сирии. https://fishki.net/anti/2498351-rossijskaja-armija-poluchit-…


Вот тут то и кроется, главная разгадка, такого бурного выступления ФРГ про новый танк. Отсюда и сноска на знаменитый штурмовой танк A7V ( заменившую старую А7+).
Просчитанный маркетинговый ход — события в Сирии и Ираке показали насколько техника конца 20 века без модернизации, уязвима от современного противотанкового оружия. И отставания в области модернизации танков в защите от него, означает потерю рынка вооружений. События в Сирии показали, что пусть не лидером, но лучшим является ОПК РФ. То есть если вовремя не предложить свой вариант, потенциальные закупщики обратятся именно туда.
Но глупо предлагать то, что уже было 8 лет назад. Поэтому А7V якобы «новый» танк, с такой отсылкой в историю. Ну и конечно, именно он способен противостоять русским танкам ( как же без этого).
Причем если действительно Леопард 2А7V будет производится по проекту MBT Revolution ( 2 фото), то нужно будет поздравить бундесвер — он получит прекрасную модернизацию старого танка не уступающую Т-90 и способную сразится с Арматой. Но главное машина будет защищена от противотанкового оружия (РПГ,ПТУР), что в совокупности сделает ее грозной машиной и позволит продержать ее в строю как минимум 15-20 лет.

Мой мир

Вконтакте

Twitter

Одноклассники

«Тяжелая походная кухня» | Warspot.ru

Первая мировая война — не только время массовых убийств и зверств, направленных против человечности, но и начало эпохи применения новых видов вооружения и боевых машин: самолетов, боевых отравляющих веществ и, конечно же, первых танков.

Во время Первой мировой войны стала широко применяться тактика позиционной войны, когда войска противоборствующих сторон располагаются на укрепленных позициях с глубокоэшелонированной обороной, которая способна защитить от обстрела противника. При такой тактике наступательные операции связаны с риском огромных потерь в рядах атакующих. Вопрос о возможностях снижения потерь при прорыве линии фронта рассматривался во всех странах-участницах Первой мировой войны, но первыми до решения дошли англичане. Полковник Эрнст Свинтон является автором идеи полностью бронированной машины на гусеничном ходу. После многочисленных неудачных проектов, английские разработчики сумели создать первую действующую модель.

15 сентября 1916 года возле реки Сомма началась первая атака с участием танков, но из-за ряда причин, таких, как небольшое число танков, размытые дождем дороги, английским войскам не удалось прорвать фронт, но произвести впечатление на немцев они смогли. Так описывает очевидец первую встречу с английским танком: «Огромные чудовища приближались к нам, гремя, прихрамывая и качаясь. Кто-то в первой линии окопов крикнул, что явился дьявол, — и это слово разнеслось по окопам с огромной быстротой».

Британский танк штурмует окопы. Французская открытка периода Первой мировой войны

Несмотря на возможность создания подобной машины, немецкое командование решило сосредоточиться на противотанковой обороне, но вопрос о танках не был закрыт. В октябре 1916 года состоялось первое совещание по «танковому вопросу», а 13 ноября была образована техническая комиссия под руководством генерала Фридрихса (руководитель 7-го отделения Общего управления Военного министерства, сокращённо A7V). A7V выступило в роли заказчика немецкиx танков, а в техническую комиссию вошли представители достаточно известных фирм, таких как «Опель», «Даймлер», NAG/AEG. По решению комиссии главным конструктором был назначен капитан Йозеф Фольмер. Что касается терминологии, то разработчики в самом начале позаимствовали английское название «tank», а затем решили перейти к «panzerwagen», «panzerkraftwagen» и «kampfwagen», ближе к концу войны утвердилось название «sturmpanzerwagen». К концу апреля 1917 года был собран прототип, но, из-за многочисленных недоработок, выявленных при демонстрации, первый серийный тяжёлый танк, названный A7V, удалось выпустить только к концу октября.

Конструкторы танка учли недочёты танков других стран, но не смогли избежать своих. Для корпуса были применены более толстые, чем обычно, бронелисты (лоб корпуса 30 мм, лоб корпуса (низ) 20 мм, корма 20 мм, днище 15 мм, крыша корпуса 15 мм.). Условия для экипажа танка, который насчитывал 18 человек, не отличались от условий в английских или французских танкаx: экипаж страдал в бою от плохой вентиляции и грохота двух двигателей. При движении вне поля боя танкисты, кроме трех механиков-водителей, предпочитали находиться на плоской крыше танка.

При движении вне поля боя танкисты, кроме трех механиков-водителей,
предпочитали находиться на плоской крыше танка. Кроме того, А7V был склонен при сильном боковом крене к опрокидыванию
из-за высокого расположения центра тяжести

При весе в 30 тонн и мощности двигателя в 100 л. с. A7V развивал скорость в 12 км/ч. Имел 57-миллиметровую капонирную пушку Максима-Норденфельда и 6 пулемётов MG.08 калибром 7,92 мм. За свои размеры (высота 3,3 м, длина 7,35 м, ширина 3,06 м), жару внутри и сильно дымящие трубы немецкие солдаты прозвали его «тяжёлой походной кухней».

Внутреннее устройство танка

Впервые A7V вступили в бой 21 марта 1918 года в ходе контратаки на берегах канала Сент-Квентин, а первый танковый бой состоялся 24 апреля при Вилле-Бретоне. Три A7V, вооружённые 57-мм орудиями, показали полное огневое превосходство над встретившимися им английскими Mk.IV, оснащёнными только пулеметами. Однако, как показало время, A7V оказался менее успешной боевой машиной. Он плохо преодолевал траншеи, имел высокий центр тяжести и клиренс всего 20 см.

К сентябрю 1918 года немцами было выпущено всего 20 тяжелыx танков A7V, каждый из которых обладал собственным именем, но дальнейший выпуск был запрещен, а оставшиеся танки должны были быть разобраны: война уже была проиграна, и Версальский договор, по которому Германии запрещалось производить вооружение, вступил в силу.

Танковая энциклопедия, первый онлайн-музей танков

Артуро Джусти / 8 апреля 2022 г.

Королевство Италия/Repubblica Sociale Italiana (1942-1945) Автомобильная артиллерийская установка двойного назначения — 1 прототип Autocannone da 90/53 su SPA ‘Dovunque’…

Прочитайте больше
  • Советские прототипы времен холодной войны

Мариса Белхоте / 6 апреля 2022 г.

  СССР (1963-1964) Легкий танк — 1 прототип Эволюция боевых действий и технологий в годы после заключения…

Прочитайте больше

Стэн Люциан / 5 апреля 2022 г.

Стэн Люциан / 5 апреля 2022 г.

Леандер Джобс / 4 апреля 2022 г.

Нидерланды (1945-1972) Бронеавтомобиль — 300 приобретено, около 120 б/у С окончанием Второй мировой войны, большой…

Прочитайте больше

Павел Алексей / 2 апреля 2022 г.

Нацистская Германия Подделка Самоходка Со времен Второй мировой войны оружие нацистской Германии породило большое…

Прочитайте больше

Марко Пантелич / 1 апреля 2022 г.

Империум человечества (41-е и 42-е тысячелетия) Тип: Тяжелый танк «В мрачной тьме 41-го тысячелетия есть…

Прочитайте больше

Артуро Джусти / 30 марта 2022 г.

Королевство Италия 1940 — 1942 Самоходная зенитная артиллерийская установка (SPAAG) — неизвестные номера переоборудованы Когда Regio Esercito (английский: Royal …

Прочитайте больше

Энциклопедия танков ®: Направление для любителей танков уже десять лет. 7 000 000 посетителей, более 1 300 страниц

Если вы интересуетесь историей в целом и войной в частности, «Танковая энциклопедия» — это место, где можно найти ВСЕ бронированные машины, которые когда-либо бродили по полю боя, от H.«Сухопутные линкоры» Г. Уэллса до новейших основных боевых танков, наши статьи охватывают все эпохи развития бронетехники и охватывают широкий спектр конструкций бронетехники, от мостоукладчиков и инженерных машин до истребителей танков и бронетранспортеров. Вы также можете найти статьи о «мягкой» технике, противотанковом вооружении, тактике, боях и технике. Десять лет занудной одержимости гусеничными моделями. Танковая энциклопедия по-прежнему находится в стадии разработки, и именно здесь вы, читатель, можете помочь.Если вы обнаружите, что чего-то не хватает, добавьте это в наш список Public Suggestion . И пожалуйста, поддержите нас!

Четыре эпохи, которые мы охватываем:

Первая мировая война: грязь, колючая проволока и окопы Великобритания и Франция начали разработку танков для прорыва вражеских линий. Они предназначались для проникновения на нейтральную полосу, но танк быстро превратился в машину для убийств, интегрированную в общевойсковые операции.

Вторая мировая война: испытательный полигон для бронетехники: Впервые большое количество танков и бронетехники будет сражаться друг с другом.От джунглей тихоокеанских атоллов до засушливых пустынь Ливии, ледяных и ветреных степей Советского Союза и дождливых бокажей Нормандии.

Холодная война: Восток против Запада: Две противоборствующие сверхдержавы привели к расколу мира на Восток и Запад. США и СССР вместе со своими альянсами создали новое поколение бронетехники, извлекая уроки из многочисленных опосредованных войн.

Современная эпоха: танки все еще актуальны?: Несмотря на многочисленные пророчества, предвещающие кончину танков, бронетехника по-прежнему остается важной отраслью вооруженных сил всего мира.Нет никаких признаков того, что это скоро изменится, поскольку разработка танков продолжает адаптироваться к современному полю боя.

Познакомьтесь с тяжелым танком Herculean времен Первой мировой войны Германской империи

Вот что вам нужно запомнить:  В некотором смысле A7V, возможно, внес больший вклад во Вторую мировую войну, чем в Первую, о чем свидетельствуют конструкции бронированных танков нацистской Германии той эпохи, которые были довольно продвинутыми по сравнению с их современниками. В любом случае, A7V представляет собой захватывающую часть истории Первой мировой войны.

Довольно много военных новинок широко дебютировали на различных полях сражений Первой мировой войны, включая подводные лодки, пулеметы, самолеты, отравляющие газы и огнеметы. Но, пожалуй, одним из самых значительных достижений в военной технике той эпохи был танк.

Британцы выставили первые танки во время той войны, отправив свой танк Mark I на передовую. Хотя Mark I открыл новую эру в войне, их танк был не единственным в той войне и не лучшим.

Германская империя тоже использовала танки во время Великой войны, и в некотором смысле их конструкция A7V могла быть даже лучше. Базовая конструкция A7V предусматривала большой бронированный отсек, соединенный с гусеничным шасси. Хотя A7V, как и Mark I, двигался по гусеницам, в британской конструкции гусеницы скользили без защиты по верхней части ромбовидной формы машины, тогда как верхняя часть гусеницы A7V была лучше защищена внутри стальной брони машины, как и современные конструкции танков.

Для той эпохи A7V был огромным: он был почти одиннадцать футов в высоту, более двадцати четырех футов в длину и весил около тридцати трех тонн. В соответствии со своими большими размерами A7V также был хорошо вооружен. В то время как многие современные танки сегодня оснащены одним или двумя пулеметами, A7V упаковал в общей сложности шесть MG 08 внутри своего бронированного корпуса, два по бокам и два сзади. Кроме того, на A7V была установлена ​​57-мм пушка спереди, встроенная в лобовую часть корпуса A7V.

Два бензиновых двигателя разгоняли A7V до скорости чуть выше девяти миль в час, что делало немецкий танк одним из самых быстрых танков той эпохи, учитывая его размеры.Кроме того, A7V получил рессорную подвеску, повышающую его проходимость. Несмотря на мощность двигателя и подвеску A7V, конструкция была тяжеловесной и не особенно эффективной в условиях бездорожья. Несколько фотографий и видео A7V можно увидеть здесь и здесь. Они производят хорошее впечатление о размерах и скорости A7V и заслуживают внимания.

Послевоенная конструкция A7V получила дальнейшее применение в Германии во время гражданских беспорядков, охвативших страну после окончания военных действий.Военизированные группы Freikorps , разросшиеся после войны, конфисковали несколько A7V или производных от A7V, которые, возможно, участвовали в боевых действиях в столице Германии сразу после войны.

Конечно, Германская империя не производила танков A7V в количестве, достаточном для того, чтобы переломить ход войны в свою пользу — расчетное количество произведенных A7V, около двадцати, бледнеет по сравнению с несколькими тысячами французских и британских танков, состоявших на вооружении во время Второй мировой войны. Первая война.

В некотором смысле, A7V, возможно, внес больший вклад во Вторую мировую войну, чем в Первую, о чем свидетельствуют конструкции бронированных танков нацистской Германии той эпохи, которые были довольно продвинутыми по сравнению с их современниками.В любом случае, A7V представляет собой захватывающую часть истории Первой мировой войны.

Калеб Ларсон — обозреватель The National Interest. Он имеет степень магистра государственной политики и занимается вопросами безопасности США и России, вопросами европейской обороны, а также политикой и культурой Германии.

Изображение: Викимедиа.

Вскрытие немецкого танка, погибшего в боях Первой мировой войны

Германия производила только один вид танков во время Первой мировой войны, и только один экземпляр до сих пор сохранился.Недавно австралийские историки работали с полицией Квинсленда и подразделением баллистических бомб, а также с Группой оборонных наук и технологий, чтобы проанализировать, что именно солдаты Британской империи сделали с танком, чтобы остановить его продвижение и сбить его.


Реплика немецкого танка A7V в немецком музее.

(Huhu, общественное достояние)

«Мефисто», как известен танк, представляет собой A7V, первый немецкий танк, запущенный в производство. У машины была достаточно толстая броня, чтобы сделать ее почти пуленепробиваемой, что не характерно для танков первого поколения.И он был хорошо вооружен, имел по шесть пулеметов и по одной пушке спереди и сзади.

Это делало танк почти неуязвимым в бою, но также наделяло A7V рядом очень серьезных недостатков. Прежде всего, это было чрезвычайно дорого и ресурсоемко в производстве. Конструктор показал свой первый прототип высшим офицерам Германии, и они согласились купить две сотни, из которых только 20 будут готовы и отправлены на фронт в срок. Почему так мало? У них не хватило стали.

И те, что производила Германия, были хороши на ровной поверхности или на ухабистой местности, но они были ужасны, когда местность была каменистой из стороны в сторону.Это потому, что у него был большой вес, высокий центр баланса и тонкие гусеницы. Если одна сторона натыкалась на достаточно большую неровность, все переворачивалось.

Танковые чаты #49 A7V | Танковый музей

www.youtube.com

Пока A7V не наткнулся на кочку, он выглядел внушительно. Мефисто сражался при Виллер-Бретонне, где немецкие атаки в начале апреля были отбиты, поэтому Германия предприняла одну из своих немногочисленных бронетанковых атак с помощью A7V. Британские танки выдвинулись, чтобы противостоять угрозе, что привело к первому в истории столкновению танков.

Но Мефисто не был сбит британским танком. Он атаковал британских и австралийских пехотинцев, которым приходилось сражаться с танком из стрелкового оружия, которое не могло пробить корпус. Вот они и подошли к делу творчески. Австралийские эксперты обнаружили следы бронебойных снарядов, нацеленных на пулеметы и их охладители воды.

И союзники нашли вполне подходящее противотанковое орудие против Мефисто, 37-мм французское орудие, примерно такое же, как снаряд 1,5-го калибра.Однако этого было недостаточно, так как снаряды сразу рикошетили.

Немецкий танк, а не «Мефисто», перевернулся в битве при Виллер-Бретонне. Танк был потерян для истории, но Mephisto с такой же судьбой был отправлен в Австралию в качестве военного трофея.

(Французская открытка, общественное достояние)

Итак, «Мефисто» не досталось танкам, а 1,5-дюймовые снаряды отскакивали, так чем закончилось буйство «Мефисто»? Эта склонность к провалу. Он ударился о кочку, перекатился на бок, и экипаж был вынужден взорвать заряд и спастись бегством.Этот заряд пробил крышу, а также взорвал внутренние боеприпасы, один из которых пробил пол танка и упал на землю, где он взорвался.

Это, в свою очередь, послало больше шрапнели в днище и через кабину экипажа. «Мефисто» был мертв, и вскоре его должны были захватить британские войска.

Его увезли обратно в Австралию и поместили в военные музеи. Но немцы усвоили уроки.

Когда они готовились ко Второй мировой войне, они выставили на поле боя танки, которые были достаточно легкими и мобильными, чтобы пройти через Арденнский лес.Они отправили огромное количество танков и другого оборудования, которое сокрушило оборону союзников, почти все они были достаточно проворны, чтобы пересечь Ничейную полосу, не споткнувшись о собственные шнурки, как Мефисто и A7V.

Танк A7V — игрушки Brickmania

Информация о Sturmpanzerwagen A7V:

A7V, или Sturmpanzerwagen A7V, был тяжелым танком, впервые представленным Германией в 1918 году во время Первой мировой войны. Они использовались в боевых действиях с марта по октябрь 1918 года и были единственными танками, произведенными Германией во время Первой мировой войны, которые использовались в бою. .Проектные планы по созданию этого раннего танка были смелыми – масса около 30 тонн, возможности преодоления рвов шириной до 1,5 метров, вооружение, включающее пушку спереди, а также 6 пулеметов, по два на борт и два на борт. сзади.

Максимальная скорость Sturmpanzerwagen A7V была ограничена 12 км/ч, а ходовая часть была основана на тракторе Holt. Первый прототип был построен и испытан 30 апреля -го года 1917 года. Деревянный макет окончательного варианта был изготовлен и продемонстрирован в мае 1917 года.Наиболее распространенными пулеметами, использовавшимися на этом танке, были MG08. К танку прикрепляли двух человек — командира и водителя. Остальной экипаж был собран из множества других частей, часто на основе навыков работы с пулеметом.

Технические характеристики

  • Масса: 33 тонны (боевая масса 36 тонн)
  • Экипаж: 12-18
  • Броня корпуса: спереди 30 мм, сзади и по бокам: 15 мм, сверху: 6 мм
  • Основное вооружение: 57-мм пушка + 6 пулеметов MG08
  • Двигатель: 2x Daimler-Benz 4 цилиндра с общей мощностью 200 л.с.
  • Трансмиссия: коробки передач и дифференциалы Adler
  • Подвеска: гусеница Holt, вертикальные пружины
  • Скорость: 15 км/ч по дорогам; 4 мили в час по пересеченной местности

Дополнительная информация об этом специальном наборе для сборки Brickmania:

Sturmpanzerwagen A7V имеет следующие особенности:

Двойные широкие гусеницы Brickmania(tm)

  • 1 Командир танка с индивидуальной печатью Brickmania
  • 22 открывающиеся двери, люки и панели
  • 4 BrickArms Kar98
  • 6 снарядов с капсюлями
  • 1 Ствол 57 мм
  • 6 пулеметов MG08 с патронташами
  • 6 деталей с индивидуальной печатью
  • 6 рабочих тележек
  • Поворотная пушка
  • Вмещает 10-14 минифигурок!
  • Большое пространство в ходовой части для моторизации!

Все наборы моделей Brickmania сделаны из кубиков LEGO в новом состоянии.Эта модель поставляется в разобранном виде, содержит полные печатные инструкции по сборке и упакована в запечатанную коробку. Это ограниченный выпуск комплекта, и его производство может быть прекращено в любой момент.

Просмотр видео:

Немецкий танк Krupp A7V от Meng Models

Этот модельный комплект требует сборки. Цемент, краска и другие строительные материалы не включены, если иное не указано в описании.

Особенности:
  • Внешний вид первого немецкого танка точно воспроизведен
  • Реалистичные детали интерьера, включая боевое отделение и кабину водителя
  • Рабочие отдельные звенья гусениц в комплекте
  • Детали с прецизионным фототравлением в комплекте
  • Люки и порты можно сделать открытыми или закрытыми
  • Маркировка 1 танка, 504 «Schnuck», Abt.2, Немецкая армия, Северная Франция, осень 1918 г.
Движущаяся крепость танковой империи
Когда немецкая армия все еще зависела от своих пулеметов и пушек, британские танки Mark I в битве на Сомме нанесли им тяжелый удар.

После этого Германия приступила к разработке собственных танков. После нескольких неудач в начале 1918 года на вооружение был принят первый немецкий танк A7V. Танк квадратной формы, если смотреть издалека, напоминал движущуюся крепость и сильно отличался от более поздних танков. Хотя обычно экипаж составлял от 16 до 18 человек, иногда перевозили до 26 человек. Таким образом, A7V стал танком, перевозившим больше всего людей в мире. Он принял улучшенное шасси трактора Holt и два 4-цилиндровых бензиновых двигателя Daimler с водяным охлаждением мощностью 100 л.с.Его вооружение состояло из 57-мм пушки Maxim-Nordenfelt QF и шести крупнокалиберных пулеметов Maxim MG-08 калибра 7,92 мм.

Первые A7V производились компаниями Krupp Corp и Rochling Group. Поскольку бортовые броневые листы A7V производства Krupp Corp были слегка деформированы, а Германии в военное время не хватало ресурсов, эти листы были разрезаны на пять частей, а затем собраны вместе. Таким образом, эти ранние бортовые броневые листы производства Krupp Corp не были стандартными цельными.

Компания MENG выпускает новую сборную модель, которая копирует танк A7V производства Krupp Corp.Эта пластиковая модель немецкого танка A7V (Krupp) TS-017 в масштабе 1/35 имеет длину 229 мм и ширину 100 мм. Модель идеально повторяет боевое отделение и кабину водителя; предусмотрены рабочие траки; все люки и смотровые окна могут быть построены открытыми или закрытыми; прецизионные полиэтиленовые детали входят в комплект.

Только ограниченное количество танков A7V было построено и отправлено на поля сражений на позднем этапе Первой мировой войны, и они не помогли Германии изменить результаты. Тем не менее, будучи первым танком Германии, танк A7V заложил прочную основу для растущей танковой империи.

В настоящее время единственный уцелевший A7V (506) хранится в Квинслендском музее, Австралия. Еще один A7V (563), воспроизведенный Германией, хранится в Deutsches Panzermuseum. Тем не менее, это не версия, выпускаемая Krupp Corp. Какая жалость!

К счастью, теперь MENG представляет комплект модели танка A7V (Krupp), и моделисты могут построить эту движущуюся крепость.

а7в | Коллекторы » Line mount

Процесс сборки сборки Sun позволяет сконфигурировать картридж и коллектор или картридж основной и пилотной ступени, а также создать цифровую сборку в трехмерном пространстве.Результатом этого процесса является страница продукта сборки, включая изображения, символы, информацию о продукте и файлы САПР для загрузки.

Доступ к процессу сборки сборки можно получить со страницы продукта картриджа или коллектора. Допускаются только допустимые варианты.

На странице коллектора вы должны сначала выбрать функцию картриджа. Выбрав функцию, нажмите кнопку СБОРКА под КНОПКОЙ ГДЕ КУПИТЬ. После нажатия вам будут представлены действительные картриджи для вашего коллектора.Выберите нужный картридж и следуйте инструкциям вверху страницы. Если ваша конкретная комбинация была сгенерирована ранее, результирующая страница сборки будет доступна сразу. Если нет, вам будет предложено ввести адрес электронной почты. Когда страница будет заполнена, вам будет отправлено электронное письмо со ссылкой на страницу сборки продукта.

На странице картриджа нажмите СБОРКА, и вам будет представлен список совместимых коллекторов. В случае картриджей основной ступени и пилотной ступени вы можете собрать либо сборку картриджа с картриджем, либо сборку картриджа с коллектором.Определившись с выбором, следуйте инструкциям вверху страницы. Если ваша конкретная комбинация была сгенерирована ранее, результирующая страница сборки будет доступна сразу. Если нет, вам будет предложено ввести адрес электронной почты. Когда страница будет заполнена, вам будет отправлено электронное письмо со ссылкой на страницу сборки продукта.

Обратите внимание, что процесс сборки сборки является автоматизированным процессом. Его можно использовать в любое время. Страницы обычно генерируются в течение нескольких минут, но иногда возможны задержки.В случае задержки команда Sun приложит все усилия, чтобы решить проблему, чтобы вы получили информацию как можно быстрее.

Немецкий танк (A7V ‘Elfriede’) и артиллерийские орудия, ок. 1918

Из серии изображений немецкой боевой техники, либо сдавшейся, либо захвачен, выставлен, вероятно, в Париже на захваченной военной выставке на площади Согласия в декабре 1918 г. и начале 1919 г.

Место
Париж (Франция)
Экстент
1 фотография ; 7 х 11.5 см.
Язык
Английский
Субъект(ы)
Танки (Военное дело) — Германия — Фотографии
Мировая война 1914-1918 гг. — Фотографии
Жанр
Фотографии
Черно-белые негативы
Права
Обратитесь в Special Collections за разрешением на публикацию или воспроизведение изображения.
Просмотр полной политики прав

Цитата информация