Фото ричарда аведона: Страница не найдена

Содержание

Принципы фотографии Ричарда Аведона - Podium.IM

Ричард Аведон справедливо занимает одно из главенствующих мест в плеяде фотографов XXвека, его снимки легко узнаваемы, благодаря черно-белой гамме, лаконичности и потрясающему чувству вкуса. Изначально зарекомендовав себя в качестве «глянцевого» фотографа (работал для Harper’sBazaar и Vogue), Аведон постепенно выработал свой собственный стиль. Визитной карточкой фотографа стал черно-белый портрет. Кроме того, Ричард Аведон всегда оставался неравнодушным к социальным проблемам непростого двадцатого столетия: снимал участников общественных движений, не раз обращался к теме расовой дискриминации. Аведона, действительно, интересовало многое, он не боялся экспериментировать. Разумеется, как и у каждого мэтра своего дела, и у него имелись свои секреты съемки, которые мы попытаемся раскрыть.

«Каждый фотографирующийся знает, что его фотографируют. Поэтому он неестественен, он поневоле создает образ самого себя. Но есть еще и мои представления. Мое «я» вступает в отношения с «приготовленной» личностью модели».

Фотограф-портретист, в первую очередь должен быть умелым психологом и понять характер своей модели. Сделать это иногда не так уж и просто. Перед объективом фотокамеры мы все принимаем выгодную для себя позу, натягиваем улыбку и обычно выглядим ненатурально.  Ричард Аведон был охотником за настоящими эмоциями.  Он никогда не инструктировал своих моделей перед съемкой, но старался установить с ними контакт, чтобы как можно сильнее обнажить те эмоции, которые были ему нужны.

«Когда я был молодым, мои требования как художника в точности совпадали с требованиями журнала, в котором я работал. Они печатали то, что я хотел выразить. Но сейчас то, что интересует журналы моды, перестало быть интересным мне». 

Без преувеличения можно сказать, что черно-белые портреты Аведона навсегда обессмертили все его творчество. Именно в таком стиле фотограф снимал актеров, музыкантов, видных политических деятелей и даже пациентов психиатрической больницы. Аведона, главным образом, интересовал сам человек, его лицо. Поэтому портреты лишены каких-либо отвлекающих деталей – только нейтральный фон и крупный план. Никаких лживых улыбок и томных взглядов. Портреты Аведона справедливо можно назвать «голыми», в них присутствует некая интимность. Проще говоря, они отражают то, что мы тщательно пытаемся скрыть.

«Я составил свой список «не надо»: не надо искать наилучший свет, не надо выстраивать композицию, не надо поддаваться искушению красноречивых поз. И все эти «не надо» приводят меня к тому, что «надо». К белому фону, к личности, которая мне интересна, и к тому, что происходит между нами».

Аведон не гонялся за красотой, его больше интересовала правда. Но именно в правде он и находил красоту. Настоящий скандал вызвал его альбом «Американский запад», создание которого заняло несколько лет. Аведон, вооружившись белой ширмой, служившей ему в качестве фона, отправился в путешествие по Америке в поисках интересных лиц. Его героями становились обыкновенные рабочие, простые обыватели и даже маргиналы. Снимал их Аведон без грима, со всеми недостатками, к тому же используя не предназначенный для портретной съемки широкоугольный объектив. Портреты получились живые, реалистичные, но в то же время несколько отталкивающие. Именно это так возмутило американскую общественность.Все это наводит на мысль, что Ричарда Аведона уместнее было бы называть художником, нежели фотографом. Психологизм его портретов можно сравнить с Рембрандтовским. 

Поработав во многих жанрах, Аведон привнес в каждый что-то новое, но всегда оставался верен себе и своим незамысловатым принципам работы. Довольно точно описывает творчество Аведона его цитата: "Если вы смотрите в камеру и видите там то, что уже однажды видели – не нажимайте на спуск".

Автор статьи: Анжелика Капилевич

Ричард Аведон — фото, биография, личная жизнь, причина смерти, фотограф

Биография

Ричард Аведон считался фотографом, определившим модный образ Америки, а также мастером портретной съемки, раскрывавшим тайные грани людей. За десятилетия творческой карьеры он сделал тысячи снимков, которые вызывают восхищение вплоть до сегодняшних дней.

Детство и юность

Биография фотографа Ричарда Аведона началась 15 мая 1923 года в семье еврейской национальности, поселившейся в США. Родители, выходцы из России, владели розничным магазином и закрепились в нью-йоркском обществе как торговцы и мастера.

Мать Анна, унаследовавшая бизнес по производству верхней одежды, наполняла прилавки модными платьями и воспитывала двоих детей. Отец Джейкоб, бывший чернорабочим, освоил бухучет и финансы и в силу характера знал бизнес вплоть до последних мелочей.

Embed from Getty ImagesФотограф Ричард Аведон

Окружение Аведонов состояло из людей творческих профессий, которые привлекали внимание мальчика начиная со школьных лет. Он фотографировал друзей родителей на любительскую камеру «Кодак», и в 30-х годах его снимки стали появляться на свет.

Одной из первых работ Ричарда считался портрет Сергея Рахманинова, который часто приходил в гости и наведывался в магазин. Потом появились изображения аксессуаров и моделей одежды, которые мать и отец использовали для декорирования витрин.

Кроме этого, мальчик делал фото для семейного архива, оттачивая мастерство в еврейской ассоциации, организовавшей общество Camera Club. С помощью младшей сестры Луизы, с удовольствием позировавшей перед камерой, Аведон усвоил такие понятия, как композиция и масштаб.

Постепенно творческие идеи захватили помыслы юного Ричарда, и он скрылся в мире искусства от проблем, возникших в семье. Мать поддерживала его увлечения, а отец был противником, поскольку считал, что талантливые художники не нужны прогрессивной стране.

На какое-то время Аведон уступил воле властного и строгого родителя и, окончив школу в Нижнем Манхэттене, поступил в государственный университет. Правда, он изучал философию и поэзию вместо бизнеса и экономики и получил премию в области искусства за работы для местных газет.

В начале 40-х годов он бросил начатое образование и устроился штатным фотографом в американский торговый флот. Делая снимки для личных дел членов экипажей и морских пехотинцев, юноша произвел в своей жизни профессиональный переворот.

Личная жизнь

В личной жизни Ричарда Аведона присутствовали романтические отношения, и в начале 1944 года он впервые вступил в брак. В качестве жены он выбрал кассиршу, которая стала актрисой и моделью, но, распознав бисексуальность мужа, поняла, что с ним что-то не так.

Embed from Getty ImagesРичард Аведон и его жена Ивлин

Пара рассталась в начале 50-х, и фотограф страдал от одиночества до тех пор, пока не нашел женщину, пожелавшую иметь детей. С Ивлин Франклин и сыном Джоном, несмотря на слухи и толки, Ричард прожил в полном согласии много счастливых лет.

Карьера

В 1944 году Ричард познакомился с Алексеем Бродовичем, который был фотографом и дизайнером, редактировавшим модный журнал. С его помощью он начал сотрудничать с рядом передовых нью-йоркских изданий, и часть снимков, сделанных в молодости, появилась в Harper's Bazaar.

Художественный дебют стал успешным, и Аведон смог открыть студию, а также попасть в штат работников Theatre Arts Magazine, Life и Vogue. Нестандартные методы, включавшие съемку эмоциональных моделей на открытом воздухе, открыли перед начинающим автором сотни престижных дверей.

В конце 1950-х годов Ричард делал обложки журналов, а также серии рекламных плакатов для ведущих дизайнерских фирм. В тот же период появилось фото Мэрилин Монро, где она предстала перед публикой как опустошенная Норма Джин.

Этот снимок, резко отличавшийся от других изображений голливудской дивы, надоумил мастера создать коллекцию фотопортретов простых людей. Так появились альбомы Аведона с лицами душевнобольных пациентов, борцов за права американских граждан, протестантов и учителей.

Такой подход вывел художника далеко за рамки фешен-индустрии, но не умалил достоинства профессионального сотрудничества со звездами музыки и кино. Восторг вызвала серия фотографий ливерпульской четверки The Beatles, Софи Лорен, Одри Хепберн, Рудольфа Нуреева и Брижит Бардо.

Richard Avedon & Marilyn Monroe, c.1954

Опубликовано RetroCo Пятница, 20 ноября 2015 г.
Ричард Аведон и Мэрилин Монро

Помимо этого, Ричард стал первооткрывателем модели Твигги, которая в средине 1960-х стала иконой стиля и красоты. Снимая на нейтральном фоне преимущественно в черно-белой технике, американский фотограф намеренно акцентировал мелкие детали и черты.

Это привлекло внимание модельеров Ив Сен-Лорана и Джанни Версаче, которые неоднократно привлекали Аведона для иллюстрации своих работ. Фотоальбомы показали на выставках, которые проходили в Америке и Европе, и критики отмечали, что мужчина произвел в искусстве переворот.

Наиболее известными стали коллекции Observations и Nothing Personal, показанные и изданные как книги в середине 60-х годов. Они стали плодом сотрудничества со знаменитым мастером Алексеем Бродовичем, а романист и драматург Трумен Капоте стал автором текстов и вводных слов.

В 1970-х годах появилась серия The Family, включавшая снимки американских политиков и членов их семей. Тогда же создавались автопортреты в технике реального фото, сохранившие изображения автора.

Публика и критики боготворили Аведона, одобряя талантливые работы, до тех пор, пока свет не увидел фотоальбом In the American West. Идеи представить лица жителей 189 городов Америки только спустя десятилетия вызвали живой отклик и интерес.

Смерть

Последние годы жизни Аведон провел, сотрудничая с издательством The New Yorker, для которого выполнил ряд проектов и сделал десятки фоторабот. Смерть по причине мозгового кровоизлияния настигла мастера в 2004-м, и это стало невосполнимой утратой для мира искусства, кино и моды.

Фотоальбомы

  • 1959 — Observations
  • 1964 — Nothing Personal
  • 1973 — Alice in Wonderland
  • 1976 — Portraits
  • 1978 — Portraits 1947–1977
  • 1985 — In the American West
  • 1993 — An Autobiography
  • 1994 — Evidence
  • 1999 — The Sixties
  • 2001 — Made in France
  • 2002 — Richard Avedon Portraits
  • 2005 — Woman in the Mirror
  • 2008 — Performance

Фото-вечеринка в стиле Ричарда Аведона

Хотите приятно и со вкусом отметить Старый Новый год? Приходите!

13 января 2018

с 12-00 до 17-00.

Только в этот старый новый год у вас есть возможность встретиться с Ричардом Аведоном.

Тематическая фото-вечеринка.

Для тех, кто любит искусство и получать удовольствие.

— Сначала погружение в стиль мастера и вдохновляющая лекция от Артёма Берковича — куратора Центра фотографии «Март» (Екатеринбург).
Затем практика и фото-эксперимент с ведущими мероприятия, фотографами Станиславом Сафиным и Екатериной Светловой, которые уже сами опробовали стиль Ричарда Аведона, сделали фотографии и помогут вам поработать в стиле великого фотографа.
— много интересной и полезной информации
— практическая съёмка и шикарные кадры
— новые знакомства, общение
— новогоднее настроение, огуречный рассол или шампанское для понимающих 😉

Ричард Аведон

Ричард Аведон (1923-2004) – выдающийся фотограф ХХ века. Он знаменит прежде всего как фотограф моды, но его значение для мировой культуры несравнимо шире. Аведон был одним из тех, кто в 1950-е г. изменил стиль модной фотографии. Он привнес на страницы журналов движение, новую эстетику, энергию улицы. Аведон не признавал сложившихся канонов и, опережая время, устанавливал собственные правила.

Писатели, художники, звезды кино, артисты балета, политики самого высокого уровня и еще множество людей самых разных профессий, включая домохозяек, шахтеров, разнорабочих, бездомных и преступников – все они составили колоссальную галерею портретов.

Ричард Аведон был одним из самых богатых и известных фотографов своего времени, выставлялся в лучших музеях мира, разделение на коммерческую фотографию и искусство в его случае не имело значения. Одним словом, Ричард Аведон больше чем фотограф, он – целая эпоха. Некоторые его работы стали легендарными. (Артём Беркович).

Регистрация на вечеринку закрыта

Если у вас остались вопросы или очень-очень хочется попасть на вечеринку но вы не успели зарегистрироваться вовремя — звоните Екатерине по номеру 8-963-051-99-09

Что там будет-то?

Станислав Сафин и Екатерина Светлова — фотографы, преподаватели фотошколы, объединившиеся ради творческих экспериментов, поиска чего-то нового в фотографии.

О мероприятии:
В студии вас ждёт эксперимент. Это фото-вечеринка для тех, кто экспериментируя, пробуя повторить работы мастеров, изучая их методы, хочет многое открыть, многому научиться и в результате построить своё мастерство, найти свой собственный стиль.

Простота и лёгкость его фотографий обманчива. На деле, чтобы повторить его стиль, нужно в первую очередь понять, что его фотографии, это не просто красивые картинки. Это всегда высказывание. В каждой фотографии есть смысл, подтекст, который требует внимания. И, только поняв идею фотографий, можно попытаться повторить их.

Зачем?

Фотограф должен знать своих предшественников!
Представьте себе современного музыканта, который никогда не слышал музыку Beatles, Led Zeppelin или Jimi Hendrix. Или современного художника, который не в курсе, кто такой Ван Гог, Малевич или Сальвадор Дали — они были новаторами в своем деле и вдохновили поколения последователей.
На фото-вечеринке вы обогатите свои знания о фотоискусстве;
— прокачаете своё фото-мастерство;
— попрактикуетесь в fashion-съёмке в лучшей профессиональной студии Екатеринбурга;
— продлите себе Новогодний праздник!

Даже если вы не фотограф, то вам стоит прийти на мероприятие. Вас ждут новые впечатления! Новые знакомства! С нами не заскучаете!

А еще у вас будет прекрасная возможность продегустировать великолепный кофе от кофейни «Папа Карло»

Дарим новогодние подарки уже сейчас!

Регистрация на вечеринку закрыта

Если у вас остались вопросы или очень-очень хочется попасть на вечеринку но вы не успели зарегистрироваться вовремя — звоните Екатерине по номеру 8-963-051-99-09

12:00 — 13:30 — Лекция о выдающемся фотографе XX века Ричарде Аведоне.
13:30 — 13:50 — Кофе-брейк. Подготовка студии к съёмке
13:50 — 16:30 — практика — студийная съемка в стиле Аведона. Разбор метода работы с моделью и постановки света.
16:30 — 17:00 — обсуждение результатов, ответы на вопросы, ШАМПАНСКОЕ в честь Старого Нового года!

Регистрация на вечеринку закрыта

Если у вас остались вопросы или очень-очень хочется попасть на вечеринку но вы не успели зарегистрироваться вовремя — звоните Екатерине по номеру 8-963-051-99-09

Фотограф Ричард Аведон – биография и работы

Известный ныне фэшн-фотограф Стивен Майзел когда-то давным-давно, когда-то в детстве, будучи увлечёнными миром моды и фотографии, уговорил своих подруг позвонить в модельное агентство и договориться о фотосессии, его тогда интересовали такие модели, как Твигги, Верушка, которыми он просто восхищался. А вот представиться в этой детской авантюре его подруги должны были ни как иначе, как секретарями фотографа Ричарда Аведона, знакового фотографа не только в мире фэшн-фотографии, но и в мире фотографии в целом. Ведь совершенно не случайно именно Ричард Аведон по версии журнала "Popular Photographers" стал лучшим фотографом двадцатого века.



В фотографии Ричарда Аведона всегда интересовал портрет. Впрочем, как в фотографии, так и в живописи портрет является самым манящим и при этом самым сложным жанром. Ведь людям, чаще всего, нравится смотреть именно на людей. Но и передать внутренний мир человека, его состояние, эмоции, мысли в данный момент, момент, застывший на портрете, очень сложно. Ричарду Аведону это блестяще удавалось, на свою фотокамеру он запечатлел, как известных людей из мира искусства: мода, кино, эстрада, так и из мира политики. Ричард Аведон фотографировал политиков от Эйзенхауэра до Хиллари Клинтон. Среди его фоторабот можно найти портреты художников Пабло Пикассо и Энди Уорхола. С его портретов на нас смотрят Чарли Чаплин и Мэрилин Монро.


В какой-то мере, подумают некоторые, Ричарду Аведону повезло, он жил и творил в эпоху, когда в мире ещё господствовала чёрно-белая плёнка. Теперь, в мире XXI века, привыкшем к цветным изображениям, мы очень часто восхищаемся именно чёрно-белыми снимками. Но в фотографиях Ричарда Аведона, как цветных, так и чёрно-белых, есть одна особенность – в них чувствуется рука мастера и талант.

Ричард Аведон родился в Нью-Йорке 15 мая 1923 года, родился в достаточно состоятельной еврейской семье. Его предки эмигрировали в Америку из России в конце XIX века.




Графиня Вера Готлиб Анна фон Лендорф или просто Модель Верушка


В детстве Ричард увлекался поэзией: он участвовал в выпуске школьной газеты, стал лауреатом поэтического конкурса среди школьников Нью-Йорка. Его интересовала и русская литература, поэзия. Повзрослев, Ричард Аведон начинает увлекаться фотографией, но поступает на философский факультет Колумбийского университета, который вскоре, всё же, бросает. Ричард Аведон понимает – делом всей его жизни должна стать фотография. Но уйдя из университета, Ричард вначале служит в армии, в морской пехоте, его служба приходится на годы Второй мировой войны, и лишь отслужив, в 1944 году, начинает активно заниматься фотографией. Он работает фотографом в рекламе и собирает собственное портфолио.



Элизабет Тейлор и модель Твигги



И в итоге Ричард Аведон демонстрирует своё портфолио арт-директору журнала о моде Harper’s Bazaar Алексею Бродовичу – дизайнеру и скульптору. Они начинают совместное сотрудничество, а Ричард также попутно учится мастерству у Бродовича.

С 1946 года он работает в журнале Harper’s Bazaar, открывает собственную фотостудию. С 1966 по 1990 годы работает штатным фотографом в Vogue. С 1992 года сотрудничает с еженедельником The New Yorker.



Фотографии Ричарда Аведона были изданы и в альбомах. Так в альбом «Avedon: The Sixties» («Шестидесятые») вошли фотографии участников Антивоенного движения, фотографии Битлз, модели Твигги, художника Энди Уорхола. В 1976 году на свет выходит альбом «The Family» («Семья»), в котором были собраны портреты политиков и бизнесменов. Затем появляется альбом под названием «In the American West» («Американский Запад»).

А 1 октября 2004 года великий фотограф покинул наш мир, но его творчество останется навсегда с нами…

Фотограф, который изменил все- Pink.ua

Сегодня Ричарду Аведону могло исполнится 96 лет. До сих пор мир полон его последователями и почитателями и он остается одним из самых значительных фотографов XX века. Благодаря его вкладу в признание фотографии частью художественного наследия, влиянию на развитие fashion-фото и его минималистическим портретам мир фотографии развернуло буквально на 180 градусов. Выясняем почему.

Родившись в 1923 году в семье русско-еврейских иммигрантов, работающих в швейной промышленности, интерес Аведона к фотографии развился рано. Его отец показал ему, как работают камеры, и многочисленные портреты семейных групп, сделанные в детстве, дали ему понять важность презентации.  

Его дедушка и бабушка жили в многоквартирном доме, где жил знаменитый композитор Рахманинов, и в детстве Аведон "преследовал" его, решив сфотографировать великого человека. Это было раннее проявление его решимости, что в возрасте десяти лет он получил свою первую камеру Kodak Box Brownie.

 

Но в тот момент Аведон, конечно, не рассматривал фотографию как карьеру. Он хотел стать поэтом, но поступив в Колумбийский университет для изучения философии и поэтической композиции понял, что не имеет достаточного интеллектуального багажа, чтобы облекать это в поэтическую форму.

Во время Второй мировой войны, по совету друга, Аведон присоединился к Морскому торговому флоту США, чтобы избежать призыва. Его задача состояла в том, чтобы фотографировать людей для их удостоверений личности. Он утверждал, что сделал "фотографии, возможно, ста тысяч сбитых с толку лиц", прежде чем ему пришло в голову, что он становится фотографом.

Освобожденный от службы в 1944 году, Аведон начал посещать Новую школу социальных исследований. Там он встретился с Алексеем Бродовичем, арт-директором Harper's Bazaar, который там преподавал, и среди его учеников были Дайан Арбус и Ева Арнольд. Это была поистине судьбоносная встреча: Аведон и Бродович быстро поняли, что находятся на одной волне, и в течение года Аведон был нанят штатным фотографом журнала.

В течении нескольких лет он фотографировал повседневную жизнь везде где бывал, оттачивая свое ощущение момента, фиксацию эмоций, возможность видеть историю.

 

 

После нескольких лет такого документирования, Аведону было поручено освещать весенние и осенние модные коллекции в Париже. В то время как легендарный редактор Кармель Сноу освещала показы на подиуме, задачей Аведона было сделать фотографии моделей в новой “New look” коллекции Диора в самом городе.

 

Не последнюю роль в популяризации и обретении культового статуса New look сыграла именно роскошная протекция американского Harper's Bazaar в лице редактор Кармель Сноу, художественного руководителя Алексея Бродовича, редактора моды Дианы Вриланд и очень молодого и неопытного фотографа — Ричарда Аведона.

В конце 1940-х и начале 1950-х годов он создавал элегантные черно-белые фотографии, демонстрирующие new look в реальных условиях живописных парижских кафе, улицы, кабаре и трамваи.

Уже зарекомендовавший себя как один из самых талантливых молодых модных фотографов в бизнесе, в 1955 году Аведон вошел в историю моды и фотографии, когда устроил фотосессию в цирке. Знаменитая фотография этого снимка "Довима со слонами" изображает самую известную модель того времени в черном вечернем платье Dior с длинным белым шелковым поясом. Она стоит между двумя слонами, ее спина безмятежно выгнута, когда она держится за хобот одного слона, нежно протягивая руку к другому. Изображение остается одной из самых ярких оригинальных и знаковых модных фотографий всех времен.

 "Он попросил меня сделать необычные вещи, но я всегда знал, что стану частью великолепной картины", — Довима.

Dovima with elephants, evening dress by Dior, Cirque d'Hiver, Paris, August 1955

Аведон делает модную фотографию художественной, привнося форму и движение в кадр, что стало настоящей революцией после статичных поз моделей, более похожих на манекенов. Он мог прыгать и бегать вместе со своим моделями, если знал, что это может принести тот самый кадр.

 

 

Он же один из первых в модной фотографии использовал креативную ретушь, такую как размытие, искажение, коллажирование и монтаж.

Audrey Hepburn by Richard Avedon, 1967

 

Аведон работал штатным фотографом на Harper's Bazaar в течение 20 лет, с 1945 по 1965 год. Помимо модной фотографии, он также был известен своей портретной съемкой. Его черно-белые портреты были уникальны тем, что в них удивтельным образом отпечатывались человечность и уязвимость, скрывающиеся в фундаментальных исторических фигурах.

 

 

 

В течение 1960-ы, Аведон также окунулся в  политическую фотографию. Он делал портреты лидеров по гражданским правам, таких как доктор Мартин Лютер Кинг-младший, Малкольм Икс и Джулиан Бонд, а также таких сегрегационистов, как губернатор Алабамы Джордж Уоллес, и обычных людей, участвующих в демонстрациях.

 

В конце 60-х и начале 70-х он снял серию портретов о войне во Вьетнаме, в которую вошли Чикагская семерка, американские солдаты и вьетнамские жертвы напалма.

Napalm victim, Saigon, South Vietnam, April 29, 1971

Аведон покинул Harper's Bazaar в 1965 году, а с 1966 по 1990 год работал фотографом в Vogue, его главном конкуренте среди американских модных журналов. Он продолжал раздвигать границы модной фотографии с сюрреалистическими, провокационными и часто противоречивыми картинами.

 

Он также продолжал снимать портреты ведущих культурных и политических деятелей, начиная от Стивена Сондхайма и Тони Моррисона до Хиллари Клинтон. В дополнение к его работе для Vogue, Аведон был также движущей силой появления фотографии как законной формы искусства в 1960-х, 70-х и 80-х.

 

В 1959 году он опубликовал книгу фотографий "Наблюдения" с комментариями Трумэна Капоте, а в 1964 году опубликовал еще одну коллекцию фотографий "Ничего личного" с эссе его старого друга Джеймса Болдуина. 

В 1974 году фотографии Аведона его неизлечимо больного отца были выставлены в Музее современного искусства, а в следующем году подборка его портретов была показана в галерее Мальборо.

В 1977 году ретроспективная коллекция его фотографий "Ричард Аведон: фотографии 1947–1977 годов" была выставлена ​​в Метрополитен-музее перед началом международного тура по многим известным музеев мира.

 

Будучи одним из первых художественно-коммерческих фотографов, Аведон сыграл большую роль в определении художественной цели и возможностей жанра.

“В тот момент, когда эмоция или факт превращаются в фотографию, это уже не факт, а мнение. Нет такой вещи как неточность на фотографии. Все фотографии точные. Ни одна из них не является правдой”.

В 1992 году Аведон стал первым штатным фотографом в истории The New Yorker.

"Я сфотографировал почти всех в мире. Но я надеюсь сфотографировать людей достижений, а не знаменитостей, и помочь еще раз определить разницу".

Его последний проект для The New Yorker, который остался незавершенным, представлял собой портфолио под названием "Демократия", в котором были портреты политических лидеров. такие как Карл Роув и Джон Керри, а также рядовые граждане, занимающиеся политической и социальной активностью.

Один из величайших фотографов 20-го века, Ричард Аведон расширил жанр фотографии с его сюрреалистической и провокационной модной фотографией, а также портретами, которые обнажали души некоторых из самых важных и неоднозначных фигур в мире. Аведон был настолько преобладающей культурной силой, что он вдохновил на создание классического фильма 1957 года "Забавная мордашка", в котором персонаж Фреда Астера основан на жизни Аведона. Хотя об Аведоне продолжают писать, он всегда считал, что историю его жизни лучше всего рассказать через его фотографии.

Автор текста: Ника Егорова

Автор статьи: Pink.ua

Ричард Аведон — талантливый портретист

Ричарда Аведона, по-праву, можно назвать одним из самых талантливых и выдающихся фотографов прошлого столетия. Этому американскому мастеру портретов позировали многие знаменитости, включая политических деятелей, звезд шоу-бизнеса и людей искусства. Он обладал огромным художественным талантом и своеобразным очарованием, что позволяло ему раскрепостить известных людей в кадре и показать на листе фотобумаги их внутренний мир, искренние чувства и эмоции.Черно-белые портреты Ричарда Аведона, выполненные в строгом, минималистическом стиле, определили американский образ красоты и культуры на десятилетия вперед.

Ричард Аведон родился в еврейской семье в Нью-Йорке в 1923 году. Известно, что его предки эмигрировали из Российской империи в конце XIX века, поэтому в творчестве американского фотографа прослеживаются и русские темы. Он достаточно рано погрузился в мир моды благодаря тому, что его отец являлся владельцем популярного магазина женской одежды на Пятой авеню.

Фотографией Ричард Аведон также увлекся с детских лет, осваивая простую семейную камеру Kodak. Одной из первых моделей юного фотографа стал композитор Сергей Рахманинов, который был соседом его деда. Аведон записался в фотокружок и постоянно искал новые темы для творчества, гуляя по Центральному парку Нью-Йорка. Впрочем, уже в школе в старших классах у Ричарда появилось другое увлечение – литература. Аведон был редактором школьного литературного журнала «The Magpie», где публиковались и его собственные сочинения.

В 1941 году будущий фотограф даже стал лауреатом поэтического конкурса городских школ Нью-Йорка. Впоследствии Ричард Аведон вспоминал: «Огромное влияние на меня оказала литература, чтение — великая вещь. Поведение персонажей книги настолько увлекает, что начинаешь изучать их характеры, взлеты и падения на социальной лестнице, полностью забывая о себе».

Некоторое время Ричард изучал поэзию и философию в Колумбийском университете, но в 1942 году был призван в армию. После возвращения со службы в морской пехоте он учился в школе фотографии Алексея Бродовича, арт-редактора журнала «Harper’s Bazaar». Портреты и фотографии, сделанные Ричардом Аведоном, были оценены по достоинству и его тут же приняли в штат «Harper’s Bazaar».

Его снимки отличались живостью, энергией и весельем в отличие от холодных и пустых фотографий моделей, которые в то время публиковались в модных журналах. С этого момента и началась звездная карьера Ричарда Аведона в качестве фэшн-фотографа.

40- 60-е годы можно назвать становлением «модной» индустрии и Аведону посчастливилось стоять у истоков этого жанра, в котором тесно переплелись мода, гротеск и реальная жизнь. «Сниматься у Аведона» стало символом престижа и респектабельности, его яркие фотографии формировали новый взгляд на мир моды и гламура.

В 1959 году вышел альбом фотографий «Observations» Ричарда Аведона с литературными комментариями писателя Трумена Копоте и художественным оформлением Алексея Бродовича. Сам Аведон начинает свое сотрудничество с американским журналом Vogue, на страницах которого появляются снимки популярной модели Твигги в танце с распущенными волосами.

На портретных фотографиях Аведона одни знаменитости — Боб Дилан, Дженис Джоплин, Элис Купер, Энди Уорхол, Одри Хепберн, Майя Плисецкая, весь состав группы «Битлз». Он также уделяет внимание трагическим событиям вьетнамской войны: снимки американского солдата, снятого на военной базе во Вьетнаме, доктора Бенджамэна Спока, активиста антивоенного движения, корреспондента газеты «Нью-Йорк Таймс» Глории Эмерсон во Вьетнаме и другие персонажи.

В 70-е годы выходит в свет фотоальбом «Семья» Ричарда Аведона с портретами представителей американской политической и бизнес элиты, включая Джорджа Буша и Дональда Рамсфельда.

Интересной и противоречивой получилась серия фотографий под названием «Американский Запад», сделанная Аведоном в 1979-1984 годах. Он объездил 17 штатов и более 180 городов США, чтобы запечатлеть на своих фотографиях лица простых американцев – шахтеров, нефтяников, безработных. Как выразился сам Ричард Аведон, «я фотографировал то, что неловко и страшно: старение, смерть и отчаяние жизни».

Однако результаты его пятилетней работы шокировали граждан, фотографа подвергли критике за то, что он якобы представил Америку в неприглядном виде. Ни один музей Нью-Йорка так и не принял в свою экспозицию выставку с этой серией фотографий и впервые ее представили только в Музее Картера в форте Уорт штата Техас.

Стиль Ричарда Аведона в фотографии легко узнаваем, он угадывается по черно-белому цвету, белому фону и крупным портретам. Казалось бы, в его работах нет ничего необычного. Однако именно простота и искренность портретов Аведона каким-то магическим образом притягивает зрителя. Пожалуй, самым главным его талантом в фотографии была способность устанавливать особые взаимоотношения между ним и его моделью, чтобы достичь полной откровенности на снимке.

Благодаря его харизме и кипучей энергии Аведон добивался того, что человек, находящийся перед объективом фотоаппарата, откликался — глазами, выражением лица или позой, передавая свое настроение или искренние эмоции. В результате, его модели всегда на снимках выглядели «живыми» и реальными. Черно-белые портреты Ричарда Аведона стали настоящей классикой в фотографии.

С 1992 года Аведон начал работать штатным фотографом в еженедельнике «The New Yorker», одновременно занимаясь и собственными проектами. Он скончался от кровоизлияния в мозг в больнице штата Техас в 2004 году в возрасте 82-х лет. Последним, так и не завершенным, проектом Ричарда Аведона стала серия под названием «За демократию».

Источник: Фотокомок.ру

портретный фотораф Ричард Аведон — Любить фотографию

Ричард Аведон (1923-2004) – американский мастер фэшн-фотографии. По крайней мере, так считают многие современные фотографы, глядя на его работы. На самом деле, помимо стиля фэшн, который Аведон действительно любил, фотограф тяготел к художественному портрету, и очень ценил художественную фотографию в целом, считая ее настоящим своим призванием.

В его портфолио, с которым мы сегодня познакомимся, есть работы самых разных жанров, от постановочного портрета для индустрии моды до уличного репортажа.

Fashion

Первый опыт Ричарда Аведона в фэшн-индустрии очень показателен. Будучи молодым фотографом, который совсем недавно снимал солдат на документы, Ричард смог уговорить управляющего магазином модной одежды дать ему на прокат наряды, а сам потратил все свои сбережения, чтобы нанять профессиональную фотомодель. Его работы так впечатлили администрацию магазина, что Аведон получил контракт и смог заниматься тем, что ему нравилось.

Посмотрите на работы большинства современных фэшн-фотографов – лишь немногие из них выделяются уникальным стилем. Остальные повторяют все те же жесты, ту же композицию, те же характерные тенденции, из-за которых даже не запоминаются имена их авторов. Работы Аведона, при всей кажущейся их простоте, отличает пластика движения, которое он сумел передать на фотографии благодаря тонкому чувству композиции в языке человеческого тела. Более поздние работы также прекрасны грамотным сочетанием цветов и тонов.

Сегодня себе в пример Ричарда Аведона ставят тысячи фотографов, но сам он всегда «разграничивал «фэшн» и портретную фотографию». Последнюю он называл более «глубоким» трудом. Он не отрицал своей любви к фэшну, утверждая, что ему приятно таким образом зарабатывать на жизнь. Но еще большее удовольствие он получал от создания портретов. Он считал себя портретным фотографом.

 

Портреты знаменитостей

Ричард Аведон любил снимать портреты актеров, музыкантов, политиков и звезд киноиндустрии. Эти портреты никогда не были формальными – если рассматривать их рядом с портретами простых людей американского Запада (творческий проект Аведона) – можно обнаружить странное, но вполне естественное сходство. Все люди, от простых шахтеров до директоров и политиков, на фотографиях Аведона настолько раскрывают свою душу, что разницу в их социальном статусе можно угадать только по одежде. И в этом смысле портреты знаменитостей даже более удивительны, чем портреты американского Запада – раскрыть душу человека, за которым наблюдает все общество, дано далеко не каждому.

Дети Пабло Пикассо

 

Портреты американского Запада

В этой серии лучше всего наблюдается излюбленный прием фотографа – съемка вне контекста, не подкрепленная ни позой, ни композицией. Портреты американского Запада – это фотографии простых людей, снятых в старой одежде, на обычном белом фоне, с руками по швам. Любого начинающего в современных интернет-сообществах за такие портреты ждет шквал критики и насмешек от профессионалов. Но фотографии Ричарда Аведона даже с таким условием не теряют своих «гипнотических» качеств. По ним любой фотограф может учиться не композиции и свету, а умению читать человеческие лица и души.

 

Репортаж

Аведон снимал не только в студии и с использованием профессионального света и оборудования, но и на улицах. В портфолио его репортажных работ входят уличные портреты нью-йоркцев, портреты итальянцев и различные сцены из повседневной человеческой жизни. Репортажные кадры фотографа, как и его работы из остальных жанров, отличаются тонким чувством решающего момента и грамотным построением формы. Для современного фотографа эти фотографии были и остаются отличным учебным материалом для понимания фотографической композиции.

 

Произведения Ричарда Аведона и известные фотографии

1973

Джейкоб Исраэль Аведон, Сарасота, Флорида, 25 августа

1973

В течение последних шести лет жизни своего отца Аведон записывал ухудшение своего здоровья и, возможно, его дух на многих фотографиях. Он начал делать портреты своего отца, Джейкоба Исраэля Аведона, когда он навещал его в доме, куда он переехал в Сарасоте, Флорида. Через несколько лет после того, как Аведон начал сериал, у Джейкоба диагностировали рак, от которого он, наконец, скончался в 1973 году.

На этом глубоко тревожном изображении отец Аведона выражает глубокое горе или тревогу. Суровый и неуклюжий в мрачном черном костюме, старший Аведон стоит на совершенно белом фоне, в котором, кажется, растворяется его голова. Фотография не идеализирует, а скорее отражает неуверенность и страх, которые, должно быть, испытывали и отец, и сын. Аведон процитировал венского художника-экспрессиониста Эгона Шиле, оказавшего на него большое влияние в области портретной живописи. Он объяснил, что портреты Шиле содержат уровень «откровенности и сложности», который, как сказал Аведон, далек от «традиции лести и лести в портретной живописи».

В письме своему отцу Аведону, написанному примерно в то время, когда он создавал эту серию портретов пожилого Джейкоба Аведона, он писал: «Что мне нравится в тебе, так это то, что тебе за восемьдесят, ты голоден и жаден. на всю жизнь ... и все сложные вещи о тебе, и это то, кого я хочу сфотографировать ». Фотографии определенно контрастируют с его портретами людей великой власти и знаменитостей.

В 1970-х годах Аведон заинтересовался попыткой сформулировать время, прошедшее с помощью фотографии.Не было сохранившихся фотографий его и его отца из детства Аведона, поэтому отчасти серия символизирует попытку установить связь с Джейкобом и задокументировать это взаимодействие. «Фотографии моего отца, - признался Аведон, - создание этих фотографий не имело никакого отношения к искусству фотографии. Это имело отношение к тому, как я пытался связаться с ним».

Однако всего несколько лет спустя он пересмотрел то, что могло также лежать в основе этого глубоко личного проекта. Аведон размышлял: «Позже, годы спустя, мне пришло в голову, что фотографирование его было актом враждебности.Снимать, убивать его моей камерой, смотреть, как он умирает, с моей камерой ... Неужели я говорил себе, что это было о любви и связи, и это действительно было своего рода убийство? »Портрет его отца подталкивает наше понимание меняющихся личных границ, которые возникают вместе с фотографированием.

В конечном итоге, в 1974 году Аведон выбрал восемь фотографий из этой серии для персональной выставки под названием «Джейкоб Исраэль Аведон» в Музее современного искусства в Нью-Йорке. Йорк.Что касается острой интимности работы, Джон Шарковски, директор Департамента фотографии во время выставки, заметил: «Фотографическая портретная живопись, преследуемая с высокими амбициями, которые предполагают традиции, является чрезвычайно сложным искусством. , только признание и доверие могут привести к успеху. Портреты отца Ричарда Аведона - это глубоко трогательный отчет о таком успехе ».

Платиновый палладиевый принт - Фонд Ричарда Аведона

Кем был Ричард Аведон?

Часто наиболее известные и публичные личности оказываются наименее узнаваемыми и наиболее непостижимыми.Маски, которые хранят их легенды, часто скрывают их измученную личную жизнь. Среди фотографов немногие были более знаменитыми или заведомо частными, чем Ричард Аведон (1923–2004). После стремительного взлета в качестве молодого модного фотографа в Harper's Bazaar в конце 1940-х, а затем в Vogue и других журналах, энергичный Аведон скользил по высшему свету Нью-Йорка середины века с гламурным авторитетом и мастерством. кинозвезда. Он изменил представления о стиле, знаменитостях, женской моде и самой фотографии.

Но примерно в 1969 году, после почти двух десятилетий буквально доминирования на обложках и глянцевых страницах ведущих журналов мод, Аведон резко и все больше обратился к новаторским формам фотографического портрета - часто большим, минималистичным и беспощадным в деталях. И именно эти экспериментальные портреты, а не его новаторские работы в области моды, в конечном итоге принесли Аведону одобрение, которого он так жаждал в художественных галереях и музеях.

В новой книге What Becomes the Legend Most: A Biography of Richard Avedon известный фотокритик Филип Гефтер исследует запутанную предысторию личной жизни Аведона и эволюцию его карьеры, чтобы сделать его одним из самых важных художники ХХ века.

Пол Химмель, Дик Аведон, Черри Гроув , ок. 1946–48
Предоставлено Лиззи и Эриком Химмелом

Брайан Уоллис: Вы только что опубликовали обширную биографию Ричарда Аведона, проект, который увлекал вас более пяти лет. Поговорим о проекте биографии в целом. Написание биографии заставляет вас любить или ненавидеть свой предмет?

Филип Гефтер: Я прошел через этапы, как и в любых отношениях. Были моменты, когда я любил его.Были моменты, когда он меня полностью раздражал. Были моменты, когда он меня разочаровывал. А потом были моменты, когда он был полностью искуплен. [ смеется ]

Уоллис: После всего этого, как вы думаете, какая ценность в отслеживании чьей-либо жизни? Что вы узнали и что хотите сообщить читателям?

Gefter: Что ж, хороший вопрос. В частности, в случае с Аведоном я всегда чувствовал, что он был гораздо более значительным художником, чем его обычно считали.Фактически, только к концу его жизни он был окончательно признан таковым. И мне всегда было любопытно его лично: какое сочетание качеств сформировало его уникальную чувствительность? Для меня это был действительно важный вопрос, на который я собирался ответить.

Уоллис: В качестве аргумента в пользу культурного значения Аведона вы говорите в какой-то момент, что против него выстроились различные силы, которые лишили его статуса важного художника на протяжении большей части его жизни.И вы говорите в самом начале своей книги, что ваша главная цель - обосновать законное место Аведона в «пантеоне искусств и литературы двадцатого века». Почему это важно? А почему именно сейчас?

Gefter: С того времени, как я пошел в художественную школу в Пратте в начале 1970-х, я знал, что в целом я предубежден против фотографии. Это считалось средой второго сорта, не более чем графическим искусством. А в 70-е годы я с интересом наблюдал за ростом популярности фотографии в мире искусства.Поэтому я всегда чувствовал необходимость защищать фотографию как средство массовой информации. Я изучил и понял его историю, и мне посчастливилось встретить много интересных фотографов. Мне всегда нравились фотографические изображения. В конце концов, я искренне верю, что фотография отражает нечто глубоко экзистенциальное в том, кто мы есть.

Тем не менее, восприятие работ Аведона в 1970-х и 1980-х годах показалось мне показателем преобладающего уничижительного отношения к фотографии. И его борьба за признание художника была не только его.Как и многие фотографы того времени, Аведон испытал подлинное стремление художника к признанию своих работ. И ему пришлось пережить ряд предубеждений по поводу выбранного им медиума.

В частности, он страдал предрассудком, будучи коммерческим фотографом в мире искусства, где между церковью и государством существовало очень четкое разделение между искусством и коммерцией. Сегодня, конечно, искусство - это коммерция. Но пятьдесят лет назад все еще существовало некое подобие честности в создании искусства без цели простого зарабатывания денег.

Берт Глинн, Ричард Аведон фотографирует Верушку в своей студии, 1966 г.
Magnum Photos

Уоллис: Но к тому времени Аведон был очень успешным фотографом.

Gefter: Да, Аведон был одним из самых известных фотографов в мире в то время, но он также был известен как модный фотограф, что в мире искусства было шуткой. Поэтому он пробовал различные подходы, чтобы помешать этой негативной репутации. Например, выставка Аведона в галерее Мальборо в 1975 году стала знаковым моментом в его карьере и даже в мире фотографии стала своего рода феноменом.Он впервые вместе показал свои большие групповые портреты во всю стену. Но арт-критики отвергли шоу как шаблонные образы высокого стиля, которые на самом деле не поднялись до уровня искусства с большой буквы.

Итак, один вопрос, который я хотел поднять в этой книге, заключался в следующем: в какой момент критики и ученые наконец признают, что подход Аведона был не просто формулой, а фирменным стилем художника? Это было то, что я намеревался выдвинуть.

Уоллис: Почему выставка портретов Аведона вызвала столько разногласий?

Gefter: В 1970-х годах в Нью-Йорке, в частности, на подъеме была уличная фотография и новые формы документальной фотографии.Ничто не могло больше отличаться от подхода Аведона. Он был студийным фотографом, и его работа была налажена - даже спонтанность была придумана заранее. И тогда весь этот подход к фотографии был полностью отвергнут. Позже, в 1980-х и в начале двадцать первого века, художники и фотографы стали серьезно относиться к студийным методам работы, что привело к возрастанию значимости критического письма и мышления. Но для этого потребовался существенный сдвиг в представлении о фотографии как об искусстве.

Еще кое-что: я всегда считал, что Аведон проник в мир искусства, чтобы удовлетворить свои амбиции или эго. Но я был удивлен и обрадован, узнав, что на каждую музейную выставку, которую он проводил - в Институте искусств Миннеаполиса, Музее современного искусства, Музее Уитни и Метрополитен, - его всегда приглашали кураторы или директора музеев. Фактически, даже в случае с шоу Мальборо его пригласили. Он к ним не ходил. Они пошли к нему. Это значительный сдвиг в сознании, потому что, на самом деле, в некотором смысле он был принят некоторыми аспектами мира искусства и его институтов - даже больше, чем мы думали ранее.

Уоллис: С другой стороны, из вашего подробного описания его отношений с Джоном Шарковски, куратором фотографии в MoMA, например, становится ясно, что это были давние кампании лести и убеждения со стороны Аведона, с помощью которых он пытался извлечь выгоду. о растущем интересе к фотографии со стороны некоторых кураторов конкретных музеев.

Гефтер: Да, это правда. Когда Дик и Джон Шарковски встретились в начале 1960-х - я собираюсь называть Аведона «Диком», если вы не возражаете.Я имею в виду, все называли его Диком. Я думаю о нем как о Дике, не то чтобы я его знал.

Уоллис: Думаю, после пяти лет отношений у вас есть на это право.

Гефтер: [ смеется ] Да, хорошо. . . Когда Дик и Джон Шарковски встретились в начале 60-х по случаю шоу Жака Анри Лартига в MoMA, они установили очень теплые отношения. В конце 60-х Жарковски несколько раз ходил в студию Дика; он пришел к выводу, что работа Дика имеет большое значение, и, по сути, пригласил его на ретроспективу.Затем Дик и Джон начали разговор о том, какой будет эта ретроспектива. Проблема в том, что Дик, поскольку он был одержим и саморекламирован - и хотел полностью контролировать все, что связано с его работой - в конечном итоге оттолкнул Шарковского. Спустя два года после разговора о ретроспективе, которую он будет проводить в MoMA, Дик согласился провести ретроспективу в Институте искусств Миннеаполиса.

Что ж, это совсем не понравилось Джону Жарковски, потому что это вытеснило уникальность его запланированного шоу в MoMA.А Джон был очень территориальным. Понятно, что начался процесс отчуждения. После этого Дика так и не приняли в МоМА. Поговорив с кураторами еще во времена Джона, я знаю, что они в основном отвергали Аведона как слишком коммерческого. Они просто уволили его работу. Они не признавали это как искусство.

Уоллис: Это увольнение, должно быть, было разрушительным для Аведона.

Гефтер: Да. Думаю, он провел остаток своей карьеры, пытаясь привлечь внимание Джона Шарковски.В 1974 году у него была небольшая выставка в МоМА. Наконец, Джон соизволил выделить Дику отдельную комнату на первом этаже, где он выставил небольшую серию портретов своего умирающего отца. Но это было ничто по сравнению с запланированной ретроспективой, которая должна была стать большой выставкой, охватывающей несколько галерей.

Уоллис: Итак, вместо того, чтобы сосредоточиться на невероятной модной фотографии Аведона, Шарковски представил свою собственную версию Аведона как проницательного документального портретиста в стиле Дайан Арбус.

Гефтер: Правый. Это интересный момент. Я никогда не думал об этом именно в таких терминах.

Ричард Аведон на съемках специального выпуска CBS TV The Fabulous Fifties , 1959
Предоставлено Эрлом Стейнбикером

Уоллис: В случае его единственного шоу в MoMA это также кажется наказывающим жестом со стороны Шарковски, который сосредоточен на на ненависти к себе и неуверенности в себе Аведона, заставив его противостоять компрометирующему взгляду умирающего отца.

Gefter: Ну, я думаю, Аведон пытался что-то придумать со своим отцом. Я имею в виду, он ненавидел своего отца. Его отец был автократическим и диктаторским; и он пытался преподать Дику несколько очень трудных уроков в детстве. Ясно, что Дик не был тем сыном, которого хотел его отец. Я имею в виду, что Дик был тощим, не спортивным, задумчивым и поэтичным. А его отец хотел «сына». Я имею в виду, что он хотел парня, крутого парня.

Итак, хотя на портретах Аведона вы можете разглядеть испепеляющий взгляд его отца, я вижу это по-другому.Я думаю, что он смотрел, как его отец увядал до такой степени, что его отец больше не контролировал себя как умирающего человека. Это мое мнение.

Уоллис: Это жестоко. И интересный взгляд на портреты Аведона в целом. Что отличает его портреты от значимых для вас?

Гефтер: Аведон принадлежал к поколению, которое было начеку в отношении серьезной угрозы атомной бомбы. И все больше и больше, я думаю, он начал фотографировать своих субъектов как образцы под судебно-медицинским контролем своего объектива, пытаясь определить напряжение экзистенциального страха, которое пронизывает вид при мысли о нашем уничтожении.

Никто не улыбается на белом ядерном фоне в его портретах. Я не думаю, что он стремился к эмоциональному контакту со своими подданными - по сравнению, скажем, с психологически запутанным подходом Дайан Арбус. Это было не то, чего он хотел. Ему было нужно более ясное, более клиническое и более объективное наблюдение, соответствующее послевоенному постядерному состоянию. Не знаю, задумал ли он именно так, как я это описываю. Но я думаю, что он привлек внимание криминалистов к людям, которых фотографировал.

Он также долгие годы считался знаменитым фотографом. И это, по понятным причинам, раздражало его, когда он стал старше и стал более целенаправленно заниматься своей работой. Он говорил: «Не думай о том, кто они, просто посмотри на их лица». И он имел в виду, что все мы умрем, будь то ядерное уничтожение или естественные причины, будь то бывший король Англии или самая гламурная актриса в мире.

Уоллис: Что же тогда имел в виду Аведон, когда сказал, что все его портреты были автопортретами? Было ли это высокомерным способом описания самовыражения или, опять же, соревновательным способом доминирования над другими людьми?

Gefter: Что ж, он не только создал визуальный пантеон знаменитостей, но и сфотографировал анонимных обывателей на американском Западе и всех, кто между ними.Итак, я думаю, что он определенно принимал меры по отношению к человеку, которого фотографировал.

Но с точки зрения портрета как автопортрета, его работа демонстрирует прямой, ясный подход, сводя кадр только к столкновению лицом к лицу с его объектом. Визуальная экономия и простая элегантность были чистым Аведоном. Это была его подпись . Это был художник в работе - отсюда автопортрет. Это не высокомерие. Во всем искусстве вы видите отличительные черты художника.В жанре портретной живописи в фотографии взгляните на Надара, Джулию Маргарет Камерон или Августа Сандера - каждое произведение - это автопортрет этого художника.

Уоллис: Но портреты Аведона часто кажутся искусственными, бездушными или даже подлыми. Как вы соотносите это отношение с его гордым описанием их как автопортретов?

Gefter: Ну, я думаю, что Дик всю жизнь боролся с самооценкой. Это было сложно. Он был безмерно уверен в своей работе, в своих глазах, в своей чувствительности.Но его самооценка постоянно катилась на американских горках. В детстве он терпел предрассудки. Он терпел антисемитизм и, я думаю, терпел гомофобию.

Итак, подлость, которую некоторые люди считают характерной для его работы, не предназначалась для того, чтобы другие люди выглядели плохо. Скорее, я думаю, что он искал на лицах других то напряжение экзистенциального страха, которое он чувствовал сам. Возможно, это была своего рода проекция на лица людей, которых он фотографировал. Я думаю, что это тоже то, о чем он говорил, говоря о том, что его портреты являются автопортретами.

Сэм Шоу, Ричард Аведон с Довимой после съемок в Cirque D'Hiver, Париж, 1955 г.
Предоставлено Семейным архивом Сэма Шоу

Уоллис: Как бы вы сравнили эту судебно-медицинскую проекцию в его портретной картине с, казалось бы, беззаботным и спонтанным духом, который он вызвал? как модный фотограф?

Gefter: Одна из ключевых вещей, которые я обнаружил об Аведоне, и которая была ключевой для меня как его биографа, заключалась в том, что в подростковом возрасте он хотел быть поэтом. Это было очень серьезным занятием для него в подростковом возрасте.Он с увлечением писал стихи, его работы публиковались в газетах и ​​журналах. Когда ему было семнадцать, он занял первое место в конкурсе стихов для старшеклассников Нью-Йорка. И он был соредактором своего школьного литературного журнала - с не меньшим одноклассником, чем Джеймс Болдуин. Но в какой-то момент его ударил школьный учитель, который сказал, что поэтический язык Дика был во многом производным, результатом журналов, которые он читал дома. Этот комментарий так сильно и негативно повлиял на него, что у него просто не хватило смелости остаться с ним.

Итак, я думаю, что он привнес в свои ранние модные работы этот давний поэтический импульс. Это один из уникальных ингредиентов, которые помогли ему произвести революцию в модной фотографии 1950-х годов. Он вывел модель из студии на улицу - не то чтобы он был первым, кто это сделал, - и сделал это с élan на впечатляющем фоне послевоенного Парижа. Он сказал: «Моего Парижа никогда не существовало. Я сфабриковал это ». Не совсем из цельной ткани, а по образцам Эрнста Любича, фильмов Рене Клера, песен Коула Портера и фильмов Фреда Астера и Джинджер Роджерс.Он стал своего рода импресарио мимолетной визуальной метафоры, как будто в его ранних модных работах всегда казалось, что ветерок дует сквозь раму. Ему удалось достичь особого рода спонтанности, в которой искусно сконструированный образ создается полностью аутентичным. Он сказал: «Я фотографировал собственный восторг. И это было доведено до такой степени, что я смогла придать эмоциональный оттенок самой моде ».

Уоллис: Была ли эта импровизированная непосредственность в моде также основой того, что вы называете «женщиной Аведона»?

Гефтер: Да.«Женщина Аведон» - не мой термин. Это была настоящая фраза, своего рода культурный стереотип 50-х годов. Женщина Аведон воспринималась как свободолюбивая, образная, любопытная, вызывающая, стройная, почти андрогинная и очень вежливая женская фигура. И вы можете видеть, что этот тип формируется в выбранных им моделях, особенно в Дориане Ли, Довиме и многих других. Я считаю Одри Хепберн в роли Холли Голайтли в фильме 1961 года « Завтрак у Тиффани » как квинтэссенцию женщины Аведона.Ирвинг Пенн сказал: «Величайшим творением Аведона была женщина. Она особенный человек. Я знаю ее. Я бы узнал ее, если бы она вошла в эту комнату. Она сестра, много смеется и обладает многими другими качествами. . . . Я говорю о женщине, созданной одним очень мощным интеллектом и творческим гением ».

Уоллис: Что, по вашему мнению, было так привлекательно для Аведона в модной фотографии в конце 1940-х годов, в отличие от других приложений фотографии, которыми он мог бы заниматься?

Gefter: Возвращаясь к понятию поэтического импульса, я не думаю, что мода обязательно была тем, чем хотел заниматься Дик.Я имею в виду, что он действительно хотел быть частью культурной жизни, связанной с модой. Первоначально, когда ему был двадцать один год, он решил работать в Harper’s Bazaar , и он просто проложил себе путь бульдозером. В каком-то смысле это было очень впечатляюще для молодого амбициозного парня.

Harper’s Bazaar был одним из лучших журналов, когда он рос, и они публиковали действительно хорошую литературу. Его родители подписались на него. Так что он читал рассказы Вирджинии Вульф и Уильяма Фолкнера.Кристофер Ишервуд опубликовал номер Sally Bowles в журнале Harper’s Bazaar в 1938 году.

Журнал был для Аведона способом понять серьезную культуру самым непосредственным образом. Он воспринимал моду как часть этого мира, что-то делал из нее, и ему за это платили. Но в конечном итоге это не было его целью как художника. Я думаю, что портретная живопись была для него более ясным и прямым способом привнести свои поэтические наблюдательные импульсы в свою работу, но это появилось только позже.

Уоллис: Что ж, этот поворот к портретной живописи - если вы хотите его так назвать, поскольку он никогда не отказывался от моды - кажется более очевидным примерно после 1959 года, который, как вы заметили, был годом, когда книга Роберта Франка Американцы было опубликовано.И поскольку вы также написали книгу под названием « Фотография после Фрэнка » [Aperture, 2009], вы постулируете общий сдвиг около 1959 года в сторону совершенно другого подхода к восприятию фотографии как формы искусства?

Гефтер: Да. Это очень хороший вопрос, поскольку и Роберт Франк, и Дик опубликовали книги в 1959 году: « американцев» Фрэнка и «Наблюдения Аведона » . В то время Дик хорошо знал Фрэнка. Не потому, что Фрэнк был известным.Фактически, никто не знал, кто такой Фрэнк, за исключением очень небольшого кружка художников и поэтов-битников в центре Манхэттена. Но Фрэнк недолго учился у наставника Дика, Алексея Бродовича. И Бродович даже написал одну из рекомендаций для Товарищества Гуггенхайма, которая позволила Фрэнку произвести американцев. Итак, Дик знал о нем. Но Дик жил на окраине города, а Роберт Франк был в центре города и спокойно делал то, что делал. Тем не менее Дик инстинктивно понимал, что Фрэнк был настоящим существом: он был художником и фотографом.

Когда была опубликована книга « Американцы », это была настоящая книга художника, подлинная документация Америки, которую испытал Фрэнк. Это была скромная публикация, но это было что-то. И Дик это осознавал.

Между тем, в том же году Дик издал эту очень шикарную книгу для журнального столика - в причудливом переплете, и породистую до энной степени. Его спроектировал Алексей Бродович. Трумэн Капоте написал эссе. А люди, которых фотографировал Дик, были знаменитостями. Так что у него были все необходимые элементы, чтобы стать поп-культурным событием.И это было хорошо принято широкой публикой. Но это было глупо.

Вид инсталляции Ричард Аведон: Свидетельства 1944–1994 гг. , Институт искусств Миннеаполиса, 1995 г.
Предоставлено Миннеаполисским институтом искусств

Уоллис: Оуч. Вторая книга Аведона « Ничего личного, », вышедшая в 1964 году, была попыткой использовать его фотографии, чтобы заявить о насущном и актуальном вопросе гражданских прав. И на протяжении 1960-х и 1970-х годов Аведон продолжал пытаться делать эти более социально значимые работы, но они часто заканчивались неудачей.Похоже, он соответствовал модели того, что Том Вулф называл «либеральным лимузином», из лучших побуждений, но оторванного от досягаемости. Как вы оцениваете значение и ценность этих квазиполитических произведений сегодня?

Gefter: В своей книге я утверждаю, что Nothing Personal был прямым ответом Дика на The Americans . То, что Дик пытался сделать, единственный способ, которым он знал, как это сделать, - это «портретировать» ряд социальных проблем того времени. Он отправился на юг и сфотографировал людей, которые были непосредственно связаны или представляли борьбу за гражданские права. Ничего личного. был продуман из лучших побуждений, но как художник Дик еще не был в центре внимания. Он нащупывал. Считаю это достойным первым наброском в развитии его более реализованных художественных замыслов.

Ему не удалось добиться большого успеха в этом новом, более целенаправленном подходе к фотографии, пока он не начал свои настенные портреты в конце 1960-х годов. Первый проект, в 1969 году, принадлежал Чикагской семерке, антивоенным демонстрантам, обвиненным в заговоре с целью срыва Национального съезда Демократической партии в Чикаго.Этот панорамный портрет - Джерри Рубина, Эбби Хоффмана, Тома Хайдена и других - безусловно, кристаллизовал некоторые из ключевых социальных и политических конфликтов в Соединенных Штатах того времени. В этой работе и других примерах его радикальных портретов, включая фреску с изображением членов Фабрики Уорхола и серию портретов ведущих политических деятелей, которые он опубликовал как «Семья» в журнале Rolling Stone в 1976 году, они составили очень систематический попытка создать новый вид портретной живописи.И он это сделал. То есть, таких портретов еще никто не видел. Они были буквально больше жизни; они стали не только документами, но и памятниками. Я думаю, что после этого портретная работа Дика стала гораздо более целенаправленной.

Как бы то ни было, Дик всегда смотрел через плечо на Роберта Фрэнка и ждал его одобрения. И Фрэнк всегда считал Дика «Сэмми», основываясь на персонаже Сэмми Глика из романа Бадда Шульберга 1941 года «» Что заставляет Сэмми сбежать? , ставший фильмом в 1959 году.Сэмми во времена Роберта Франка был бы тем, чем был яппи в наши дни.

Уоллис: Забавно, когда я прочитал это в вашей книге, я вспомнил, что фотограф Луи Форер, который в то время был близок с Робертом Фрэнком, издевался над Фрэнком, называя его Сэмми.

Gefter: Хотел бы я знать об этом. [ смеется ]

Уоллис: Портреты Роберта Фрэнка и Джун Лиф, сделанные Аведоном, в некотором смысле кажутся абсолютной противоположностью его модной деятельности.Но в то же время вы видите, что Аведон делал именно то, что он делал в своей ранней модной работе, а именно находил моду везде, где она существует в повседневной жизни, и признавая своего рода взлохмаченную природу Фрэнка и Лифа в качестве нового прототипа. новая красота.

Gefter: Ну, я думаю, вы используете слово fashion в более широком смысле, чем мода. Или стиль. Дело в том, что вы абсолютно правы. Это означало новое время.

Когда Дик поехал в Новую Шотландию и сфотографировал Роберта Фрэнка летом 1975 года, Фрэнк это не заинтересовал.Он сказал мне это. Он сказал, знаете ли, «Ох, Ричард Аведон пришел сфотографировать меня, и мне пришлось это вытерпеть. Я действительно не хотел этого делать, но ладно. И вы можете видеть это на картинке. На портрете Дика Фрэнк очень серьезен. Он действительно не мог беспокоиться. И он смотрит на Дике с каким-то упрямое доверием животного.

Интересно, что в то время как Дик был в Новой Шотландии, он сделал уникальный автопортрет, я считаю, что это немедленный отклик на его портрет Фрэнка. Это единственная фотография Дика, которую я когда-либо видел, полностью растрепанной или, по крайней мере, не составленной в его обычном городском стиле.Его волосы в беспорядке. Его рубашка расстегнута. Вы можете увидеть волосы на его груди. Он немного небрит. Поговорим о автопортрете! Я думаю, что он изображал себя, пытаясь быть таким же правдивым и аутентичным, каким, по его мнению, был Роберт Франк.

Студия Бассман-Химмель, Доу и Дик Аведон, Черри Гроув , ок. 1946–48
Предоставлено Лиззи и Эриком Химмелом

Уоллис: Аведон обычно ассоциируется с созданием прототипа женщины на своих модных фотографиях, но основная часть его личных поисков, похоже, заключалась в том, чтобы определить - или скрыть - свою позицию как человек.В некотором смысле центральная часть вашей книги, которая, вероятно, также является наиболее спорным аспектом, прослеживает роль Аведона как в значительной степени замкнутого гея и его попытки справиться с тем, что вы называете «мерзостью» его стыда за свой гомосексуализм или его гомосексуальные побуждения. Однако некоторые люди решительно утверждают, что Аведон не был геем и никогда не имел гомосексуальных контактов. Они указывают, что он был женат большую часть своей жизни и имел сына и так далее. И хотя вы рисуете очень тонкую картину довольно сложной сексуальной динамики культурного окружения Нью-Йорка, в котором двигался Аведон, когда дело доходит до его собственной сексуальной жизни или идентичности, история становится своего рода мутной, в значительной степени полагаясь на инсинуации.Как это учесть?

Gefter: Ну, я легко справлюсь. В мои намерения не входило его отговаривать. Но только из моих исследований мне становилось все более ясно, что он боролся с гомосексуальными чувствами.

В какой-то момент Дик начал анализ, чтобы попытаться избавиться от этих чувств. Он рано сделал выбор, который, как мне кажется, полностью соответствует культуре, в которой он жил в то время. Гомосексуализм, когда он достигал совершеннолетия - даже когда я достигал совершеннолетия в следующем поколении - был подобен худшему табу в нашей культуре.Вас могут арестовать за секс с человеком того же пола. Это может разрушить вашу жизнь и вашу карьеру. И он этого боялся.

У Дика была цель жить в центре своей культуры, что он фактически мог делать - в центре самой культуры. И я думаю, что он принял решение сублимировать эти чувства из-за общего отношения общества к гомосексуализму. Я думаю, что в результате он испытал бездонный стыд, как и многие, многие геи, и некоторые до сих пор.

Я думаю, что это ключ к катанию на американских горках его самооценки, наличие этих желаний и чувство стыда за них, и проведение всей жизни, пытаясь сдержать их - пытаясь заставить их исчезнуть. Он сделал выбор. Он женился на Доу, когда ему был двадцать один год. И многие люди, с которыми я разговаривал, говорили, что любят друг друга, у них прекрасные отношения, но на самом деле они не были физическими. Это казалось более платоническим. И на самом деле Доу ушла от него к другому мужчине. (Доу даже сказала одному из своих сыновей, что Дик гей.) Но поскольку Дик хотел нормальности в своей жизни, он женился на Эвелин. И у них родился ребенок. И они прожили пятьдесят лет как мистер и миссис Ричард Аведон.

Я не знаю, какой у него была сексуальная жизнь на самом деле. И я не претендую на это в книге. Я делаю определенные намеки, и все они цитируются конкретными людьми; это предположения. Но я пришел к выводу, что Дик просто сосредоточился на своей работе. Он был одержим своей работой. Он работал все время.

Я никогда не выхожу и не говорю, что он гей.Это очень деликатная тема. Это очень личное. Я всегда старался высечь ровно столько, сколько мог проверить. Единственное, что я должен сказать, это то, что в книге Нормы Стивенс [ Avedon: Something Personal , 2017] были некоторые откровения о его сексуальности, которые я очень старался либо подтвердить, либо не включить. Единственное, что я могу подтвердить, это то, что Дик, которому за шестьдесят, действительно имел тайные отношения с мужчиной в течение нескольких лет.

Уоллис: Этот гендерный, сексуализированный и расовый элемент истории культуры часто похоронен или неписан.Тем не менее, похоже, что это лежит в основе вашего взгляда на Аведона и, возможно, на всех художников и культурных продюсеров. Вы упоминаете в самом начале этой книги триумвират людей, которые, по вашему мнению, были ответственны за продвижение фотографии в мире искусства: Аведон, о котором вы писали; Сэм Вагстафф, о котором вы писали; и Джон Шарковски. Итак, должны ли мы сделать вывод, что ваша следующая биография будет о Жарковском?

Gefter: В смысле, это казалось бы логичным. [ смеется ] Но нет.Я испытывал и испытываю огромное уважение к Джону, который был серьезным мыслителем и невероятно красноречивым человеком. Я с огромным уважением отношусь к его произведениям, а также к его достижениям в установлении своего рода фотографического канона. Или, по крайней мере, то, что раньше было каноном. Но нет, меня не особо интересует, кем он был как личность.

Напротив, меня очень интересовал Сэм Вагстафф. И меня очень интересовал Ричард Аведон. И если мы вернемся к идее о том, что Дик называл свои портреты автопортретами, то я думаю, что в некотором смысле люди, о которых я пишу, отражают то, кем я являюсь.

Меня очень интересует, что такое искусство и каково его значение, как оно информирует и оживляет нас, учит нас о самих себе, наставляет нас и даже говорит нам кое-что о будущем. И еще у меня есть смертельное влечение к гламуру. [ смеется ] Это чистая правда. Я считаю это полностью сексуальным или эротичным, или, по крайней мере, чувственным. И в этом всегда есть доля радости. Я хочу кое-что понять о природе нашего существования. Но я также люблю хорошо проводить время.

Филип Гефтер Что становится легендой больше всего: биография Ричарда Аведона была опубликована Harper в октябре 2020 года.

Ричард Аведон. Мэрилин Монро, актриса, Нью-Йорк. 6 мая 1957 г.

Знаменитый американский портретист Ричард Аведон стремился раскрыть истинные личности всех, кого он фотографировал, включая знаменитостей из самых разных областей. Его знаменитые персонажи варьировались от пианиста, композитора и дирижера Сергея Рахманинова (которого Аведон сфотографировал, когда ему было не намного старше 10 лет), до президента Барака Обамы (чей портрет он сделал в 2004 году, когда он был сенатором штата Иллинойс).

Актриса и икона поп-культуры Мэрилин Монро также была среди натурщиков Аведона. Вспоминая портретный сеанс с Монро, который проходил в его студии в мае 1957 года, он сказал: «В течение нескольких часов она танцевала, пела, флиртовала и делала то, что она делала - Мэрилин Монро. А потом было неизбежное падение. А когда закончилась ночь, и белое вино закончилось, и танцы закончились, она села в углу, как ребенок, без всего. Я увидел, что она тихо сидит без выражения на лице, и пошел к ней, но не стал бы фотографировать ее без ее ведома.И когда я пришел с камерой, я увидел, что она не говорит «нет». 1 Аведон удалось запечатлеть одну из самых фотографируемых звезд с опущенным публичным фасадом, создав изображение, которое дает редкое представление о ее внутренней жизни.

Портреты Ричарда Аведона . Очерки Марии Моррис Хамбург, Миа Файнман и Ричарда Аведона; предисловие Филиппа де Монтебелло. Нью-Йорк: Гарри Н. Абрамс: Метрополитен-музей, 2002.

Изображение человека или вещи в произведении искусства.

Визуальный или повествовательный фокус произведения искусства.

Изображение конкретного человека, обычно предназначенное для того, чтобы передать его сходство или личность.

Культурные мероприятия, идеи или продукты, которые отражают или ориентированы на вкусы населения в целом любого общества.

Лицевой аспект, указывающий на эмоцию; также средства, с помощью которых художник передает идеи и эмоции.

Область произведения искусства, наиболее удаленная от зрителя; также область, на которой размещается фигура или сцена.

Аведон сохраняет простоту
Как и большинство портретов Аведона, на этом портрете Монро есть запасной фон. О своем предпочтении нейтрального фона фотограф однажды сказал: «У меня белый фон. У меня есть человек, который мне интересен, и то, что происходит между нами.”

портретов власти - фотографии Ричарда Аведона

Ричард Аведон был удивительно плодовитым за свои 50 с лишним лет в качестве фотографа, перескочив от съемок высокой моды к своему собственному бренду фотожурналистики за гражданские права и поддержки йиппи и представителей контркультуры. Он фотографировал лица политиков на протяжении всей своей карьеры, и в этой книге впервые собраны его политические портреты. Сопоставляя изображения элитного правительства, СМИ и профсоюзов с фотографиями активистов контркультуры, писателей и художников, а также обычных граждан, вовлеченных в национальные дебаты, он исследует пятидесятилетнюю политику и власть одного из самых известных фотографов-портретистов Америки.

В книге представлены расширенные проекты Аведона по дебатам о гражданских правах в начале 1960-х годов; американское антивоенное движение и война во Вьетнаме 1969-1971 гг .; ретроспективная дань уважения семье Кеннеди, опубликованная в журнале The New Yorker в 1993 году; и его последний фотоэссе «Демократия», в котором исследуется состояние ума американцев в политически нестабильное время перед президентскими выборами 2004 года (опубликовано посмертно в журнале The New Yorker в 2004 году).

В одном обширном разделе воспроизводится весь макет и последовательность «Семьи», специальной серии из 69 портретов, созданных Аведоном «элиты власти» Америки для выпуска журнала Rolling Stone в 1976 году (двухсотлетие Америки). Все влиятельные люди были сфотографированы одинаково, прямо и без улыбки, почти как полицейские фотографии. Эффект - объективный пугающий взгляд на людей, которые управляли страной. Еще более пугающе: некоторые все еще остаются, 30 лет спустя.

За исключением нескольких цветных снимков (портрет Барака Обамы 2004 года) и нескольких, которые придают портретам некоторый экологический контекст, большинство из этих 180 фотографий используют фирменный простой белый фон Аведона и фронтальный прямой взгляд с ровным взглядом. освещение.

В книгу включены три длинных содержательных эссе. Их приятно читать, и они помогают связать повествование через фотографическую карьеру Аведона и вокруг нее. Цитируется, что Аведон говорит о длительных периодах неуверенности в себе и всплесках уверенности.Мы приходим к пониманию того, насколько требователен к себе был Аведон и каким перфекционистом он был. Например, из непрерывной двухнедельной фотосессии солдат и жертв во Вьетнаме в 1970-х годах он разрешил выставить только одну фотографию. Эссе также включают воспоминания об Аведоне некоторых влиятельных людей, которых он фотографировал.

Portraits of Power - отличный том, дополняющий любую из более ранних книг, посвященных модным фотографиям и коммерческой работе Аведона.

- Джим Каспер



Портреты власти

Ричарда Аведона
Твердая обложка: 300 страниц, 180 изображений

22 см x 30 см

Издатель: Steidl & Partners

Совместно с The Corcoran Gallery of Art, Вашингтон,

Округ Колумбия и Фонд Ричарда Аведона

ISBN: 978-3-86521-675-5
Купить на Amazon

22 цитаты фотографа Ричарда Аведона - Джон Пол Капонигро

22 цитаты фотографа Ричарда Аведона


Вот некоторые из моих любимых цитат фотографа Ричарда Аведона.
«Ненавижу фотоаппараты. Они мешают, они всегда мешают. Я бы хотел: если бы я мог работать только глазами ». - Ричард Аведон
«Я считаю, что вы должны настолько любить свою работу, что это все, чем вы хотите заниматься». - Ричард Аведон
«И если день проходит, а я не занимаюсь чем-то связанным с фотографией, это как если бы я пренебрегал чем-то важным для моего существования, как если бы я забыл проснуться. Я знаю, что случайность того, что я стал фотографом, сделала мою жизнь возможной.»- Ричард Аведон
« Я думаю, что все искусство - это контроль - столкновение между контролем и неконтролируемым ». - Ричард Аведон
«Все - искусство, если вы делаете это на уровне искусства». - Ричард Аведон
«Камера все время лежит. Все, что он делает, - это ложь, потому что, когда вы выбираете этот момент вместо этого, когда вы… в тот момент, когда вы делаете выбор, вы лжете о чем-то более важном. «Ложь» - уродливое слово. Я не хочу лгать. Но любой художник выбирает то, что он хочет написать, написать или сказать.Фотографы такие же ». - Ричард Аведон
«В фотографии не бывает неточностей. Все фотографии точные. Ни одно из них не является правдой ». - Ричард Аведон
«Я пытаюсь направить трафик между Artiface [sic] и Candor, чтобы меня не сбивали с толку, и я сталкиваюсь с наиболее важными для меня вопросами о фотографии». - Ричард Аведон
«Я отработал серию« нет ». Нет изысканному свету, нет явным композициям, нет соблазнительности поз или повествования.И все это «нет» заставляет меня говорить «да». У меня белый фон. У меня есть человек, который мне интересен, и то, что происходит между нами ». - Ричард Аведон
«Мои фотографии не уходят под поверхность. Они ни на что не опускаются. Это показания с поверхности. Я очень верю в поверхности. Хороший полон подсказок ». - Ричард Аведон
«Все фотографии точны. Ни одно из них не является правдой ». - Ричард Аведон
«В тот момент, когда эмоция или факт трансформируются в фотографию, это уже не факт, а мнение….»- Ричард Аведон
« Всегда было разделение между модой и тем, что я называю своей «более глубокой» работой. Мода - это то место, где я зарабатываю на жизнь. Я не стучу. Так приятно зарабатывать на жизнь. Это удовольствие, и еще большее удовольствие - делать портреты. Неважно, кем я себя считаю, но я считаю себя фотографом-портретистом ». - Ричард Аведон
«Всякий раз, когда я погружаюсь в красоту лица, в совершенство какой-то одной черты, я чувствую, что потерял то, что есть на самом деле… меня соблазнил чужой стандарт красоты или собственное представление натурщика о нем. лучшее в нем.Обычно это не лучший вариант. Так что каждое занятие превращается в состязание ». - Ричард Аведон
«Фотографии для меня реальны, а люди - нет. Я знаю их по фотографиям ». - Ричард Аведон
«Меня всегда вдохновляют люди. Практически никогда не идеями ». - Ричард Аведон
«Фотограф-портретист зависит от другого человека, который завершит свою фотографию. Воображаемый субъект, которым в некотором смысле является я, должен быть обнаружен в ком-то еще, желающем принять участие в художественной литературе, о которой он, возможно, не может знать.»- Ричард Аведон
« Фотографический портрет - это фотография человека, который знает, что его фотографируют, и то, что он делает с этим знанием, является такой же частью фотографии, как и то, что на нем надето или как он выглядит. Он замешан в том, что произошло, и имеет определенную реальную власть над результатом ». - Ричард Аведон
«Снимки, которые были сделаны во время моей работы, показывают то, о чем я вообще не подозревал, - что я снова и снова держу свое тело или свои руки, точно так же, как человек, которого я фотографирую.Я никогда не знала, что делаю это, и очевидно, что я пытаюсь почувствовать, на самом деле физически почувствовать то, что он или она чувствует в тот момент, когда я их фотографирую, чтобы углубить чувство связи ». - Ричард Аведон
«Если каждая фотография крадет частичку души, разве я не откажусь от своих кусочков каждый раз, когда делаю снимок?» - Ричард Аведон
«Мои портреты больше обо мне, чем о людях, которых я фотографирую». - Ричард Аведон
«Иногда мне кажется, что все мои фотографии - это просто мои фотографии.Меня беспокоит ... затруднительное положение человека; только то, что я считаю затруднительным положением человека, может быть моим собственным ». - Ричард Аведон
Прочтите цитаты фотографов здесь.

Ричард Аведон | Фотография и биография

Ричард Аведон родился в мае 1923 года в Нью-Йорке, был американским портретистом и модным фотографом. Его мать владела швейной компанией и, следовательно, поощряла любовь Аведона к искусству и моде. Уже в возрасте 12 лет Аведон заинтересовался фотографией и поэтому присоединился к сообществу фотографов YMHA (Еврейская ассоциация молодых мужчин).Чтобы исследовать окружающие его объекты и осуществить свое желание фотографировать, он использовал семейный фотоаппарат Kodak Box Brownie Kodak Box Brownie . Его отец был дисциплинарным взыскателем, а его сестра была прекрасной фотографией, но страдала шизофренией. Все эти грани сформировали личную и профессиональную жизнь Ричарда Аведона.

Аведон учился в Бедфорд-парке в Бронксе в средней школе Девитта Клинтона . Там он работал со школьной газетой The Magpie с 1937 по 1940 год.Он также увлекся поэзией и в 1941 году получил звание поэт-лауреат средней школы Нью-Йорка . Затем он закончил учебу и поступил в Колумбийский университет, изучая поэзию и философию, но бросил учебу через год. В 1942 году со своим фотоаппаратом Rolleiflex он начал работать на Merchant Marines , фотографируя членов экипажа. Он изучал фотографию с 1944 по 1950 год у Алексей Бродович в Новой школе социальных исследований.

В 1944 году Аведон начал работать в универмаге в качестве фотографа для рекламы, но вскоре получил от Бродовича сертификат на Harper’s Bazaar .Его работы появились в Junior Bazaar, а затем в Bazaar.

В 1946 году Ричард Аведон открыл свою личную студию и начал предлагать услуги популярным журналам, таким как Life и Vogue . В конце концов, он стал главным фотографом Harper’s Bazaar . Начиная с 1950-х годов он также фотографировал для Look , Graphis и Life . В 1952 году он стал фотографом и штатным редактором журнала Theater Arts Magazine .

Фэшн-фотография Аведона была особенной, он никогда не передавал лишенных эмоций предмета в своих изображениях, вместо этого его модели выражали различные эмоции, и то же самое на улице. Этот вид фотографии был революционным в то время. Однако к концу 1950-х годов он переключился на студийную фотографию.

С 1973 года Аведон стал главным фотографом Vogue и сделал множество обложек для журнала. В коллекции 1980-х Джанни Версаче брал заказы на коммерческую фотографию.Он также сфотографировал Брук Шилдс для кампании джинсов Calvin Klein. Он работал с Брук и раньше, в 1974 году, для рекламы Colgate. Кроме того, он предоставил свои услуги для двенадцати обложек американского Vogue, кампании Revlon - Most Unforgettable Women и Versace.

Ричард Аведон также сделал знаменитые портреты The Beatles , первый в 1967 году, а второй в 1968 году. В 1973 году он также снял Electric Light Orchestra . Когда он стал широко известен, он сфотографировал многих знаменитостей в своей студии, таких как Эзра Паунд, Энди Уорхол, Бастер Китон, Мэрилин Монро, Исак Динесен и Мэриан Андерсон .

Помимо модной и коммерческой фотографии, он также занимался социальной и политической фотографией.

Музей Амона Картера в Техасе поручил Аведону сфотографировать портреты 125 человек в Западной Америке в 1979 году.

В 1982 году он сделал игровую фотографию для Christian Dior . В 1992 году он стал первым постоянным фотографом The New Yorker. Позже он участвовал в создании Egoïste с 1984 по 2000 год. В 1999 году он снял музыкальные обложки для Addicted to You by Hikaru Utada .

Аведон провел много выставок и получил множество наград. Он был удостоен премии за заслуги перед жизнью в 1989 году от Совета дизайнеров моды Америки . Аведон получил премию Master of Photography Award в 1993 году Королевским фотографическим обществом . В 1994 году он получил премию Prix Nadar за свою книгу Evidence . Кроме того, ему были присвоены почетные ученые степени в Кеньонском колледже, Новой школе дизайна Парсонса и Королевском колледже искусств.

Фотографии Ричарда Аведона

Ричард Аведон: Человек на миллион

Ричард Аведон считается одним из величайших фотографов всех времен. За свою 50-летнюю карьеру Аведон произвел революцию в модной фотографии и получил признание критиков благодаря своим черно-белым портретам, раскрывающим персонажей.

Он был известен нарушением фотографических границ в мир моды и политики. Начиная с работ, найденных в Vogue и Harper’s Базар для жителя Нью-Йорка, Аведон сумел уловить редкие эмоции и уникальная суть его сюжетов.

Если вы ищете информацию об Avedon’s фотографический стиль, освещение, философия или даже снаряжение, тогда вы попадаете в нужное место.

Ниже вы найдете наиболее полную и подробную статья в Интернете о Ричарде Аведоне и его невероятной карьере.

Как и все статьи нашего профиля, это довольно длинный прочтите (около 25 минут). Если у вас нет времени, чтобы прочитать все статью за один раз, затем добавьте страницу в закладки и прочитайте ее по частям вместо.Вы также можете перейти к интересующему вас разделу. тебе.

Если вам понравилась статья или вы нашли информацию полезно, тогда, пожалуйста, поделитесь им в Интернете через Twitter, Facebook и свой собственный блоги, чтобы другие фотографы также могли извлечь уроки из легендарной карьеры одного величайших фотографов всех времен.

Связано: 70 лучших цитат Ричарда Аведона

Примечание редактора: Исследование и написание этой статьи заняло 10 дней. Совместное использование веб-сайта или обратная ссылка на нас занимает меньше минуты и абсолютно ничего не стоит.Чтобы выразить вашу признательность, мы были бы чрезвычайно благодарны, если бы вы могли поделиться сайтом через социальные сети или форумы по фотографии или даже дать ссылку на Photogpedia в своем блоге или на веб-сайте портфолио (каждая ссылка имеет значение). Спасибо за вашу поддержку.

Ричард Аведон Биография

Имя: Ричард Аведон
Национальность: американец
Жанр: мода, реклама, портрет, документальный
Дата рождения: 15 мая 1923 г.
Умер: 1 октября 2004 г. (81 год)

Кто такой Ричард Аведон?

Ричард Аведон был наиболее известен своей работой в мир моды и его минималистичные портреты.

За свою карьеру Аведон работал в сфере моды. журналы, Vogue и Harper’s Bazaar , и обслуживались как Первый штатный фотограф The New Yorker .

Он слыл самым высокооплачиваемым фотографом в мире. с его контрактом Vogue , приносящим ему годовую зарплату в 1 миллионов долларов в 1966 году (эквивалент 8 миллионов долларов в 2020 году)

Аведон был настолько доминирующей культурной силой, что он вдохновил на создание классического фильма 1957 года « Смешные лица », в котором Фред Персонаж Астера основан на жизни Аведона.

Ранняя модная фотография Аведона не соответствовала традиционным фотографиям того времени, когда модели были просто вешалками для пальто и позировали как статуи, почти застывшие во времени. Вместо этого он оживил своих моделей, привнося в свои фотографии ощущение движения, эмоций и спонтанности.

В портретах его визитной карточкой было натурщики в полный фронтальный вид на белом фоне. Здесь нет отвлечение или контекст в его изображениях, кроме черт лица и выражения самого лица.

Его знаменитые портреты знаменитостей включают Мэрилин Монро, Битлз, Энди Уорхол и Элизабет Тейлор.

Влияние Аведона

Его фотографическому стилю широко подражали многие фотографы. Поколения моделей фотографировались на фоне бесшовные белые фоны или задумчиво сидели в кафе, при этом делая вид, что находитесь в любовь или одиночество - все из-за Аведона.

На протяжении всей своей жизни Аведон поддерживал уникальное стиль портретной живописи, сочетающий студийную строгость со спонтанностью. локации работы.

Невероятный объем работ Аведона не ограничивался моды и портретной живописи, причем некоторые из его лучших изображений были созданы его документальная работа по таким темам, как психическое здоровье, гражданские права и Вьетнам Война.

Широта и креативность работ Аведона сделали он один из самых влиятельных фотографов 20 века.

Ричард Аведон - настоящий гений фотографии и один из величайших художников нашего времени.

Донателла Версаче

Так как историю музыки можно разделить на периодов, до Стравинского и после Стравинского, поэтому фотография тоже может быть разделены на до и после Аведона.

Ричард Аведон, Адриан Панаро
Ранняя жизнь

Родился 15 мая 1923 года в Нью-Йорке. Йорк Сити, Ричард Аведон, которого семья и друзья также знали как «Дик» был сыном русско-еврейских родителей, Якова и Анны. Аведон.

Его влияние на моду и фотографию началось в раннем возрасте. Отец Аведона владел магазином одежды Avedon’s Пятая авеню и его мать происходили из семьи производителей платьев.

Молодой фотограф

Вдохновленный одеждой своих родителей бизнеса, в детстве Аведон увлекался модой и любил фотографирует одежду в магазине своего отца.

Его семья подписывалась на различные женские модные журналы, которые познакомили юного Ричарда с захватывающим прорывом фотография сделана Мартином Мункачи для Harper’s Bazaar , а также работы Луизы Даль-Вульф и Тони Фриссел.

Аведон вырезал картинки, а затем попробуйте подражать им. Согласно одной истории, он также покрыл стены своего спальня с журнальными модными фотографиями.

Оборудован своим Kodak Box Brownie фотоаппаратом он начал снимать свою младшую сестру, мать и двоюродную сестру.Луиза, его младшая сестра, была его первой моделью. К сожалению, во время ее В подростковом возрасте Луиза боролась с проблемами психического здоровья; в конце концов она начала на психиатрическом лечении и был поставлен диагноз шизофрения.

Аведон позже описал одно детство момент, который пробудил его интерес к модной фотографии:

Однажды вечером мы с отцом шли по Пятой авеню, глядя на витрины магазинов. Перед отелем «Плаза» я увидел лысого мужчину с фотоаппаратом, позирующего очень красивую женщину на фоне дерева.Он поднял голову, немного поправил ее платье и сделал несколько снимков. Позже я увидел фотографию в Harper’s Bazaar.

Закладка фундамента

Живя недалеко от Пятой авеню, положи его всего в двух шагах от Метрополитен-музея. Здесь он провел часы непрерывно изучая женские фигуры, особенно у древних этрусков и другие от Модильяни. Позже это оказало глубокое влияние на его моду. фотография.

Раннее увлечение театром было вдохновленный его матерью, которая поощряла его интерес к искусству.

Когда Аведону было десять, он стал одержим с идеей сфотографировать Сергея Рахманинова, жившего в квартире над его бабушкой и дедушкой на Риверсайд-драйв Манхэттена. После разбивки фойе со своим Kodak Box Brownie, ему удалось запечатлеть композитора стоит рядом с пожарным гидрантом на Вест-Энд-авеню.

«Я хотела, чтобы он меня увидел, узнал каким-то образом, - сказал Аведон французскому журналисту много лет спустя. «Я хотел, чтобы он дал мне что-то от него, что я мог бы сохранить, что-то личное и постоянное, что свяжет меня с ним.

В возрасте двенадцати лет он присоединился к YMHA. (Еврейская ассоциация молодых мужчин) Camera Club.

В эти годы Ричард посещал Нью-Йорк Престижная средняя школа Йорка имени ДеВитта Клинтона, где он и его однокурсник Джеймс Болдуин выпустил школьный литературно-художественный журнал The Magpie .

Молодой Аведон хотел стать поэтом; его образцом и вдохновителем был Т. С. Элиот. В 1941 г. по окончании его в старшем классе и через несколько дней после своего восемнадцатилетия он был избран поэтом Лауреат Средних школ Нью-Йорка за стихотворение «Весна г.». Ковентри .

После окончания средней школы, Аведон кратко изучал поэзию и философию в Колумбийском университете, но вскоре принял во внимание его подарки и переключились с ручки на камеру.

Торговый флот

Когда разразилась Вторая мировая война, Аведон попытался записаться в военным, но из-за своего небольшого роста и плохого зрения он был только смог попасть в торговый флот - в то время входивший в состав ВМС США. Его отец купил ему свою первую настоящую камеру, Rolleiflex, на прощание.

На торговом флоте работал фотографом. Помощник помощника капитана второго класса, проводивший большую часть военных лет, фотографируя моряков на документы. в Sheepshead Bay в Бруклине и редакционные фотографии для службы журнал, The Helm . Это было этот опыт, который в последующие годы сильно повлиял на его портретный стиль.

Моя работа заключалась в идентификации фотографий. Я, должно быть, сфотографировал сто тысяч лиц, прежде чем мне пришло в голову, что я становлюсь фотографом.

Карьера в фотографии

После выполнения воинской обязанности Аведон вернулся домой с планами стать профессиональным фотографом.

Используя некоторые из его фотографий, опубликованных в The Helm , Аведон убедил влиятельного арт-директора Harper’s Базар , Алексей Бродович, чтобы он изучал фотографию в своей знаменитой студии Design. Лаборатория Новой школы социальных исследований в Нью-Йорке (где Ева Арнольд и Дайан Арбус, среди прочих, также отточили свое мастерство).

За это время Бродович научил его, что коммерческая и редакционная работа никогда не должна быть скучной или подходить к повседневной или утомительным образом. Скорее всего, фотограф должен был креативность и привнесение свежих идей в фотосессии независимо от сюжета иметь значение.

Позже Аведон обнаружил, что во время учебы при Бродовиче он ни разу не похвалил его за работу.

Бродович был отцом. Он был очень похож на моего отца. Очень замкнутый, дисциплинированный и очень сильные ценности.Он не делал комплиментов, что убило многих молодых фотографов - они не могли этого принять. Я не верил комплиментам. Я до сих пор не верил комплиментам.

Enter Fashion Photography

Аведон начал свою профессиональную карьеру фотографа. работает в универмагах Bonwit Teller. В 1945 году вместе с Бродовичем помогите, он присоединился к Harper’s Bazaar как самый молодой сотрудник фотограф в истории журнала (ему тогда был 21 год). В том же году он замужем за моделью и актрисой Доу Ноуэлл.

Первые фотографии Аведона для Harper’s были отклонили, потому что Бродович считал их неоригинальными и предсказуемыми. Так, Аведон поехал на пляж со своими моделями и сфотографировал их гуляющими. песок на ходулях и игра в чехарду.

В том же году были представлены две фотографии Аведона. в журнале Harper’s Junior Bazaar .

Ричард Аведон, Джуниор Базар, июнь 1946 г. © Фонд Ричарда Аведона

После нескольких лет фотографирования повседневной жизни в Нью-Йорк, Аведон был назначен журналом освещать весну и Осенние модные коллекции в Париже.

Аведон и фотографии Парижа

Пока редактор Кармел Сноу освещала показы на подиуме, Аведону было поручено сделать фотографии моделей, одетых по последней моде. на улицах Парижа.

Под влиянием великих уличных фотографов того времени, таких как Анри Картье-Брессон, Лизетт Модель и Брассай, Аведон придал своим модным фотографиям ощущение спонтанности, чего раньше никогда не было. Его элегантные черно-белые фотографии демонстрируют последние тенденции моды в реальных условиях.

Женщины оживали на его фотографиях, а он часто захватили их: общение с уличными артистами, общение с людьми или даже сидят в кафе и пишут в дневниках.

Его беззаботный подход произвел революцию в моде фотография, и тогда ему была предоставлена ​​беспрецедентная степень творческой свободы.

Аведон продолжит работать в Harper’s Bazaar в течение двадцати лет, прежде чем перейти на Vogue в 1965 г., где он провел еще 25 лет.

Рене, Новый образ Dior, Place de la Concorde, Париж, август 1947 г. © Фонд Ричарда Аведона
Life Project

В 1949 г., журнал Life поручил Аведону сделать серию фотографий, документирующих повседневную жизнь в Нью-Йорке; целый номер журнала был бы посвящен серию, за которую он получил аванс в размере 25000 долларов.

Аведон вышел на улицы Нью-Йорка по поводу задание как возможность поэкспериментировать с другим жанром.

Сделав сотни фотографий для проекта, Аведон решил, что не может продолжать, так как чувствовал, что входит в традиция, которая уже была заложена такими людьми, как Хелен Левитт, Уокер Эванс и Пол Стрэнд; он вернул аванс и спрятал негативы подальше более 40 лет.

Беда в том, что когда я выходил на улицу, я просто не мог этого сделать. Мне не нравилось вторгаться в частную жизнь совершенно незнакомых людей. Это казалось таким агрессивным поступком.Кроме того, мне нужно контролировать то, что я снимаю, и я обнаружил, что не могу контролировать Таймс-сквер.

Зрелый период

Утвердился как один из самых талантливых модных фотографов в бизнесе, в 1955 году Аведон занялся фотографией и история моды, когда он устроил фотосессию в цирке.

Самая знаковая фотография с той съемки, Довима со слонами , одна из самых известных моделей того времени носила элегантное платье Dior. Она стоит между двумя слонами, ее спина выгнута, как она держится за хобот одного слона, протягивая руку к Другой.

Довима со слонами, Cirque d’Hiver, Париж, август 1955 г. © Фонд Ричарда Аведона
Веселая мордашка

К 50-м годам Аведон был одним из самых известных фотографов около . Его ранняя карьера была беллетризована в 1957 Голливудский мюзикл Забавное лицо с Фредом Астером и Одри Хепберн.

Фильм в значительной степени основан на первых произведениях Аведона. брак с Доу (который закончился в 1949 году). В фильме Фред Астер играет модный фотограф (Аведон) и звезды Одри Хепберн в роли модели (Доу), он создает и влюбляется в.Paramount наняла Аведона в качестве визуального консультанта для фильма и многие его фотографии можно увидеть в фильме.

Кроме того, в 1957 году Аведон воздал свою знаменитую дань уважения модный фотограф Мартин Мункаски, создавший незабываемый снимок хорошо одетая модель, схватившаяся за зонтик и перепрыгивающая лужу в высоком каблуки. На отдыхе Аведона изображена модель Кармен Делл’Орефис, перепрыгивающая через небольшая лужа на фоне парижских зданий.

Кармен (Посвящение Мункачи) Париж, август 1957 г. © Фонд Ричарда Аведона
Первая книга Аведона

В 1959 году Аведон опубликовал свою первую книгу, Наблюдения .Известный писатель Трумэн Капоте написал эссе и лица знаменитостей. и политические деятели того времени были представлены на страницах.

Вскоре после выхода книги Дайан Арбус прокомментировала: «Каждый, кто приходил в студию Аведона, был своего рода звездой». Короче говоря, любой, кто войдет в студию, который уже не был знаменит, к тому времени, как они уйдут, уже будет.

К началу 1960-х Аведон зашел так далеко, как мог не повторяться. Поэтому неудивительно, что его увлечения переключился с модной и коммерческой работы на портреты и репортаж.

Он прочно привязался к другому искусству. режиссер Марвин Исраэль и их совместная работа оказали влияние на более поздняя карьера.

В 1964 году Аведон работал с Марвином Исраэлем над его Вторая книга, Ничего личного . Книга представляет собой изменение направление для Аведона и было его самым авантюрным проектом на сегодняшний день.

Его подданные варьировались от американских солдат до Черные пантеры и даже стационарные пациенты, проживающие в государственной больнице Луизианы. В Книга также содержала текст от его старшего одноклассника Джеймса Болдуина.

К середине 1960-х годов репутация Аведона распространилась на Мэдисон-авеню, где бронировали билеты самые разные рекламодатели - от Revlon до Douglas Aircraft. его для походов. Он был востребованным человеком, его студия ежегодно выставляла счета. достигая более 250 000 долларов.

Переход в Vogue

После редактирования гостем Harper’s Bazaar’s апрель В выпуске 1965 года Аведон ушел из журнала после того, как столкнулся с критикой его сотрудничество с моделями цвета.

Вскоре после этого он присоединился к Vogue , подписав контракт на беспрецедентный 1 миллион долларов.В Vogue он работал снова под руководством Дианы Вриланд, после того, как она покинула Harper’s Bazaar в 1962.

Вриланд дал Аведону полную свободу действий и многое другое. что важно, она защищала его от вмешательства журнала Vogue. Режиссер Александр Либерман.

На Vogue он стал ведущим фотографа и продолжал фотографировать большинство обложек журналов из С 1973 до конца 1988 года, когда Анна Винтур заняла должность Вриланда. Главный редактор.

В 60-х и 70-х годах Аведон продолжал продвигать границы модной фотографии часто сюрреалистичны и провокационны. изображений.В отличие от других фотографов того времени, фотографии Аведона никогда не отодвинули на задний план моду. Вместо этого ему удалось найти правильный баланс.

«С Диком Аведоном вы всегда знали, что ищете на модной фотографии », - сказала Грейс Мирабелла, редактор Vogue. "Он никогда не пытался отказаться от стиля в пользу сильного имиджа ».

Veruschka, Нью-Йорк 1968 © Фонд Ричарда Аведона
Создание запоминающихся портретов

Помимо фотографии моды, Аведон был также хорошо известен своими портретами.

Всегда было разделение между модой и тем, что я называю своей «более глубокой» работой. Мода - это то место, где я зарабатываю на жизнь. Я не стучу. Так приятно зарабатывать на жизнь. Еще большее удовольствие я получаю от портретов. Неважно, кем я себя считаю, но я считаю себя фотографом-портретистом.

Его черно-белые портреты запечатлели сущность человечности и уязвимости, скрывающиеся в таких грандиозных фигурах такие как Мэрилин Монро, Чарли Чаплин и Боб Дилан.

В 1967 году Аведон создал свой знаменитый набор портретов Битлз. Первый набор стал одним из первых крупных серий рок-плакатов и состоял из пяти психоделических портретов группы - четырех соляризованных индивидуальные цветные портреты и групповой черно-белый портрет.

Аведон также снимал портреты ведущих политических деятелей. от президента Эйзенхауэра до лидеров движения за гражданские права, таких как Малкольм Икс и Мартин Лютер Кинг. Помимо работы для Vogue , Аведон был также движущая сила превращения фотографии в законную форму искусства.

Дуайт Дэвид Эйзенхауэр, президент США, Палм-Спрингс, Калифорния, январь 1964 г. © Фонд Ричарда Аведона
Политическая и документальная работа

В 1969 г. политика, особенно антивоенные усилия, вдохновили его на создание серии портретов Чикагской семерки, антивоенной группы активистов, которым были предъявлены обвинения с заговором и другими преступлениями, связанными с протестами против войны во Вьетнаме со стороны Федеральное правительство.

В 1971 году Аведон отправился во Вьетнам под именем У.С. война корреспондент. В том же году он был арестован за участие в антивоенная демонстрация у здания Капитолия США.

Отец Аведона умер в 1973 году, незадолго до его 84-летия. день рождения. Аведон часто фотографировал его за шесть лет до его смерть. Аведон использовал фотографии в новой книге и для своей выставки в Музей современного искусства в Нью-Йорке.

В 1974 году, в том же году он выставил портреты его отец, Аведон, серьезно заболел. У него диагностировали перикардит, воспаление оболочки сердца и был госпитализирован.После его Выпустив из больницы, он продолжал работать.

Поздний период

В 1976 году для журнала Rolling Stone он произвел Семья , коллективный портрет американской власти элита во время двухсотлетних выборов в стране.

На Западе Америки

С 1979 по 1985 год он много работал над по заказу Музея американского искусства Амона Картера, который в конечном итоге произвел выставка и книга На американском Западе .

На Западе Америки номер стал поворотным моментом в его карьере. Вместо того, чтобы сфокусировать его объектив на общественных деятелей и знаменитостей, вместо этого он каждый день фотографировал предметы рабочего класса, такие как фермеры, домохозяйки, ковбои и бродяги на отпечатки большего размера.

За пять лет Аведон путешествовал во всех западных штатах. Он посетил угольные шахты, нефтяные месторождения, тюрьмы, государственные карнавалы, ярмарки родео и бойни для поиска предметов.

Для проекта Аведон использовал широкоформатный 8 × 10 камера обзора, которая позволила ему сосредоточиться на каждой детали его предмета.Аведон и его команда сфотографировали в общей сложности 762 человека и выставили примерно 17 000 листов пленки Kodak Tri-X Pan.

В то время как В Америке Запад среди его самых известных работ его часто критиковали за использование его подданные и фальсификация запада. Аведона также хвалили за то, что он лечил его предметы с вниманием и достоинством, обычно предназначенные для знаменитостей и политические деятели. В документальном фильме Аведон: Тьма и свет , Аведон назвал этот проект своей лучшей работой.

Рональд Фишер, пчеловод, Калифорния, май 1981 г. © Фонд Ричарда Аведона
Настасья и Питон

В 1981 г. неоднозначный портрет. Актриса Настасья Кински, беременная в то время, пролежал на холодном бетонном полу своей мастерской почти два часа, пока огромный бирманский питон полз по ее телу. Питон со временем соскользнул достаточно близко, чтобы высунуть язык возле ее уха, давая Аведону идеальный Фото. Изображение было напечатано как в черно-белом (ограниченный тираж), так и в полноцветном. плакат, разошедшийся тиражом более двух миллионов экземпляров.

Настасья Кински, Лос-Анджелес, июнь 1981 г. © Фонд Ричарда Аведона
Берлинская стена

Вскоре после падения Берлинской стены в 1989 г. Аведон отправился в Германию с намерением сфотографировать первый Немецкая новогодняя вечеринка у Бранденбургских ворот после воссоединения.

Вместо празднования он столкнулся с насилием и беспокойство. Серия фотографий, документирующих этот опыт, отличалась от его обычные фотографии: его фотографии безумны, хаотичны и содержат много крупных планов лиц, подчеркивая, что, несмотря на журналистский подтекст, портретная все еще оставался в центре работы Аведона.

Бранденбургские ворота № 8, Берлин, Германия, канун Нового года, 1989 г. © Фонд Ричарда Аведона

Интерес Аведона к модной фотографии угас на протяжении многих лет. В 1990 году он принял решение покинуть Vogue . Сейчас же работая фотографом-фрилансером, его работы в основном публиковались на французских литературно-художественный журнал Egoiste .

The New Yorker

В 1992 году Аведон присоединился к The New Yorker как штатный фотограф - первый за 67-летнюю историю журнала.Его знаменитый портреты для The New Yorker включают Кристофера Рива, Шарлиз Терон и Хиллари Клинтон. Одна из его самых ярких фотоисторий была его постапокалиптическая модная басня В память о покойном мистере и миссис Комфорт с изображением Нади Ауэрманн и скелетом, опубликованный в 1995.

Надя Ауэрманн, The Comforts Portfolio, # 02, Басня в 24 сериях, Монток, Нью-Йорк, август 1995 г. © Фонд Ричарда Аведона

Осенью 92-го он начал преподавать серию мастер-классы при поддержке Международного центра фотографии в г. Нью-Йорк.Кроме того, он иногда создавал новаторские рекламные работы. для печати и телевидения для таких брендов, как Calvin Klein, Versace и Revlon.

Аведон скончался 1 октября 2004 года от кровоизлияния в мозг. В то время он работал на The New Yorker . Ему был 81 год.

На момент смерти Аведон работал над Новый проект получил название Democracy . Он потратил на проект месяцы, стрельба по политикам, делегатам и гражданам со всей страны в лидерах до президентских выборов 2004 года.

Наследие

Аведон опубликовал одиннадцать книг, в том числе Наблюдений, (1959), Ничего Персональный (1964), Портреты (1976), Аведон, (1978), В Американский Запад (1985), Автобиография (1993) и Свидетельства, 1944–1994 гг. (1994).

Помимо своей невероятной работы, Аведон оставил после себя наследие в Фонд Ричарда Аведона. Фонд, созданный Аведоном и поддерживаемый его семья начала свою работу вскоре после его смерти в 2004 году.Базируется в Нью-Йорке, фонд предоставляет хранилище фотографий, публикаций Аведона, бумаги, негативы и архивные материалы.

Аведон был также первым модным фотографом, заявившим о себе серьезный художник, на одном уровне с живописцами. И сделал он это громко и очень публично. Это заявление не было хорошо принято многими людьми в мире искусства. Но его вера в свою работу и саморекламу привела к тому, что его фотографии стали выставляется в музеях мирового уровня. Это также открыло двери для других фотографы должны быть признаны настоящими художниками.

Аведон женился на Доркас Новелл (также известной как Доу Аведон) в 1944 году, и они пробыли в браке шесть лет, прежде чем расстаться в 1950 году. В 1951 году он женился на Эвелин Франклин; у них был один сын, Джон, прежде чем они расстались.

Признание и награды

За свою жизнь Аведон получил бесчисленные награды и награды. почетные степени. Их слишком много, чтобы перечислить, поэтому вот лишь некоторые из них:

  • 1985: American Society of Magazine Фотограф года «Фотограф года»
  • 1989: награда за заслуги перед фотографами Совет модельеров Америки
  • 1989: Почетный выпускник Королевский колледж искусств
  • 1993: Премия магистра фотографии от Международный центр фотографии
  • 2000: Премия за выслугу от Высшая школа журналистики Колумбийского университета
  • 2001: член Американской академии Искусство и наука
  • 2003: Национальная премия в области искусств на всю жизнь Достижение
  • 2003: Королевское фотографическое общество. Специальная медаль к 150-летию и почетная стипендия (HonFRPS)

С 1970-х годов работы Аведона (оба его стиля фотографии и портреты) выставлялась в США и других странах. мир.Его самые заметные выставки были его первой ретроспективой в Институт искусств Миннеаполиса в 1970 году, и его последняя крупная ретроспектива прошла в Музей Метрополитен в Нью-Йорке в конце 2002 года.

Стиль фотографии

За свою долгую карьеру Ричард Аведон создал все жанры фотографии, из его рекламных работ для клиентов, таких как Revlon и Hertz в моде, распространяется для Harper’s Bazaar и Vogue до документальные проекты, такие как Nothing Personal и In Западная Америка .Тогда, конечно, у вас есть его замечательные портреты некоторые из самых больших икон 20-го века.

Аведон никогда не верил, что камера предложил неоспоримую правду. Это болезненное осознание для многих фотографов. и тот, которому все еще сопротивляются даже сегодня. Пришло ли это к Аведону инстинктивно или через опыт мы никогда не узнаем.

Но он понимал, что понятие правда не имела значения довольно рано в его карьере, что дало ему настоящую свободу с его фотографиями.Он мог подходить к фотографии как к созданию изображений. а не фотографирование.

Для Аведона каждая фотография, будь то Модная фантазия или портрет старухи превратились в своеобразный театр. Его выбор рассказывать историю через визуальный образ.

Тем не менее, когда дело доходит до попыток определить стиль фотографии Ричарда Аведона, невозможно сделать его фотографический гений справедливости в нескольких абзацах. Вместо этого посмотрите на его тело работать, а потом решать для себя.

Одно можно сказать наверняка: Аведон взял такие картинки, о которых люди заговорили.

Чтобы быть художником, чтобы быть фотографом, вы должны взращивать то, от чего большинство людей отказываются.

Fashion Photography

В то время как его студийные съемки избегали всего, кроме простого белого фона, его ранняя модная фотография использовала самые разные места, от цирков и зоопарков до улиц Парижа и стартовых площадок на мысе Канаверал.

Фотографии ранней моды Аведона были характеризуется движением и действием. Он не соответствовал стандартным методам студийной фотографии, где модели стояли без эмоций и, казалось бы, равнодушны к камере.Вместо этого он показал модели улыбающимися, смеющимися и даже прыгающими. о котором было революционным для того времени.

Одна из самых важных составляющих движения - это постоянная неожиданность. Вы не знаете, что будет делать ткань, что будут делать волосы, вы можете контролировать это до определенной степени - и это сюрприз. И вы понимаете, когда я фотографирую движение, я должен предвидеть, что к тому времени, когда оно уже произошло, иначе было бы слишком поздно его фотографировать. Итак, между мной и движущейся фигурой происходит потрясающий обмен, похожий на танец.

Аведон всегда старался показать каждая деталь одежды, при этом добавляя размытости и других творческих эффекты на его фотографиях.

Я начал пытаться создать расфокусированный мир - повышенную реальность, лучше, чем реальную, которая предполагает, а не говорит вам.

Аведон - Рассказчик

Аведон также занимается модными фотографиями представила некоторую форму повествования, которая была отходом от статики, поставленной и формальная модная фотография более распространена в то время.

Его модные фото - прекрасный тому пример. о том, как рассказать историю в одном кадре. Его модели ожили на его фотографиях и многие из историй часто вращались вокруг светской жизни или элегантности быть женщиной.

Сьюзи Паркер и Робин Таттерсол, Мулен Руж, Париж, август 1957 г. © Фонд Ричарда Аведона

Используя простое повествование, он считал чтобы зрители и потребители вложили столько же в рассказ о платье (и модель), чем само платье. Аведон довольно рано знал, что вы не продавая моду, вы продаете опыт владения модой.

Его главная леди всегда должна быть вовлечена в какую-то драму, и если судьба не может предоставить настоящую, Аведон придумывает такую. Он часто создает в уме целый сценарий, подсказанный внешностью модели. Она может быть бродягой, заблудившейся в большом и грешном городе, или титулованной дамой, преследуемой в Испано-Суизас джентльменами, цветущими изумрудами, или безутешно скучающей женщиной мира, чье сердце больше нельзя трогать - и так далее. Модели Avedon проигрывают сцену за сценой из этих сценариев и иногда помогают, фактически проживая дополнительную сцену или две.Результат необычайно реалистичен - не реализма, присущего большинству фотографий, а реализма театра.

Winthrop Sargeant, The New Yorker , 1958
The Art of the Story

За свои новаторские фотографии моды, вы увидите примеры его подхода в просмотре Funny Face . фотограф Дик Эйвери (Фред Астер) снимает фотографии Джо Стоктон (Одри Хепберн) в разных местах Парижа. Как и Эйвери, он также отдал бы свое моделирует простую сюжетную линию.

К концу 1950-х годов Аведон был недоволен дневной фотографией и съемками на местности и обратился к студийная фотография для большей части его модных работ с использованием стробоскопического освещения, которое в то время был еще совсем новым.

Дик расскажет им историю. Когда Кристен [МакМенами] и Надя [Ауэрманн] вышли в двух маленьких черных костюмах, он сказал: «О, я думаю, вы вороны, и вы на ветке. На полу червяк, и вы сражаетесь за этого червя ». Очень упрощенные, детские сценарии, которые происходили очень быстро.

Тим Уокер, фотограф и бывший помощник Аведона

Вы можете увидеть, как прошла эта фотосессия Out: на одном изображении МакМенами угрожает Ауэрманну туфлей на шпильках; в другой, Ауэрманн наносит удар, в то время как МакМенами смеется над ней.

Обувной бой! - Кристен МакМенами и Надя Ауэрманн для Versace, 1995 г. © Фонд Ричарда Аведона
Подготовка

Снимки могут показаться импровизированными, но его фотосессии далеки от спонтанности. Аведон потратил много времени на подготовку: исследовал места, делал наброски предполагаемых снимков и делал пробные снимки.В тот день Аведон поговорил с моделями перед тем, как начать; обсуждая, каких персонажей он хотел, чтобы они изобразили и позы, которые он имел в виду, а также рассказывал им истории, которые он хотел, чтобы они разыграли.

Дик был самой яркой из всех вспышек, которые осветили мой профессиональный путь. Его нетерпение само по себе было вдохновением. Подготовка к каждому сидению, перфекционизм - острый, как скальпель. А потом путь, которым он руководил. Его личность, которая помогала ему ловить каждый удар.Его время. Этот мужчина создал современную женщину - женщину Аведон.

Хиро, фотограф и бывший помощник Аведона
Работа с моделями

Собственные интересы Аведона всегда были в люди, никогда не в моде. Фактически, мода имела тенденцию добавлять слой усложнение того, что, по его основному мнению, было отношениями между фотограф и модель.

Все его ранние модели были типично брюнетки с высокими скулами в память о погибшей младшей сестре Луизе в возрасте 42 лет в психиатрическом институте.

Все мои первые модели, Дориан Ли, Элиз Дэниэлс, Кармен, Марелла Аньелли, Одри Хепберн, были брюнетками, у них были красивые носы, длинное горло и овальные лица. Все они были воспоминаниями о моей сестре. Мое чувство прекрасного сформировалось очень рано, когда я испытал ее. Я фотографировал ее с 14 до 18 лет. Она была прообразом того, что я считал красивой в ранние годы моей карьеры фотографа.

Музыка всегда играла важную роль в Студия Аведона.Чтобы вдохновить своих моделей, он часто играл музыку, а иногда танцевать вместе с ними. Когда Аведон стоял за своим Rolleiflex, установленным на штатив, Фрэнк Синатра или даже перегибы ревет из проигрывателя рядом.

С тех пор, как он начал фотографировать моделей в в середине 1940-х Аведон всегда пытался спросить их, какую музыку и еда, которую они предпочитали. Это способствовало созданию непринужденной атмосферы студии. Как однажды заметила Полли Меллен, редактор Vogue: «Все хотели доставить ему удовольствие.»

Аведон и обложка
Джин Шримптон, обложка Harper’s Bazaar, апрель 1965 г. © Фонд Ричарда Аведона

Аведон был одним из самых плодовитых модные фотографы всех времен. Между 1952 и 1956 годами он произвел 26 замечательных обложек (обложка через месяц) для Harper’s Bazaar . Единственным другим фотографом, который соперничал с его рекордом, была Луиза-Даль Вульф, которая работал на Harper’s с 1936 по 1958 год.

Он был столь же продуктивен внутри журнал, несколько страниц которого посвящены модной и портретной фотографии. практически в каждом вопросе.

В отличие от других фотографов, Аведон не поддавался требованиям своих клиентов. Хотя он возьмет сотни экспозиций на работе, он позволял видеть только редакторам и арт-директорам те немногие, что он выбрал для них. Единственное исключение было при работе с Дианой. Вриланд.

Коммерческая работа

Хотя Аведон уже был известен своей модой фотография, именно его коммерческая рекламная работа оплачивала счета и сделал его документальную работу возможной.

Некоторые фотографы ходят в фонды и умоляют провести выставку или выйти замуж за богатых женщин.Или, что еще хуже, они становятся мучениками со своими последователями. Это потому, что они не умеют зарабатывать деньги. Я не прошу деньги у фондов или у правительства. Я зарабатываю на жизнь журналами и рекламными кампаниями.

Аведон на протяжении всей своей карьеры занимался коммерческой работой и снимал рекламные кампании для таких компаний, как Revlon, Versace, Hertz и Calvin Klein (включая неоднозначную рекламу с участием Брук Шилдс). Аведон был умным бизнесменом, который занимался рекламной работой, уделяя ей максимум внимания. это так, как он делал для более творческих работ.

Но даже такой творческий мастер, как Ричард Аведон, по-прежнему будут представлены утвержденная концепция и раскадровки от клиентов. Аведон снимал в соответствии с требованиями клиента, а затем снимал собственную интерпретацию концепции, в надежде, что они найдут его собственные идеи лучше.

Брук Шилдс для кампании Calvin Klein, 1980 © Фонд Ричарда Аведона
Коммерческие работы и изобразительное искусство

Многие из самых известных фотографий Аведона были сняты в коммерческих целях.Как ни странно, эти фотографии, как правило, коллекционеры оценили, чем фотографии, которые Аведон сделал с намерением создать изображения как изобразительное искусство. Многие из его коммерческих фотографий с тех пор считались изобразительное искусство и выставляется в музеях, и продается в фотогалереях.

Это ничем не отличается от великих художников в история. До того, как в середине 1800-х был изобретен «арт-рынок», то, что мы сейчас искусство вызова производилось мастерами для коммерческих целей, обычно на комиссия правительства, церкви или богатых покровителей.Это было искусство для практическая цель, а не ради искусства. Это определение слова «коммерческий».

Итак, знаменательно, что так много из принятого фотографическое искусство, в том числе Ричарда Аведона, так часто создавалось с помощью намерение продавать товары, копии журналов, продвигать путешествия, реклама и другие коммерческие цели.

Портреты

Аведон был в первую очередь портретным фотографом и старше За свою карьеру он сфотографировал бесчисленное количество икон, таких как Мартин Лютер Кинг-младший., Мэрилин Монро, Одри Хепберн, Битлз и президент Эйзенхауэр.

Его портреты легко узнать по их минималистский стиль, когда человек фотографируется прямо смотрящим в камера, расположенная на простом белом фоне, как правило, в черном и белый.

Фотографический портрет - это фотография человека, который знает, что [его] фотографируют, и то, что он делает с этим знанием, является такой же частью фотографии, как то, что на нем надето или как он выглядит.

Истина авторов рассказов

Аведона интересовало только то, как его портреты могут передать личность и душу объекта. Иногда он вызывал у них реакцию, направляя их в неудобные области обсуждения или задавая им психологически исследующие вопросы.

Например, если он пытался заставить сидящего чувствовать неудобно, он ничего им не сказал. Он намеренно усиливал их уровень дискомфорта, чтобы получить диапазон эмоций, который он искал.

Виндзорский

Возьмем, к примеру, герцога и герцогиню Виндзорских.

Пара была экспертом в изображении брачного блаженства. и безмятежная старость для камеры. Аведон хотел что-то произвести разные. Он прибыл на заседание очень поздно, послав вперед своего помощника настроить оборудование. Когда он приехал, он оказался в нехарактерном для него месте. потеря, чтобы выбить из колеи их готовые к съемкам лица. Зная, как сильно они любили свои собак, он извинился за опоздание и сказал им, что его такси переехало маленькая собачка на Парк-авеню.

Слушая грустную историю, собачьи любящие Виндзор сочувственно посмотрел на взволнованного Аведона. Продолжая свой рассказа, он делал вид, что настраивает камеру, ненавязчиво снимая кадры и запечатлеть неосторожный момент. Через некоторое время он сказал им, что готов к и Виндзоры собрались в своей обычной безмятежной формальной обстановке. манера. У Аведона уже была фотография, которую он хотел.

Герцогиня и герцог Виндзорские, Нью-Йорк, 1957 © Фонд Ричарда Аведона

Когда появились фотографии, все отмечали, как чудесно Аведон запечатлел горе и страдания герцога из-за того, что его заставили отречься от престола ради любимой женщины.

Этими средствами он производил изображения, раскрывающие аспекты характера и личности его испытуемых, которые были не захвачен другими. Он ждал того, что называется «правдой писателей», момент, в котором люди естественны сами по себе.

Портрет - это не подобие. В тот момент, когда эмоция или факт трансформируются в фотографию, это уже не факт, а мнение. В фотографии не бывает неточностей. Все фотографии точные. Ни одно из них не является правдой.

Мэрилин Монро, Нью-Йорк, май 1957 г. © Фонд Ричарда Аведона
Связь с субъектом

Энни Лейбовиц написала в своей книге « Энни» Лейбовиц за работой , что Аведон «соблазнил своих подданных разговором. Он у него был Rolleiflex, на который он смотрел вниз, а затем вверх. Это никогда не было в перед его лицом, но рядом с ним, пока он говорил ».

Avedon использовал квадратный формат Rolleiflex. почти для всех его модных и портретных работ вплоть до конца шестидесятых.в во второй половине десятилетия его способ работы стал слишком легким и слишком легким. сбивая с толку, и он решил изменить свой подход.

Камера почти сама делала снимки. Паря над камерой и всматриваясь в нее, я никогда не видел людей, которые были там, и не видел, чтобы они видели меня.

Для Аведона его портретная работа была примерно эта подлинная связь с натурщиком.

В 1969 году он начал использовать камера обзора Дирдорфа размером восемь на десять дюймов на штативе - громоздкая установка, которая принес с собой новый метод работы и новый набор ограничений.

Используя Deardorff, Аведон изобразил предметы на белом бесшовном фоне, освещенные бестеневыми, рассеянными солнечный свет или плоское студийное освещение. С лишним несущественным, что остались отношения между фотографом и объектом.

Для Аведона, который всегда работал не позади, но сбоку от камеры, камера стала безмолвным свидетелем столкновение между двумя людьми, делающими фото.

Я выработал серию отрицательных ответов.Нет изысканному свету, нет явным композициям, нет соблазнительности поз или повествования. И все это «нет» заставляет меня говорить «да». У меня белый фон. У меня есть человек, который мне интересен, и то, что происходит между нами.

Автопортрет

Сам Аведон описал, что качество как «неразгаданная тайна между репортажем и повествованием». Аведон никогда не скрывал того факта, что его собственная реакция важнее для готовое изображение, чем чувства человека, которого он фотографирует, что его портреты - это не столько «их портрет», сколько… портрет того, о чем я думаю их.

Своими портретами Аведон в некотором роде, действительно смотрел на себя, пытаясь найти свою собственную тьму и свет существование. Он всегда будет контролировать сидение - они его картинки, а не предметы.

Для проекта На западе Америки , Аведон стоял рядом со своей камерой 8 × 10 и смотрел на своего объекта. Очень мало Между фотографом и его объектом обменялись словами. Аведон бы перенести свой вес, изменить позу или язык тела.Субъект, не зная что еще делать, то же самое. Он не стал бы прятаться за камерой; в фотосессия превратилась в совместный танец. В этом великолепие Аведона портреты. И это было не просто отзеркаливание.

Присутствие Аведона и тишина общение было одновременно и заявлением, и вопросом, и приглашением - Я с тобой, поверь мне и следуй моему примеру. И испытуемые почти всегда это делали.

Фотографирование поверхности

В отличие от других звездных фотографов, Avedon’s портреты не всегда были лестными, а иногда и откровенно жестокими.

Аведон считал это своей обязанностью художника, изобразить предмет, какими он видел их в данный момент, и ему было все равно меньше того, как они видят себя или как их видят другие люди. Аведон брал все, что ему давали его подданные, и делал это своим.

Сказать это самым жестким и неприятным образом, какое право имеют яблоки Сезанна указывать Сезанну, как их раскрашивать?

Ричард Аведон, Открытая лекция, Бостон в 1987 году

Коко Шанель так и не простила ему за то, что он показал свое старение. шеи в 1958 году.Но помимо шеи, он также раскрыл и прославил ее. грозная решимость и ее воля оставаться гламурной. Никто другой не мог сделал портрет, как это сделал Аведон, и любой, кто его увидит, вряд ли когда-нибудь забудь это.

Габриэль (Коко) Шанель, Кутюрье, Париж, март 1958 г. © Фонд Ричарда Аведона
Оставаясь правдивым

Аведон всегда оставался верным фотографии. Приносить в жертву лесть создавать портреты, доверяющие только поверхности. И если поверхность старая и морщинистая, или молодая и пустая, или сбитая с толку и потерянная в лицо смерти, значит так тому и быть.

Мои фотографии не уходят на поверхность. Я очень верю в поверхности. Хороший полон подсказок.

Итак, если вы фотограф в студии или даже фотограф-любитель, снимающий вашу семью или друзей, метод Аведона может не сделать вас очень популярным. Опять же, это зависит от того, хотите ли вы кем-то быть кто просто делает сложные фотографии на паспорт или кто-то занимается искусством. В Говорят, что «художнику платят за свое видение, а не за запись».

Аведон считал, что портреты бессмысленны, если они не было что рассказать или, по крайней мере, рассказать правду.«Лица», он однажды сказал: «Это бухгалтерские книги нашего опыта».

Влияния

Раннее влияние фотографии Аведона было Мартин Мункачи, чьи модные фото для Vogue в 1930-е гг. Показанные места на открытом воздухе, такие как пляж, где модели погружались в прибой и зашагал по берегу, одетый по моде того времени.

Другое влияние оказал Жак-Анри Лартиг, чьи образы на рубеже ХХ века изображали женщин вместе в парке или кафе, всегда погруженные в свой мир.

Тогда есть Эдвард Стейхен. Steichen’s позже работа для Vogue и Vanity Fair и в частности, его портреты знаменитостей не уступают по качеству портретам Аведона. В обоих случаях фотографы, казалось, были полны решимости запечатлеть свои объекты, потерянные в момент времени.

Вдали от фотографии, любовь Аведона для реализма и погружения в души своих натурщиков он приобрел от его любимых писателей, таких как Эллиот, Пруст, Беккет и Чехов.

Тогда у вас есть мир искусства, в В частности, Гойя, чья непоколебимая честность Аведон считал несравненным и глубоко неотразимый.Когда не работал, ходил и в театр, и в балет. как музеи и картинные галереи.

Какую камеру использовал Ричард Аведон?

У гения фотографии Аведона было мало что делать с его выбором фотоаппаратов; вместо этого он сосредоточился на его способности манипулировать субъектами, чтобы они раскрыли их истинные личности в случае портретной живописи, и его чувство повествования и фантазии в случае его модные фотографии.

Если бы это было возможно, он бы предпочитал скачивать изображения прямо из его глаз и пропускать все фотографический процесс.Фактически, в различных интервью он всегда утверждал, что камеры просто мешали.

Ненавижу камеры. Они мешают, они всегда мешают. Желаю: если бы я могла работать одними глазами.

Большая часть его работ была сделана с двумя пленками. форматы: средний формат (2 ¼ квадрат) и 8 x 10.

Мобильность среднего формата (Rolleiflex) поддастся модной фотографии Аведона. Работаю с Роллей дал ему мобильность, необходимую, чтобы идти в ногу с активно движущимися модели, а также негатив размером более 35 мм для более высокого качества и возможность легко создавать более крупные отпечатки.

Когда он хотел точнее выстрелить (в голову или голову и плечи, то он подсовывал крупный план диоптрии на Роллее или переключитесь на Hasselblad 500cm с более длинным объективом 150mm F / 4.

Портреты были более или менее предметом его фотоаппаратов 8 × 10, хотя он свободно менял форматы, в зависимости от того, насколько быстро ему нужно было работать. Как вы понимаете, формат 8 × 10 замедлит его. В студии он использовал свою 8 × 10 Sinar Norma, а в полевых условиях складную деревянную полевую камеру 8 × 10 Deardoff заменял Sinar.

Список камер и объективов

Вот полный список камер, которые Аведон использовал в своей работе:

2.8 Rolleiflex

Аведон никогда не использовал встроенную экспозицию. метров. Некоторые из его камер Rolleiflex имели линзы Zeiss Planar, другие - Schneider Xenotars. Фактический объектив не имел значения, если он был f / 2.8. и 80 мм для правильной перспективы. Он часто использовал линзы для крупного плана, в в этом случае у верхнего была некоторая поправка на параллакс.

8 ”x 10” Deardorff

Эта деревянная камера полевого обзора была относительно легкий и компактный в сложенном виде.Сначала был оборудован с 12-дюймовым объективом, вероятно, Гёрц-Дагор в шторке Илекс, но это было позже заменена оптика на более качественную.

8 ”x10” Sinar Norma

В 1963 году компания Avedon приобрела более усовершенствованная модульная монорельсовая камера Sinar Norma для ускорения фотосъемки и в первую очередь для студийного использования. Он был оснащен 300mm f / 5.6 Schneider Symmar. объектив и автоматический затвор Sinar и был установлен на прочном Gitzo штатив.

Он также использовал Schneider Wymmar-S 360 мм. f / 6.8 и Fujinon 360mm f / 6.3 с объективами Deardorff и Sinar Норма.

Hasselblad 500см

Avedon начал использовать Hasselblad с объектив 150 мм f / 4 начала шестидесятых для более плотных снимков на месте. Примерно в 2002 году он начал экспериментировать с цифровыми задниками первой фазы для своих рекламная и коммерческая работа.

Mamiyaflex

Хотя он не такой прочный, как Rolleiflex, Двойная линза Mamiya имела определенные преимущества для снимков крупным планом, поскольку она фокусировалась намного ближе.У него был неуклюжий, но очень эффективный метод контроля параллакса и разрешено использование более длинных линз.

Он, наверное, не особо заботился об этом, но использовал его для косметических фотографий и фотографий причесок, где Rollei с 80-миллиметровым объективом внесло бы слишком много искажений. В более поздние годы он использовал Hasselblad вместо этих фотографий.

Asahi Pentax 35mm SLR

Avedon очень редко работал с 35 мм кроме личных снимков, но он действительно использовал Pentax для «папарацци» снимки из коллекций Парижа 1962 года, а также для фотографий открытия и закрытия из его книги 1964 года Ничего личного .

Указанные выше камеры - единственные, которые упоминались в статьях, документальных фильмах и книгах. У него была Leica М3 но никогда не использовал.

Фокусное расстояние, используемое Avedon

Для справки: объектив Rolleiflex '80 мм а объективы 360 мм для камер 8 × 10 дюймов примерно 50 мм эквиваленты на 35 мм. формат. Hasselblad 150 мм эквивалентен примерно 85 мм.

Итак, вот и все, Аведон создал одни из лучших фотографий всех времен с эффектом всего двух фокусных длина: 50 мм и 85 мм.

Если у вас когда-нибудь будет возможность, то я рекомендую приобрести выпуск American Photo за март / апрель 1994 г., так как он дает отличное понимание камер и студии Аведона.

Какую пленку использовал Аведон?

Фильм, который выбрал Аведон, был таким же базовый, как его фотоаппарат. Для работы в среднем формате он использовал Kodak Plus X (рейтинг Эль 80), хотя он также использовал Kodak Tri-X, любительский (ISO 400) версия, потому что ее лучше запихнули. Professional Tri-X (рейтинг Эль 200) был Используется для его широкоформатной фотографии при любом освещении.

Пленка будет проявляться с использованием Kodak D76 или HC-110 или Harvey’s Panthermic 777 (больше не выпускаются).

Что касается цветной работы, то все, что я смог узнать, это что он использовал пленку Ektachrome E-3 для проекта In the America West . Если кто-то знает что-нибудь еще, пришлите мне электронное письмо, чтобы я мог обновить страницу.

Негативы Аведона были плотными, часть его пренебрежения рекомендованным временем разработки. Даже с нормальным Воздействие Tri-X может получить 15 минут в резервуаре с D-76 - снова больше половины, обычная сумма.

Аведон использовал измеритель Norwood Director чтобы проверить его выдержки. Измеритель измерял падающий, а не отраженный свет. и долгие годы был стандартом для голливудских кинематографистов.

Техника печати Аведона

Плотный график Аведона не позволял ему роскошь печатать собственные работы. В то время как другие могли намочить руки от его имени он действительно контролировал каждый этап процесса.

Своими принтерами он всегда их отдавал словесные подсказки о том, чего он хотел, в частности об эмоциональном качестве Распечатать.Он говорил о том, как сделать принт счастливым, злым, пылким, романтичным или своего рода.

После того, как принтер получил бриф и понимает, что он ищет, тогда он оставит это на усмотрение пойми это. Если бы он был недоволен первыми пробными отпечатками, отпечаток был бы сделал снова.

После получения пробных отпечатков он затем начал бы смешивать и сопоставлять разные части отпечатков.

Например, с портретом он бы выберите ту, у кого лучше всего глаза, и если общий принт недостаточно хорош для него он вырезал у другого нос или рот и наклеил их.

Для натурной съемки он мог вырезать голову с одного отпечатка и наклеивал на тело другого, затем вырезал часть здания, которая имела правильную легкость, и поместила ее на другую, которая была темнее.

Окончательный отпечаток

Окончательный отпечаток Аведона обычно составление всех тестовых отпечатков, созданных для создания идеального отпечатка. Никогда первые отпечатки сделаны.

Если Аведон все еще не удовлетворен, даже после всех изменений он брал жирный карандаш и начинал размечать все сначала.Создание идеального отпечатка всегда было для него делом.

Есть известное изображение инструкций, который был опубликован в книге Аведона « Evidence », в которой показаны все осветление и выжигание, которые вошли в окончательное печатное изображение. Эти инструкции были сделаны не Аведоном, а его главным печатником в то время.

Цель изображения - обеспечить что гравюры, сделанные для коллекционеров, идентичны другим, выставленным в основных произведениях искусства музеи по всему миру.

Деталь инструкции по печати Аведона, Доказательства 1944–1994 гг. , 1994, стр.86: (Random House) © Фонд Ричарда Аведона

Цифры на них обозначают конкретные Время «уклонения» и «приработки» в секундах для каждого раздел изображения. Любой, кто имеет опыт печати в фотолаборатории, поймет как трудно за ними следить.

Печать для Запада Америки
© Фонд Ричарда Аведона

Эта черно-белая версия инструкций по печати взята из книги Лоры Уилсон « Аведон за работой: На Западе Америки» . У Лауры есть специальный раздел, посвященный процессу печати, который использовался на выставке In the American West .Если вы хотите узнать больше о том, как Аведон снимал этот проект и как он фотографировал, то это книга, которую вам стоит приобрести.

Сложный и трудоемкий процесс создания этих отпечатков начался в подвальной фотолаборатории студии Avedon в Нью-Йорке. Руди и Дэвид [Лиитцвагер] начали с набора отпечатков размером 16 на 20 дюймов. Дик отверг их все. Он почувствовал, что тон был тяжелым; они были слишком черными и слишком контрастными. При переиздании указания Дика редко были техническими.Он говорил просто: «Сделайте человека более мягким» или «Сделайте лицо более напряженным». Этот нетрадиционный совет заставил Руэди и Дэвида попытаться понять эмоциональное содержание, которое Дик искал в каждом портрете. На пробных отпечатках Руэди записал необходимые манипуляции красным жирным карандашом. Время экспозиции, плюс или минус, было в секундах, чтобы указать, где затемнить или осветлить веко, нос или морщину на лбу.

Отрывок из «Аведона за работой: На Западе Америки» (стр.114-117)

Лаура Уилсон - бывшая помощница Аведона в течение шести лет
Как добиться идеального отпечатка

Ричард Аведон не был пуристом в традиционный смысл. Он без колебаний обрезал или изменил изображение в некоторых способ получить идеальный отпечаток в фотолаборатории.

Пожалуй, самые важные факторы, когда дело дошло до того, что на изготовление отпечатков ушло время и деньги. Никаких расходов не пощадили, и это на печать одного изображения часто уходит целая неделя. Отпечатки были сделаны неоднократно, пока, наконец, не появился идеальный.

Освещение Аведона

Секрет студийного освещения Аведона не должно стать сюрпризом для тех, кто знаком с его энергичным стилем модная фотография.

Ниже я попытаюсь объяснить его освещение, или то, что он любил называть своим «светом красоты» более подробно.

Вместо установки своего основного источника свет на подставке - обычная практика, и такой, который ограничивает движение - он бы попросите помощника держать штангу стрелы с установленным на конце светильником.

Однажды у Аведона была установка света на его После снятия показаний стробоскопа помощник следил за модель со светом, так же, как звукооператор на съемочной площадке отслеживать актеров с помощью микрофона.

Как бы Аведон стрелял, помощник будет двигаться вместе с моделью. Для стабильной экспозиции ассистенту потребуется чтобы свет находился на правильном расстоянии от объекта. Свет был всегда держите очень близко к объекту, вне поля зрения камеры.

Используя этот подход, рассчитанная погрешность. Аведону понравились тонкие и неожиданные изменения. это могло произойти, работая таким образом.

Движущийся свет Аведона был нормально отскочил в зонтик или небольшой купол, чтобы смягчить его, в то время как двое других помощников будет наклонять 12-дюймовые квадраты металлизированного шкафа, чтобы свет отражался в глаза.Регулируемые балетки были размещены по обе стороны от предмета, чтобы остановить нежелательные свет от заполнения теней или возникновения бликов.

При описании процесса Аведон часто сравнивал его с японским балетом, где каждый знал свои роли и сделал это бесшумно, с большой ловкостью и ловкостью.

При работе в цвете или съемке 8 × 10 формат, где фильм может быть менее прощающим, Аведон будет иметь свой ключевой свет в фиксированная позиция.

Схема настройки освещения Аведона
Белый фон

Ричард Аведон, пожалуй, самый влиятельный фотограф «белого фона» всех времен.Стрельба по белый фон, Аведон убрал все отвлекающие факторы, сосредоточив внимание на предмет.

Его белый фон будет освещен две головки стробоскопа на регулируемых стойках. Если Аведон хотел серый фон, он выключили бы огни, чтобы они были на две ступени ярче, чем основной источник света (если типичное значение измерителя для объекта - F8, то для серого вам нужно будет установить свет на F4.) Если Аведон хотел белый фон, вместо этого свет включается в пределах половины остановки от основного света, чтобы застраховать намек на тон.

В Америке Западное освещение

Когда Аведон сделал В Америке West , он снимал своих объектов снаружи на белом фоне. бесшовная бумага, приклеенная к теневой стороне любых структур он мог найти (сараи, дома на колесах и т. д.) «Я хотел, чтобы человек выйти вперед из белого », - сказал Аведон.

Аведон сфотографировал своих подопечных в тени, используя доступный свет и избегая резких теней и бликов солнечный свет, который доминирует над лицом.Он не использовал стробоскопы, потому что чувствовал они придали фотографиям искусственный вид. Он хотел особой красоты затененный свет, который имел более нейтральный оттенок.

За кулисами Фото из На западе Америки , 1983 © Фонд Ричарда Аведона

Как у вас получился образ Аведона?

Я думаю, что у Картье-Брессона, Ирвинга Пенна и Дайан Арбус есть одно, и что я разделяю, это полная одержимость работой и работой каждый день.Надеюсь, что если вы будете выполнять работу каждый божий день, работа станет лучше.

Чарли Роуз Интервью, 1993

Многие подражатели пытались повторить его фирменный стиль. Получение того, что известно как «Аведон Look »- это не случай съемки на белом фоне с широкоформатная камера (или Rolleiflex), загруженная Kodak Tri-X.

Аведон часто говорил, что есть элемент себя на каждой фотографии, которую он когда-либо делал. Теперь, если ты не родился Ричард Аведон, получить фотографию Аведона будет невозможно.Что мы надеюсь, это даст вам несколько советов, которые помогут подобраться к его фирменный стиль.

Ричард Аведон научил меня, что если вы идете на фотосессию и выходите с тем, на что надеялись, это провал. Вам нужно удивляться, если вы хотите, чтобы это было волшебно.

Эми Арбус, фотограф и бывшая участница мастер-класса Avedon
Capturing the Moment

Аведон всегда знал, чего он хотел собираюсь на фотосессию. Однако вместо того, чтобы застревать на фото, которое он планировал, он оставался гибким и фотографировал то, что было перед вместо него.Если вы посмотрите на его самые знаменитые фотографии, то заметите, что это фотографии, которые невозможно воссоздать. Его Настасья Кински, Чарли Чаплин и Портреты Мэрилин Монро - прекрасные тому примеры.

Ничего из того, что я когда-либо делал, не было подсчитано. Это происходит из инстинкта.

Аведон тоже любил уметь стрелять модели активны и находятся в движении, когда это возможно. При фотографировании испытуемых, он говорил им прыгать и «прыгать выше!» в то же время он будет прыгать с ними.

Снимки, сделанные мной во время работы, показывают то, о чем я вообще не подозревал, что я снова и снова держу свое тело или свои руки в точности как человек, которого фотографирую. Я никогда не знала, что делаю это, и очевидно, что я пытаюсь почувствовать, на самом деле физически почувствовать то, что он или она чувствует в тот момент, когда я их фотографирую, чтобы углубить чувство связи.

То, что часто упускают из виду в Аведоне стиль - это доверие и связь, которую он строит с субъектом.Аведон часто встаньте в том же положении, что и его объекты на фотосессии, зеркально отразив язык тела субъекта, он смог быстрее установить взаимопонимание.

Это то, что я делаю неосознанно, я хочу знать, каково это. Думаю, я хочу поддержать то, что мне нравится в его позе. Хочу ободрить без слов.

Американский Фото: Аведон, март-апрель 1994 года
Визуальный автор

Аведон был невероятно разносторонним, и его метод съемки будет меняться в зависимости от того, в каком задании или проекте он был стрельба в то время.Он не подошел бы к рекламной работе так же, как его портреты, ни его документальные работы так же, как его модные фотографии.

Он тоже был бесстрашным, и ничто не могло помешать ему делать фотографии и делать все возможное, чтобы выполнить его видение.

Итак, получение «Образа Аведона» - это не случай простого следования формуле. Во-первых, вам нужно решить, в каком жанре его фотографии, которые вы пытаетесь воспроизвести, а затем изучаете его работы деталь. Если вы дошли до этого в статье, то, вероятно, выбрали довольно много подсказок и советов, которые помогут вам.

Я просто прирожденный фотограф и мне становится скучно. Когда мне становится скучно, я перехожу к следующему месту, единственное, что обрушилось на меня, - это то, что я могу остановиться, когда слишком много занимаюсь модой. Когда у меня слишком много более глубокой, более напряженной и болезненной части себя, я могу вернуться в другое место. Это как писатель, который пишет на разные темы.

Ричард Аведон Шоу Чарли Роуза (1997)

Другие ресурсы Ричарда Аведона

Рекомендуемые книги Ричарда Аведона

Отказ от ответственности: Photogpedia является партнером Amazon и зарабатывает на соответствующих покупках.Все ссылки на Amazon являются партнерскими ссылками, что означает, что мы получаем небольшую комиссию за любые ваши покупки. Это не требует дополнительных затрат, но эта комиссия поддерживает работу Photogpedia и является причиной того, что мы можем предложить так много бесплатного контента.

Чтобы узнать больше, прочтите нашу страницу «Раскрытие информации для аффилированных лиц». Спасибо за поддержку.

Видео с Ричардом Аведоном

Ричард Аведон: Тьма и свет (1996)

Этот документальный фильм, который необходимо посмотреть, дает захватывающий портрет Ричард Аведон и его невероятный объем работ.

Вы не только узнаете, как Аведон делал свои самые знаковые фотографии, но и понаблюдаете за тем, как мастер-фотограф работает над своей модой и съемками портретов.

Среди документальных фильмов много ярких моментов воспоминания Аведона о Мэрилин Монро часами танцует в его студии, чтобы он мог запечатлеть невиданная ранее сторона ее личности. В другом сегменте Аведон описывает, как Чарли Чаплин неожиданно позвонил ему и навестил его для портрета за несколько дней до отъезда из U.С.

Тьма и свет - это документальный фильм, снятый PBS в рамках сериала American Masters Series в 1996 году. Если у вас есть 90 минут, поэтому я не могу рекомендовать этот документальный фильм в достаточной степени.

Чарли Роуз: Ричард Аведон (1993)

В этом 60-минутном интервью от мая 1993, Ричард Аведон разговаривает с ведущим ток-шоу Чарли Роузом о жизни. за объективом фотографирует общественных деятелей и его книгу, An Автобиография Ричард Аведон .Вы можете многому научиться, слушая Аведона обсуждая его философию фотографии, самые знаковые фотографии и любовь к средний.

Еще фотографии Ричарда Аведона

  • Кармен Дель'Орефис, октябрь 1957 г. © Фонд Ричарда Аведона
  • Элиза Дэниэлс Пре-Кателан, Париж, август 1948 г. © Фонд Ричарда Аведона
  • Кармен Дель'Орефис, Фоли Бержерес, Harper's Bazaar , 1957 © Фонд Ричарда Аведона
  • Сьюзи Паркер и Робин Таттерсолл, Мулен Руж, Париж, август 1957 г. © Фонд Ричарда Аведона
  • Элиза Дэниэлс с уличными артистами, Марэ, Париж, август 1948 г. © Фонд Ричарда Аведона
  • Сюзи Паркер и Робин Таттерсолл, площадь Согласия, Париж, август 1956 г. © Фонд Ричарда Аведона
  • Довима с Сашей, Клош от Баленсиаги, Париж, август 1955 г. © Фонд Ричарда Аведона
  • Сьюзи Паркер с Робин Таттерсолл и Гарднер Маккей, кафе des Beaux-Arts, Париж, август 1956 г. © Фонд Ричарда Аведона
  • Бастер Китон, Нью-Йорк, сентябрь 1952 г. © Фонд Ричарда Аведона
  • Одри Хепберн перед «Крылатой Победой на Самофракии» в Лувре, Смешное лицо, 1957 © Paramount / Фонд Ричарда Аведона
  • Фред Астер, Париж, 1956 © Фонд Ричарда Аведона
  • Малкольм Икс, Нью-Йорк, март 1963 г. © Фонд Ричарда Аведона
  • Элизабет Тейлор, петушиные перья Анелло из Эмме, Нью-Йорк, июль 1964 г. © Фонд Ричарда Аведона
  • Боб Дилан, Нью-Йорк, февраль 1965 г. © Фонд Ричарда Аведона
  • The Beatles, 1967 © Фонд Ричарда Аведона
  • Джон Форд, Бель-Эйр, Калифорния, апрель 1972 г. © Фонд Ричарда Аведона
  • Фрэнсис Бэкон, Париж, апрель 1979 г. © Фонд Ричарда Аведона
  • Лорен Хаттон, Грейт-Экзума, Багамы, октябрь 1968 г. © Ричард Аведон Фонд
  • Надя Ауэрманн, Портфолио Комфорт, # 06, Басня в 24 эпизодах, Монток, Нью-Йорк, август 1995 г. © Фонд Ричарда Аведона

Вы можете просмотреть больше Ric жесткие фотографии Avedon здесь и здесь

Проверка фактов

С каждой нашей профильной статьей, мы стремимся быть точными и справедливыми.Если вы видите что-то, что не смотрит правильно, тогда свяжитесь с нами, и мы обновим сообщение.

Если вы хотите еще что-нибудь добавить об Avedon’s работа, его жизнь, его методы фотографии или то, как он повлиял на вас затем отправьте нам электронное письмо: hello (at) photogpedia.com

Ссылка на Photogpedia

Если вам понравилась статья или вы нашли это полезно, тогда мы были бы благодарны, если бы вы могли дать нам ссылку или поделиться онлайн через твиттер или любой другой канал в социальных сетях.

Сайт создан фотографы для фотографов, поэтому мы все можем учиться у таких мастеров, как Ричард Аведон. Чем больше у нас ссылок, тем легче будет другим найти сайт.

Наконец, не забудьте подписаться на наш ежемесячный информационный бюллетень и подписывайтесь на нас в Instagram и Twitter.

Рекомендуемые ссылки Ричарда Аведона

Чтобы увидеть больше работ Ричарда Аведона, посетите Фонд Аведона. Также ознакомьтесь с бесплатным приложением Ричарда Аведона для iPad

Лучшее интервью и ссылки на ресурсы

Помощь Аведону - веб-сайт бывшего помощника Эрла Стейнбикера
Секреты Аведона и его легендарной студии
Стенограмма мастерской Ричарда Аведона и Ирвинга Пенна - Мастерская Алексея Бродовича , Заметки о сессии: Лаборатория дизайна, 1964

Источники

Фонд Аведона
Помощь Аведону, Эрл Стейнбикер
Женщина садится в такси под дождем, житель Нью-Йорка, Уинтроп Сарджент, ноябрь 1958 года

Ричард Аведон и Ирвинг Стенограмма мастерской Пенна, 1964 г.

Фото ричарда аведона: Страница не найдена

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Пролистать наверх