краткий путеводитель по жизни и творчеству • Arzamas
Искусство
К 125-летию со дня рождения Родченко вместе с Мультимедиа-арт-музеем вспоминаем его биографию
Подготовил Никита Слинкин
Александр Родченко — такой же символ советской фотографии, как Владимир Маяковский — советской поэзии. Западные фотографы, начиная с основателей фотоагентства Magnum и заканчивая современными звездами вроде Альберта Уотсона, до сих пор используют приемы, введенные Родченко в фотографический медиум. Кроме того, не будь Родченко — не было бы и современного дизайна, на который оказали огромное влияние его плакаты, коллажи и интерьеры. К сожалению, в остальном творчество Родченко забыто — а ведь он не только фотографировал и рисовал плакаты, но занимался живописью, скульптурой, театром и архитектурой.
1 / 4
Анатолий Скурихин. Александр Родченко на строительстве Беломорканала. 1933 год© Музей «Московский дом фотографии»
2 / 4
Александр Родченко.
3 / 4
Александр Родченко. Здание газеты «Известия». 1932 год© Архив Александра Родченко и Варвары Степановой / музей «Московский дом фотографии»
4 / 4
Александр Родченко. Пространственная фотомультипликация «Самозвери». 1926 год© Архив Александра Родченко и Варвары Степановой / музей «Московский дом фотографии»
Родченко и искусствоАлександр Родченко родился в Санкт-Петербурге в 1891 году в семье театрального бутафора. С детства он оказался вовлечен в мир искусства: квартира находилась прямо над сценой, через которую нужно было пройти, чтобы спуститься на улицу. В 1901 году семья переехала в Казань. Сначала Александр решает учиться на зубного техника. Впрочем, эту профессию он скоро бросает и становится вольнослушателем Казанской художественной школы (поступить туда он не мог из-за отсутствия свидетельства о среднем образовании: Родченко окончил только четыре класса церковно-приходской школы).
В 1914 году в Казань приезжают футуристы Владимир Маяковский, Давид Бурлюк и Василий Каменский. Родченко сходил на их вечер и написал в дневнике: «Вечер окончился, и медленно расходилась взволнованная, но по-разному, публика. Враги и поклонники. Вторых мало. Ясно, я был не только поклонником, а гораздо больше, я был приверженцем». Этот вечер стал переломным: именно после него вольнослушатель Казанской художественной школы, увлекающийся Гогеном и мирискусниками, понимает, что хочет связать свою жизнь с футуристическим искусством. В том же году Родченко знакомится со своей будущей женой, ученицей той же Казанской художественной школы Варварой Степановой. В конце 1915 года Родченко вслед за Степановой переезжает в Москву.
Попав в Москву, через общих друзей Александр знакомится с Владимиром Татлиным, одним из лидеров авангарда, и тот приглашает Родченко принять участие в футуристической выставке «Магазин». Вместо вступительного взноса художника просят помочь с организацией — продавать билеты и рассказывать посетителям о смысле работ. Тогда же Родченко знакомится с Казимиром Малевичем, но к нему, в отличие от Татлина, симпатии не испытывает, да и идеи Малевича кажутся ему чужими. Родченко интереснее скульптоживопись Татлина и его интерес к конструкции и материалам, чем размышления Малевича о чистом искусстве. Позже Родченко напишет о Татлине: «Я от него учился всему: отношению к профессии, к вещам, к материалу, к продовольствию и всей жизни, и это оставило след на всю жизнь… Из всех современных художников, которых я встречал, нет равного ему».
1 / 2
Казимир Малевич. Белое на белом. 1918 годMoMA
2 / 2
Александр Родченко. Из серии «Черное на черном». 1918 год© Архив Александра Родченко и Варвары Степановой / MoMA
В ответ на «Белое на белом» Малевича Родченко пишет серию работ «Черное на черном». Эти, казалось бы, похожие работы решают противоположные задачи: с помощью монохромности Родченко использует фактуру материала в качестве нового свойства живописного искусства. Развивая идею о новом искусстве, вдохновленном наукой и техникой, он вперые использует «нехудожественные» инструменты — циркуль, линейку, валик.
Родченко и фотомонтаж
Александр Родченко. «Мена всех». Проект обложки сборника поэтов-конструктивистов. 1924 год© Архив Александра Родченко и Варвары Степановой / музей «Московский дом фотографии»Одним из первых в Советском Союзе Родченко осознает потенциал фотомонтажа в качестве нового вида искусства и начинает экспериментировать с этой техникой в области иллюстрации и агитации. Преимущество фотомонтажа перед живописью и фотографией очевидно: благодаря отсутствию отвлекающих элементов лаконичный коллаж становится самым ярким и точным способом невербальной передачи информации.
Работа в этой технике принесет Родченко всесоюзную известность. Он иллюстрирует журналы, книги, создает рекламные и агитационные плакаты.
«Реклам-конструкторы» Маяковский и Родченко
Родченко считается одним из идеологов конструктивизма, направления в искусстве, где форма полностью сливается с функцией. В качестве образца такого конструктивистского мышления можно привести рекламный плакат «Книги» 1925 года. За основу берется плакат Эль Лисицкого «Клином красным бей белых», при этом Родченко оставляет от него только геометрическую конструкцию — треугольник, вторгающийся в пространство круга, — и наполняет его совершенно новым значением. Он больше не художник-созидатель, он — художник-конструктор.
1 / 4
Александр Родченко. Плакат «Ленгиз: книги по всем отраслям знания». 1924 годТАСС
2 / 4
Эль Лисицкий. Плакат «Клином красным бей белых!». 1920 годWikimedia Commons
3 / 4
Александр Родченко. Реклама Добролета. 1923 год© Архив Александра Родченко и Варвары Степановой / MoMA
4 / 4
Владимир Маяковский, Александр Родченко. Реклама часов «Мозер». 1923 год© Архив Александра Родченко и Варвары Степановой
В 1920 году Родченко знакомится с Маяковским. После достаточно курьезного случая, связанного с рекламной кампанией «Добролёта» (Маяковский раскритиковал слоган Родченко, думая, что его написал какой-то второсортный поэт, тем самым серьезно Родченко обидев), Маяковский и Родченко решают объединить свои силы.
Создавая новые плакаты, Родченко штудирует советские и иностранные фотографические журналы, вырезая оттуда все, что может пригодиться, тесно общается с фотографами, которые помогают ему в съемке уникальных сюжетов, и в конце концов в 1924 году покупает собственную камеру. И моментально становится одним из главных фотографов в стране.
Родченко-фотограф
Фотографировать Родченко начинает достаточно поздно, будучи уже сформировавшимся художником, иллюстратором и преподавателем ВХУТЕМАСа. Он переносит в новое искусство идеи конструктивизма, через линии и плоскости показывая в снимке пространство и динамику. Из массива этих экспериментов можно выделить два важных приема, которые Родченко открывает для мировой фотографии и которые актуальны до сих пор.
1 / 4
Александр Родченко. Сухаревский бульвар. 1928 год© Архив Александра Родченко и Варвары Степановой / музей «Московский дом фотографии»
2 / 4
Александр Родченко. Пионер-трубач. 1932 год© Архив Александра Родченко и Варвары Степановой / музей «Московский дом фотографии»
3 / 4
Александр Родченко. Лестница. 1930 год© Архив Александра Родченко и Варвары Степановой / музей «Московский дом фотографии»
4 / 4
Александр Родченко. Девушка с фотоаппаратом «Лейка». 1934 год© Архив Александра Родченко и Варвары Степановой / музей «Московский дом фотографии»
Первый прием — это ракурсы. Для Родченко фотография — способ донести обществу новые идеи. В эпоху самолетов и небоскребов это новое искусство должно научить видеть со всех сторон и показать привычные объекты с неожиданных точек зрения. Родченко особенно интересуют ракурсы «сверху вниз» и «снизу вверх». Этот один из самых популярных сегодня приемов в двадцатые годы стал настоящей революцией.
Второй прием называется диагональ. Еще в живописи Родченко выявил линию в качестве основы любого изображения: «Линия есть первое и последнее, как в живописи, так и во всякой конструкции вообще». Именно линия станет основным конструктивным элементом в его дальнейшем творчестве — фотомонтаже, архитектуре и, конечно же, фотографии. Чаще всего Родченко будет использовать диагональ, так как, помимо конструктивной нагрузки, она также несет в себе необходимую динамику; уравновешенная статичная композиция — это еще один анахронизм, против которого он будет активно бороться.
Родченко и соцреализмВ 1928 году в журнале «Советское фото» публикуется кляузное письмо, где Родченко обвиняется в плагиате западного искусства. Эта атака оказалась предвестником более серьезных неприятностей — в тридцатых годах деятелей авангарда одного за другим осуждают за формализм. Родченко тяжело переживал обвинение: «Как же так, я всей душой за советскую власть, я всеми силами работаю с верой и любовью к ней, и вдруг мы неправы», — писал он в дневнике.
В 1933 году Родченко выпадает шанс наладить отношения с властями. Ему предлагают оформить целый номер «СССР на стройке», посвященный строительству Беломорско-Балтийского канала. Родченко снимает очень сдержанно, оставив в прошлом идеи 1920-х. Хотя в этих фотографиях есть ракурсы и диагонали, больше они напоминают современные фотографии: это вспомогательный инструмент, а не вызов.
1 / 2
Александр Родченко. Фотомонтаж «Кризис». 1923 год© Архив Александра Родченко и Варвары Степановой / музей «Московский дом фотографии»
2 / 2
Александр Дейнека. Сбитый ас. 1943 годРусский музей / deineka.ru
После этой работы Родченко снова попадает в милость. Теперь он среди создателей новой, «пролетарской» эстетики. Его снимки физкультурных парадов — апофеоз соцреалистической идеи и яркий пример молодым живописцам (среди его учеников — Александр Дейнека). Но с 1937 года отношения с властью снова разладились. Родченко не принимает входящий в силу тоталитарный режим, и работа больше не приносит ему удовлетворения.
После войны Родченко почти ничего не создает — только оформляет книги и альбомы вместе с женой. Устав от политики в искусстве, он обращается к пикториализму — направлению, появившемуся в фотографии еще в восьмидесятых годах XIX века Фотографы-пикториалисты старались уйти от натуроподобности фотографии и снимали на специальные мягкорисующие объективы, меняли свет и выдержку, чтобы создать живописный эффект и приблизить фотографию к живописи. . Он увлекается классическим театром и цирком — ведь это последние области, где политика не определяет художественную программу. О настроении и творчестве Родченко в конце сороковых годов много говорит новогоднее письмо его дочери Варвары: «Папуля! Мне бы хотелось, чтобы ты в этом году рисовал что-нибудь к произведениям. Ты не думай, что я хочу, чтобы ты делал все в „соцреализме“. Нет, чтобы ты мог делать так, как ты можешь делать. И я каждую минуту, каждый день помню, что ты грустишь и не рисуешь. Мне кажется, что ты тогда был бы веселее и знал бы, что ты можешь делать такие вещи. Целую тебя и поздравляю с Новым годом, Муля».
В 1951 году Родченко исключают из Союза художников и только спустя четыре года благодаря бесконечной энергии Варвары Степановой восстанавливают. Александр Родченко умер в 1956 году, совсем немного не дожив до своей первой фотографической выставки, также организованной Степановой.
Материал был подготовлен совместно с Мультимедиа-арт-музеем к выставке «Опыты для будущего».
Источники
- Родченко А. Революция в фотографии.
М., 2008.
- Родченко А. Фотография — искусство.
М., 2006.
- Родченко А., Третьяков С. Самозвери.
М., 2014.
- Родченко А. М. Опыты для будущего.
М., 1996.
- В гостях у Родченко и Степановой!
М., 2014
микрорубрики
Ежедневные короткие материалы, которые мы выпускали последние три года
Архив14 февраля 2003 г. в музее города Кавасаки, недалеко от Токио, открылась выставка «Утопия плакатов: графика русского конструктивизма», организованная Российской национальной библиотекой. Ю.Шуйский.. Из воли миллионов создадим единую волю. Плакат. 1925 . На экспозиции представлены около двухсот экспонатов: плакаты, книги, журналы, произведения промышленной графики. С японской стороны выставку продюсирует фирма «Art Impression Inc», имеющая опыт работы с музеями Франции и сотрудничающая также с Государственным Эрмитажем.
Японскому зрителю будут показаны лучшие образцы печатной графики конструктивизма, одного из интереснейших течений русского авангарда 1920-х — 1930-х гг. Я.М.Гуминер. «».Арифметика встречного промышленно-финансового плана плюс энтузиазм рабочих. Плакат. 1931. Выставка РНБ открывается экспонатами, рассказывающими об истоках конструктивизма, которые следует искать в теории и практике русского дореволюционного искусства. Это лубки К.Малевича и В.Маяковского периода Первой мировой войны, футуристические сборники А. А.М.Родченко. Обложка книги В.В.Маяковского .»». 1923. Основное внимание при создании экспозиции уделено плакатам (авторы — В.Степанова, А.Родченко, Г.Клуцис и др.), уникальное по полноте собрание которых хранится в РНБ. Выставка знакомит с политическими, торгово-коммерческими, книгоиздательскими плакатами, отличающимися жанровым разнообразием, новаторским художественным языком, одной из главных особенностей которого стал фотомонтаж. Значителен и массив знаменитого своими формальными поисками кинорекламного плаката (авторы — В. С.А.Семенов (Семенов-Менес). «». Плакат. 1929. Посетители музея Кавасаки увидят также редкую коллекцию образцов массовой графики — календари, детские игры, обертки для мыла и даже конфетные фантики далеких 1920-х — 1930-х гг. Военная игра «». 1929. Все это позволяет продемонстрировать японскому зрителю целостную картину развития конструктивизма в русской графике. Именно эту цель и преследовали организаторы выставки, которая после Кавасаки будет демонстрироваться в Музее искусств города Ямагата, муниципальном музее искусств Хамамацу и Музее искусств Ниигата. Такой широкий показ сокровищ Российской национальной библиотеки, несомненно, будет значительно способствовать развитию российско-японских культурных связей. |
Конструктивизм. «Реклам-конструктор».

С 1923-го по 1925-й — годы необыкновенно интенсивной деятельности и успеха «Реклам-конструктора». О том, что пара была почти единым творческим организмом, свидетельствуют письма Александра Михайловича жене и матери из Парижа весной 1925 года. Он уехал тогда монтировать павильон СССР на культовой Международной выставке декоративного искусства и художественной промышленности и каждый день слал отчеты своей «милой Муличке» — именно то, что Маяковский называл «документальной прозой»: впечатления, бытовые подробности, жалобы на сложности текущей работы.
1929 год Подготовка к постановке сатирической пьесы «Клоп».
Дмитрий Шостакович, Всеволод Мейерхольд, Родченко Александр и Владимир МаяковскийРодченко:
«Вслед за ГУМом нашими заказчиками стали «Мосполиграф», «Резинотрест», «Чаеуправление». Работа спорилась. Плакаты, вывески, упаковки, обёртки — теперь нашу продукцию можно было увидеть и на улице, и в магазине, и в руках покупателя.Росла, крепла новая реклама — советская. А это уже было принципиально важно для нас, работников левого фронта искусств»
из воспоминаний А.М.Родченко «Работа с поэтом» журнал «Смена», 1940, № 3
«РЕЗИНОТРЕСТ» В середине октября 1923 года Маяковский по заказу Резинотреста написал 12 текстов, рекламировавших продукцию этого хозяйственного государственного объединения: галоши, шины, мячики, соски, игрушки. Некоторые из этих рекламных плакатов сразу же приобрели огромную популярность. Печатные плакаты выпущены не были. Оригиналы плакатов, рисованные Родченко, выставлялись в магазинах Резинотреста в Москве.
«Галоши», «мячики» и «соски» экспонировались на Парижской всемирной художественно-промышленной выставке 1925 года
Родченко:«Щиты поставил рёбрами и покрасил — серое, белое, красное. И когда входишь из других залов, принадлежащих другим странам, то не видишь ни надписей, что это СССР, ни красного цвета, но по мере продвижения по залу красный цвет все более и более охватывает вас, и вы видите там, где вы вошли, огненную надпись «СССР».Мы с Володей за рекламу получили серебряную медаль, кроме того, я за театр и интерьер ещё две медали»
из воспоминаний А.М.Родченко «Работа с поэтом» журнал «Смена», 1940, № 3
Родченко:
«Работали мы так. Мною был сделан альбом наших работ для показа заказчикам. Утром Маяковский обходил учреждения и принимал заказы. Возвращался он домой с портфелем, туго набитым всякими справочниками, ведомственными отчётами и прочим. Весь материал он добросовестно изучал, выписывал на бумажку интересные факты, цифры и после этого обдумывал темы. Вечером, часов в семь-восемь, я приходил к Брикам на Водопьяный переулок, это было рядом со мной, и ждал, пока он, стоя у рояля, писал тексты. Иногда он прохаживался по комнате, отбивая такт рукой, снова наклонялся над роялем. Вместе с текстом он набрасывал рисунок плаката, всегда приговаривая: «ну, это я так, для ясности». Он знал, что я не всегда делал по его рисункам, потому что они были сатирические, в стиле лубка.После обмена мнениями, определения размеров и назначения работы я шёл домой, где немедленно садился за эскизы. Приходили ребята — студенты из Вхутемаса и, расположившись у меня в мастерской, принимались за работу. Я же делал следующие эскизы, следил за исполнением, выполнял сам ответственные куски, намечал пропорции. Работали иногда до рассвета. Утром я приносил ему готовые плакаты и рекламы, а чаще он забегал ко мне и дожидался, пока я кончу работу.
К работе над советской рекламой Володя относился очень серьёзно, и поэтому был постоянным посетителем различных ярмарок и толкучек, где прилежно записывал уличные «крики». В его стихотворных рекламах периодически звучит голос уличного торговца и «зазывалы»:
«Ну и публика!
Пожалела рублика…»«Пролетарка, пролетарий,
заходите в планетарий!»из воспоминаний А.М.Родченко «Работа с поэтом» журнал «Смена», 1940, № 3
«МОСПОЛИГРАФ» Тексты для плакатов написаны в июне — октябре 1923 года. Печатные плакаты выпущены не были; размножались ручным способом и выставлялись в окнах магазинов, а также рисовались для рекламы проекционным фонарем на улицах.
Родченко:
«Сдавал работу обычно сам Володя, я был с ним только два раза. Во-первых, потому что и заказы получать и сдавать не умел, во-вторых, мне было некогда…
Вспоминаю, как он сдавал плакаты в Чаеуправление. Среди плакатов один «застрял», то есть вызвал у кого-то сомнения. На плакате китаец был нарисован в фас; в вытянутых руках он нёс цибики чая. Цибики дугой перекинуты в воздухе. Китаец смотрит на них вверх, как бы жонглируя. Кто-то говорил: «Почему нет косы у китайца?» Володя отвечает: «Коса есть, но она сзади, если повернуть его спиной, коса будет видна…» Другой спрашивает: «А почему цыбики держатся так в воздухе, это не реально…» Володя: «Ну, известно, китайцы — фокусники…» Смех… Плакат принят»из воспоминаний А.М.Родченко «Работа с поэтом» журнал «Смена», 1940, № 3
«ЧАЕУПРАВЛЕНИЕ» В конце мая — начале июня 1924 года Маяковский написал по заказу «Чаеуправления» 15 рекламных текстов, которые предназначались для печатных плакатов-листовок, вкладывавшихся в ящики и коробки с чаем, какао, кофе для распространения среди покупателей этих товаров.
Использованы Чаеуправлением не были.
Нельзя не сказать ещё об одном активном члене «Реклам-конструктора» — Варваре Фёдоровне Степановой, супруге Александра Михайловича, «неистовой Степановой с нежными чувствами», как ее определил Маяковский. Если роль творческого лидера, генератора идей, создателя оригинальных приемов принадлежала Родченко, то Варвара Фёдоровна в своей самостоятельной манере утверждала новации и была великолепным организатором. Она, опора в «житейских делах», часто брала на себя административные заботы, с которыми отлично справлялась.
1921 год Степанова и Родченко в своей студии
В мастерской грунтовали холсты, пилили доски для подрамников и конструкций, чертили, вырезали из картона, делали переплеты книг, клеили коллажи, обсуждали проекты с коллегами и друзьями. Варвара Степанова вела деловую переписку, переговоры, записывала все происходящее, собирала и хранила документацию. Она часто была исполнителем, превращая эскизы и наброски в законченную обложку или рекламный плакат.Степанова, как вспоминают современники, была в тени Родченко, но ее присутствие в этом совместном пространстве было необходимо. Она поддерживала, была первым зрителем того, что в мастерской создавалось: картины и рисунки, объекты, фотографии.
Родченко Александр Михайлович (1891-1956) «Варвара Степанова за рабочим столом» 1924
1926 год, в мастерской
Михаил Кауфман «Александр Родченко с супругой Варварой Степановой в мастерской» 1924
В качестве образца конструктивистского мышления можно привести рекламный плакат для ленинградского отделения «Госиздата» «Книги» 1924 года. За основу взят плакат Эль Лисицкого «Клином красным бей белых», при этом Родченко оставляет от него только геометрическую конструкцию — треугольник, вторгающийся в пространство круга, — и наполняет его совершенно новым значением. Он больше не художник-созидатель, он — художник-конструктор.
Лисицкий Лазарь Маркович (Эль Лисицкий) (1890-1941) «Клином красным бей белых!» 1920
Родченко Александр Михайлович (1891-1956) «Ленгиз. Книги по всем отраслям знания» 1924
Кроме этого, Родченко первым применил в рекламе фотографию и разместил на плакате изображение Лили Брик:
Наибольшей выразительности достигла реклама журнала «Молодая гвардия». Выпуски этого литературно-публицистического журнала не блистали особым богатством и красочностью оформления. Авторы изобразили продавца в рабочем комбинезоне и в кепке с номерами «Молодой гвардии» в руках, который громко расхваливает свой товар. Эта красная фигура, словно вырезанная из картона и напоминающая героев агитационных представлений первых лет революции, впоследствии повторилась в сотнях рекламных образцов ХХ века.
Родченко Александр Михайлович (1891-1956) «Варвара Степанова – комсомолка с книгами» 1924 Снимок для плаката «Госиздата»
Обратите внимание, следующие три плаката выполнены творческим тандемом Маяковский & Степанова. А лицо использовано одно:
Степанова Варвара Федоровна (1894–1958) & Маяковский Владимир Владимирович (1893-1930)
«Крестьянской хозяйство улучшит грамотей»
Степанова Варвара Федоровна (1894–1958) & Маяковский Владимир Владимирович (1893-1930)
«Только подписчики „Красного перца“ смеются от всего сердца» 1925
Степанова Варвара Федоровна (1894–1958) & Маяковский Владимир Владимирович (1893-1930)
«Марка эта — источник знания и света» 1925
Родченко Александр Михайлович (1891-1956) & Маяковский Владимир Владимирович (1893-1930)
«Читайте новые книги» 1925
Реклама «Госиздата» 1925
продолжение следует. ..
Рекламный плакат «Нигде, кроме как в Моссельпроме»
Рекламный плакат «Нигде, кроме как в Моссельпроме»
Плакат для Моссельпрома, созданный в 1923 году.
В первых числах октября 1923 года Маяковский начал работу в рекламной сфере, создавались плакаты для ГУМа, Моссельпрома, Резинотреста, Мосполиграфа и т.д. Вместе с поэтом над рекламной продукцией трудились Александр Родченко, Варвара Степанова, Алексей Левин.
Процессом руководил Маяковский: он предлагал услуги учреждениям, принимал заказы, писал тексты и делал предварительные эскизы, принимал от художников готовые плакаты и сдавал их.
Рекламные тексты и лозунги использовались очень широко — на плакатах, в объявлениях, на вывесках киосков и магазинов, на обертках печенья, конфетных этикетках и т.д.
Содружество Маяковского и Родченко привело к появлению знаменитой марки «Реклам-конструктор». За несколько лет было создано большое количество образцов полиграфического искусства, вошедших в историю отечественного и мирового дизайна, многие из которых выполнены с использованием техники фотомонтажа.
«Молодой советской торговле нужна реклама, и Маяковский пишет великолепные, полные выдумки и игры рекламные плакаты: “Нигде кроме, как в Моссельпроме”. Вводятся новые метрические меры длины и веса. Маяковский предлагает выпустить конфеты со стихами, в которых бы объяснялись новые меры. Он пишет стихи, помогающие стране бороться с разрухой, разгильдяйством».
Л.А. Кассиль «Маяковский — сам. Очерк жизни и работы поэта»
«Вслед за Гумом нашими заказчиками стали Мосполиграф, Резинотрест, Моссельпром, Чаеуправление. Работа спорилась. <…> Раньше реклама высокомерно изгонялась из сферы чистого искусства. Вместе с папиросной коробкой, пакетом печенья в руки потребителя попадала вульгарная, пошлая картинка. Бороться с этой дурной традицией и значило двигать новую, советскую рекламу, новую не только по содержанию, но и по форме.
К работе над советской рекламой Маяковский относился очень серьезно. В его глазах это был вид литературного оружия.
“Несмотря на поэтическое улюлюканье, — писал Маяковский в автобиографии «Я сам», — считаю «Нигде, кроме как в Моссельпроме», поэзией самой высокой квалификации”. И словом и делом ратовал Маяковский за участие работников искусств в создании новой рекламы. Характерная деталь: Маяковский сам составил для Союза художников примерные тарифные расценки рекламных работ (текст, эскиз, художественное исполнение). Эти расценки были потом утверждены».
А.М. Родченко «Работа с поэтом»
«Я немного стеснялся этих работ. Мне казалось, что они снижали меня как художника. Когда Владимир Владимирович замечал это, он страшно сердился:
— Позвольте, я заставлю вас подписать фамилию под этой цикорной оберткой. Уверяю вас, что она гораздо ценнее, чем все ваши произведения. Почему я могу подписываться под всеми стихами, которые я делаю для Моссельпрома и т. д., а вы, жрец искусства, считаете унизительным для себя такие работы и не можете снизойти до обслуживания широких масс? Эти обертки не менее, а более ценны, чем те картинки, которые вы пишете для выставок».
С.Я. Адливанкин «О Маяковском»
Александр Родченко: видеть необыкновенное в обычных вещах
05.07.2021, /=РО=/В донской столице состоялось открытие фотовыставки «Круг Родченко. Стильные Люди», которая посвящена 130-летнию со дня рождения Александра Михайловича Родченко – родоначальника дизайна и рекламы в СССР, скульптора, одного из представителей фотографии Нового видения, плакатиста и человека, который мог разглядеть необыкновенное в совершенно обычных вещах.
Идеи Александра Родченко лежат в основе не только отечественного, но и зарубежного дизайна. На выставке представлены фотоработы как самого художника, так и его соратников. Зрители могут увидеть 80 фотографий, в числе которых автопортреты Родченко, фотографии его близких, коллег и друзей.
— Мы знаем, кто такой Малевич, но не знаем, кто такой Родченко — а это гениальный человек. Нет направления дизайна, которое не придумал бы Родченко. Его стиль выражается в нестандартном взгляде. Александр Родченко был одним из основоположников конструктивизма, — говорит кандидат технических наук, доцент кафедры дизайна академии искусств Южного федерального университета Юлия Гадзиян.
Украшением выставки стали плакаты, вдохновленные Родченко и посвящённые его творчеству. Работы выполнены студентами Академии архитектуры Южного федерального университета.
— Плакаты получились абсолютно разные, чему Родченко, несомненно, был бы рад. Он всегда мечтал, чтобы на него и его творчество смотрели с разных точек зрения, — комментирует Гадзиян.
Многие из работ выполнены в определенном ракурсе. Для Александра Родченко, поясняет эксперт, была очень важна позиция «угла зрения», которая и выражена в плакатах: конструктивистский взгляд, абсолютная простота, лаконичность форм и фирменный шрифт Родченко, который был разработан на основе его шрифтовых работ в 1996 году.
— Мой плакат посвящен непростому и разнообразному жизненному пути художника, — рассказывает автор одной из работ Екатерина Федотова. — Александр Родченко занимался не только дизайном, но и фотографией, архитектурой. На первый взгляд его путь кажется простым и легким, но если присмотреться, то эти ломаные линии, простота и лаконичность показывают всю сложность творческого пути художника.
Особое внимание зрителей привлекли работы студентки Юлии Шевцовой. Ее фотоколлажи выполнены в стилистике плакатов того времени. В них используются конструктивистский шрифт, присутствует рамка и ярко-красный цвет, который был духом того времени.
— В начале своей карьеры Родченко вырезал детали из иностранных журналов — это и есть концепция моей работы. В своём плакате я объединила основные черты творчества Родченко — это минимализм, вырезки и его фирменный шрифт. Я также изобразила любимые вещи художника, которые отображают его личность — это кепка и ботинки, — говорит Юлия Шевцова.
Как отметили участники выставки, данными работами они постарались отдать дань уважения выдающемуся соотечественнику Александру Родченко, на работах которого учились и будут учиться еще многие поколения дизайнеров.
Реклам-конструкторы Владимир Маяковский и Александр Родченко. Искусство плаката 20 века
Добавил: admin
Тема: Плакат
В начале 20-х годов революционное агитслово было чуть ли ни главным идеологическим фактором в СССР. На первый план выходят реклам- конструкторы. Модные и стильные плакаты Маяковского — Родченко сразу становятся произведениями искусства.
Маяковский, работая в знаменитых «Окнах РОСТА» говорил: «Мы знаем прекрасно силу агитации. В каждой военной победе, в каждой хозяйственной удаче на 9/10 сказывается уменье и сила нашей агитации. Буржуазия знает силу рекламы. Это оружие, поражающее конкуренцию».
Молодому государству нужна была хорошая рекламная компания товаров и услуг. Художники и поэты воодушевленно взялись за работу. Рождались творческие союзы. Поэт Владимир Маяковский работал в паре с художником, фотографом, оформителем Александром Родченко. Свои «рекламные агитки» они подписывали «Реклам-конструкторы Маяковский — Родченко».
Маяковский объединял в своих стихах агитацию товарную и политическую. Идеологическая составляющая — это отличительной особенность советской рекламы. Бьющие на подсознание запоминающиеся лозунги-стихи Маяковского, художник Родченко воплощал в злободневные плакатные формы.
Плакаты Родченко — Маяковского в модном стиле конструктивизма были повсюду. Сам художник в своих воспоминаниях пишет: «Вся Москва украсилась нашей продукцией…Об одной этой работе, продолжавшейся несколько лет, можно написать отдельную книгу…»
И действительно, плакаты Родченко-Маяковского украшали ГУМ, реклам-конструкторы создали вывески для Госиздата, Моссельпрома, всего более 50 плакатов, 100 вывесок, упаковок, световых рекламных конструкций. Они работали для журналов и газет.
В плакатах Родченко использовал особый, узнаваемый шрифт. Лаконизм изобразительной композиции Родченко сочетался с хорошо читаемыми, стихами Маяковского. Художник Родченко часто использовал фотографии знаменитостей. На одном из известных плакатов фотография Лили Брик, подруги Маяковского: «ЛЕНГИЗ — КНИГИ по всем отраслям знания — ЛЕНГИЗ».
И сегодня стихи Маяковского на рекламных плакатах Родченко бьют в точку. Ироничные, и такие позитивные рекламные слоганы не вызывают сомнения в качестве предлагаемого.
«Дайте солнце ночью! Где найдешь его?
Купи в ГУМе! Ослепительно и дешево».
«Самый деловой, аккуратный самый,
в ГУМе обзаведись мозеровскими часами».
«В дождь и сороконожка не двинется с места
без галош Резинотреста».
«Победительница всех шин
на всероссийском пробеге легковых машин».
«От игр от этих стихают дети.
Без этих игр ребенок — тигр».
Виктория Мальцева
Кликните на фото для просмотра Фото к статье: 7
«Родченко выстраивал собственную историю» | The Art Newspaper Russia — новости искусства
В отделе личных коллекций ГМИИ им. А.С.Пушкина хранится наследие Родченко и Степановой, переданное их дочерью и вашей матерью Варварой Александровной Родченко и вами в дар в 1992 году. Почему вы выбрали этот новый отдел, а не Третьяковскую галерею, например?
В 1991 году, к 100-летию со дня рождения Родченко, друг за другом состоялись две выставки: в MAK, Венском музее прикладного искусства, и в ГМИИ. Поскольку Ирина Антонова тогда начала собирать Музей личных коллекций, мы решили, что самое время присмотреть там для себя место. А через год, когда открылось новое здание, там уже была постоянная экспозиция Александра Родченко и Варвары Степановой.
Из чего состоит ваш дар Пушкинскому музею? Что тогда было передано?
Коллекция насчитывает около 570 единиц хранения, охватывает весь период их творчества — а это 50 лет, — и представляет весь спектр деятельности: живопись, оригинальную и печатную графику, работы для театра, рекламные плакаты, производственный дизайн, коллажи, фотографии, пространственные конструкции. Перед выставкой, практически до последнего дня, ежедневно шла сверка списков для нее и списков коллекции, тогда переданной в музей. За прошедшие с момента передачи наследия 20 с лишним лет какие-то даты уточнились, особенно это к фотографии относится, ведь у Родченко часто отсутствуют авторские датировки.
Хитрость в том, что Александр Родченко выстраивал собственную хронологию фотографий, скульптуры, пространственных работ и живописи, как своей, так и Варвары Степановой. Он все пронумеровывал, и эти номера раньше, когда устраивались прижизненные выставки, обязательно фигурировали, они где-то в скобках ставились. Это авторские порядковые номера работ, соответствующие времени создания. И во всех каталогах зарубежных выставок того, что из Русского музея, например, выставляют, эти номера тоже присутствуют, но никто на них внимания не обращает. А сейчас в каталоге выставки в ГМИИ мы именно по ним и выстроили весь порядок иллюстраций. Действительно интересно, как художник аккуратно относился к своим вещам. Родченко был очень организованный в этом смысле художник. Он считал, что нужно показывать не только удачное, но и неудачное. Очень важно сохранить его систему регистрации произведений, потому что для художника это была форма патентования открытий. Принципиально, что под определенным номером та или иная работа в 1920-е годы была показана на выставке, и в каталоге она под этим же номером значится.
Правильно ли я понимаю, что каталога-резоне Александра Родченко, одного из главных героев русского авангарда, нет, не существует в природе?
Каталога-резоне нет как такового, но есть книжки, достаточно информативные. Новаторским в 1980-е годы было представление Родченко в качестве дизайнера в монографии крупнейшего историка русского авангарда Селима Омаровича Хан-Магомедова. А начиналось все с самой первой, вышедшей в Венгрии в 1976 году книги Германа Каргинова. Он когда-то работал в типографии, полиграфист, выпускник петербургского Государственного академического института живописи, скульптуры и архитектуры имени И.Е.Репина, написал очень хороший текст, где впервые попробовал объяснить все перипетии творчества Родченко: и живопись, и абстрактные конструкции, и оформление книг, рекламные плакаты, фотоискусство. Это издание тогда произвело некоторый переворот в восприятии Родченко, потому что его традиционно считали фотографом. Ну и так, немножко еще…
Живописцем?
Нет, в живопись его особенно никто не вдавался даже. Его знали как фотографа и плакатиста: был такой Родченко, книжки Маяковского оформлял, «Нигде кроме как в Моссельпроме» — и все. Но для западных историков искусства, например для создателя и директора нью-йоркского МоМА Альфреда Барра, он был одной из ключевых фигур русского авангарда. Когда Барр приезжал в Москву в 1928 году, он обходил всех московских художников, которых смог найти, в том числе кинорежиссеров, потому что в его концепции современное искусство — это конгломерат разных медиа. Поэтому ему было важно встретиться и с Эйзенштейном, и с Мейерхольдом, и с Весниными, и с Родченко. Еще одной задачей американского искусствоведа было уточнить некоторые датировки работ, потому что на обложке своей книжки Кубизм и современное искусство он построил схему ветвления всех тенденций, всех «измов» начала ХХ века. Ему было важно точно отметить год, когда родился конструктивизм, когда какая выставка была. Вот для него Александр Родченко был, скорее, героем из беспредметного прошлого; в книжке опубликована пара его абстрактных пространственных конструкций, пара живописных работ. Тогда же Родченко подарил МоМА несколько своих графических работ, посчитав, что раз человек интересуется, это хорошо. А в дневнике у Варвары Степановой 10 января 1928 года по поводу визита американца шла забавная запись: «Были у нас эти американцы — один скучный в очках, сухой — профессор Альфред Барр, другой веселый, молодой — Джерри Аботт. Родченко решил, что этот Барр ездит за счет Аботта, который, наверно, просто сын богатых родителей. Совершает свое путешествие по Европе.
Барр интересуется только искусством, живописью, рисунками. Перевернули они у нас всю квартиру. Пришлось им показывать всякое старье. Под конец этот Барр совсем умучился. Аботт — тот больше новыми работами интересовался. Барр показывал книжку Лозовича о русском искусстве на английском языке, так про всех точно написано, даже про конструктивистов, с перечислением всех фамилий. Про Родченко там целая глава. Барр заставил тут же проверить, все ли правильно. Осси была (это ирландка), она перевела. Оказалась только одна ошибка, что Родченко ученик Малевича. Ну, ему в книжке подчеркнули и рассказали. Этот Барр лекции читает об искусстве в Америке».
Самим Родченко этот визит через семь лет после его ухода от живописи и перехода к дизайну воспринимался как напоминание о далеком прошлом. В тот момент, в 1928 году, его душа кипела фотографией.
Именно тогда Родченко опубликовал свои первые ракурсные снимки, у него шла яростная полемика с фотографическими монстрами, которые считали, что это все вредные какие-то, не наши ракурсы, не наши взгляды, они калечат только, но ничего нового не добавляют. Он всем пытается объяснить, что нужно быть разнообразными и фиксировать мир во множестве возможностей и точек зрения. А живопись для него уже в тот момент была пройденным этапом. Но вот с Альфредом Барром они все это восстановили, проверили какие-то данные: например, что Родченко — ученик Малевича. Но никогда он у Малевича не учился, они все время конфликтовали! Это тоже специфика русского авангарда; зарубежные искусствоведы, когда приезжают сюда, всегда спрашивают, почему Лисицкий не ходил пить чай к Родченко. Им кажется, что все авангардисты так благостно друг к другу относились. Ответ прост: потому что у каждого была своя команда, и в отношениях между ними был настоящий накал страстей. Шкловский как-то хорошо на этот счет высказался: «Мы рожали ребенка, и надо было определить его пол и цвет глаз». Поэтому все детали были принципиальными.
Участвовали ли вы в подготовке каталога выставки, которая открылась в отделе личных коллекций ГМИИ?
Да, впервые, несмотря на предельно сжатые сроки, вместе с сотрудниками Пушкинского музея семья Родченко и Степановой готовила полный каталог собрания, начало которому было положено даром семьи еще в 1991 году после выставки Будущее — единственная наша цель. Хотелось бы выразить благодарность сотрудникам отдела личных коллекций: Наталье Автономовой, Алле Лукановой и Алексею Савинову. Вместе мы выверяли списки, готовили иллюстрации для каталога, планировали экспозицию.
К выставке студия АВСdesign разработала, помимо каталога, еще и целый комплект сувениров, дидактических материалов и даже Азбуку Родченко и Степановой. Идею Азбуки подкинул руководитель студии Дмитрий Мордвинцев, а вместе с Максимом Родиным и другими дизайнерами студии они искали графическое воплощение нашим предложениям по наиболее характерным словечкам, терминам, предметам, с которыми ассоциируется творчество художников. Впервые музей так разносторонне подошел к этому выставочному проекту: тут и работа архитектора Алексея Подкидышева, и организация экспозиции отделом выставок, и реклама.
Немалую помощь оказала и Строгановская академия (МГХПА им. С.Г.Строганова), где я работаю и где когда-то получил диплом. Музей Строгановки предоставил для выставки работы ученика Александра Родченко Захара Быкова, выпускники кафедры промышленного дизайна сделали видеореконструкции проектов студентов Вхутемаса, а наши преподаватели участвовали в издательской и образовательной программе выставки. Родченко здесь когда-то учился, потом десять лет преподавал, его ученик был ректором воссозданной в 1945 году Строгановки, так что оказалось, что эта выставка еще и своеобразное продолжение нашей школы.
Родченко и Попова: Определение конструктивизма: ознакомьтесь с выставкой, гид по комнатам, зал 9: Реклама и графический дизайн
В 1921 году, столкнувшись с нехваткой продовольствия и голодом, Ленин объявил новую экономическую политику (нЭП), разрешив частным предприятиям работать в ограниченных масштабах. в то время как сельскохозяйственное и промышленное производство медленно восстанавливалось, многие большевики рассматривали эту политику как компромисс с капитализмом.
Родченко отреагировал на эти новые обстоятельства, вступив в партнерские отношения с поэтом-футуристом Владимиром Маяковским в качестве эксперта по рекламе. Их клиентами были государственные предприятия, которые теперь столкнулись с конкуренцией со стороны частного сектора, и они разработали плакаты или упаковку для таких продуктов, как сигареты, хлеб, сладости и печенье. Против тех, кто осуждал рекламу как безнадежно капиталистическую, Маяковский утверждал, что «необходимо использовать все оружие, используемое нашими врагами».
В своем подходе к рекламе, дизайну книг и журналов Родченко и Попова смогли адаптировать принципы конструктивизма и новаторские методы, такие как фотомонтаж. Даже на фоне компромиссов нЭП такие проекты сохранили ощущение срочности и динамизма, а также критический подход к визуальному оформлению, который был одной из идеологических отличительных черт конструктивизма.
Новая повседневная жизнь
«Новый быт» или «новая повседневная жизнь» — это кампания 1920-х годов, направленная на преобразование семейной жизни.Конструктивисты ответили новаторским дизайном мебели, одежды, посуды и других товаров для дома. Это рассматривалось в основном как женская территория: заголовок Троцкого Вопросы повседневной жизни (для которого Родченко представил предложенную обложку) относился к роли женщин в советском обществе, аргументируя их освобождение от домашнего рабства и введение социализированного ухода за детьми. .
Политическая реклама и просвещение
Родченко и Попова изготовили пропагандистские и просветительские плакаты.Большевики признали важность смело разработанных визуальных материалов для получения поддержки своих идей, особенно с учетом низкого уровня грамотности в царской России.
Среди проектов Родченко была серия плакатов, иллюстрирующих историю большевистской партии с использованием архивных изображений, отрывков из газет и других документов. Вместо того, чтобы навязывать всеобъемлющее повествование, дизайн Родченко побуждает зрителей погрузиться в исторический материал, проанализировать свидетельства и сделать свою собственную оценку.
В этот раздел также включены плакаты-слоганы, разработанные Поповой как проектируемые элементы для Земля в суматохе 1922–3 , театрального сотрудничества с Мейркхольдом. Постановка должна была стать визуальным эквивалентом пропагандистского плаката с монтажом политических цитат, партийных лозунгов и отрывков из фильмов, содержащих идеологический комментарий к действию.
Александр Родченко | MoMA
Когда первый директор Музея современного искусства Альфред Х.Барр-младший познакомился с Александром Родченко во время его поездки в Москву в 1927 году — когда англоязычный историк искусства впервые посетил Советский Союз за годы, прошедшие после революции в России, — он написал: «Родченко показал нам ужасающее разнообразие вещей. — Картины супрематизма (которым предшествовали самые ранние геометрические объекты, которые я видел, 1915 год, выполненные с помощью компаса) — гравюры на дереве, разрезы линолеума, плакаты, книжные конструкции, фотографии, декорации в кино и т. Д. [Он] выразил большое удовлетворение, нанеся смертельный удар живописи.Родченко объявил о смерти живописи в 1921 году, когда на выставке были представлены три монохромные картины — «Чистый красный цвет», «Чистый желтый цвет» и «Чистый синий цвет» вместе с работами других русских художников Варвары Степановой, Александры Экстер и Любови Поповой. , и Александр Веснин. В этих работах Родченко подчеркивал материальные качества картин, применяя три основных цвета таким образом, чтобы обращать внимание на их суть как материю. «Я свел живопись к логическому завершению и выставил три полотна: красный, синий, желтый», — заявил он.«Я подтвердил: все кончено. Основные цвета. Каждый план — это план, и представления больше не должно быть ».
Отказавшись от живописи, Родченко обратил внимание на слияние искусства с жизнью. Он стал одним из основателей Рабочей группы конструктивистов в 1921 году, которая определила создание искусства как форму профессионального опыта и труда, как и любой другой, а не как духовное призвание. Используя материалы и инструменты архитектора или инженера — циркуль, линейку и фанеру — он в 1921 году создал серию пространственных конструкций, которые были подвешены к потолку.Создав эти круглые конструкции, он отказался от помещений традиционной скульптуры — массы, пьедестала и драгоценных материалов — в пользу открытых объемов, сделанных из повседневных материалов, таких как проволока и фанера. Его пространственные конструкции были включены наряду с работами ведущих художников-конструктивистов Карела Иогансона, Георгия и Владимира Стенбергов и Константина Медунецкого на выставке, организованной ОБМОХУ в мае 1921 года в Москве. В 1930 году Родченко преподавал строительство и слесарные работы во ВХУТЕМАСе ( Высшие художественно-технические мастерские, ), российском эквиваленте немецкого Баухауза.
В середине 1920-х Родченко обратился к другим медиа, включая графический дизайн, книжную иллюстрацию и, прежде всего, фотографию. Во время поездки в Париж в 1925 году он купил ручную камеру, которая позволила ему легко экспериментировать с композицией изображений. Он создал мир с новой точки зрения — сверху, снизу и под другими неожиданными, острыми углами, — побуждая зрителя увидеть знакомые вещи по-новому. Его фотографии и фотомонтажи широко публиковались в таких авангардных изданиях, как LEF и Новый LEF , а также в государственных изданиях Советское фото и СССР в строительстве .В начале 1930-х годов он использовал фотографию как инструмент социального комментария, критически отображая несоответствие между идеализированным и пережитым советским опытом. Создаваемые им образы контрастировали с социалистическим реализмом, который был объявлен официальным стилем искусства в Советском Союзе в 1934 году. Советские критики сочли Родченко предпочтением сахаристых изображений позитивных, героических и идеализированных предметов, не обремененных испытаниями и невзгодами повседневной жизни. фотография временами слишком формалистична.Тем не менее, он продолжал находить поддержку за рубежом, участвуя в выставках Film und Foto: Internationale Ausstellung des Deutschen Werkbunds в Städtische Ausstellungshallen в Штутгарте, Fotomontage в Staatliche Kunstbibliothek в Берлине, Cubism and Abstract Art (1936). Абстрактная живопись: формы вещей (1941) в МоМА и Mezinárodní Výstava Fotografie в выставочном зале Manes в Праге. Родченко умер 3 декабря 1956 года в Москве.
Вступительное слово Ксении Нурил, научного сотрудника C-MAP по Центральной и Восточной Европе, Департамент фотографии, 2016
Андерсон Креатив | Графическая история: «Леди Родченко»
Второй этап нашего путешествия по Файдону приводит нас к российскому пропагандистскому плакату «Книги», созданному Александром Родченко. (Перейдите по ссылке, чтобы прочитать вводный блог, посвященный мысли, лежащей в основе этой серии, «История графики»).
Теперь я знаю, что когда вы слышите слово «пропаганда», вы можете немного нервничать, оглядываться через плечо и готовить свой здравый, вольнодумный разум против Человека, пытающегося промыть вам мозги, но этот маленький дидди был на самом деле для бесплатных книг.Слово, которое кричит здесь прекрасная Лиля Брик, — это «книги», что переводится как «книги». В остальной части послания говорится «для всех отраслей». Сам плакат был построен в разгар русской революции Владимира Ленина, который нуждался в его работе. чтобы классовый пролетариат стал грамотным и образованным после государственного свержения буржуазии. Это второй шаг на пути к коммунизму и окончательному обретению государством полной власти. Итак, хотя мотивация была немного туманной, вы не можете ненавидеть бесплатную литературу.Мы не будем углубляться в вероятный партийный характер упомянутой литературы
..
.
.
Сам человек
Александр Родченко был российским дизайнером, скульптором, графическим дизайнером и художником, который в этот период стал самым известным благодаря своей фотографии и авангардным фотомонтажам.
Александр Родченко, 1891-1956
Какое-то время он был прекрасным примером преданного коммуниста советской эпохи, который страстно верил в важность искусства для общества.Он воспринял фотографию как идеальное средство реализации своих стойких конструктивистских принципов, которые диктовали, что искусство должно использоваться как инструмент для социальных целей.
Отрывок из рецензии Ричарда Мосса на выставку работ Родченко «Революция в фотографии».
Большая часть его величайших работ была заказана для рекламы государства, для продвижения своих программ. Революция в то время, конечно, казалась Родченко и многим его современникам благоприятной для разрушения классовых систем и осуществления необходимых изменений.Однако в конце концов истинная натура большевиков (партии Ленина) пошатнулась, и они обратились против своих верных авангардистов. Родченко в конце концов вернулся к живописи в результате этого предательства со стороны государства и, конечно же, всех других ужасных вещей, которые произошли.
.
.
.
Искусство в стадии строительства
Родченко считается одним из отцов конструктивизма, зародившегося в конце ХХ века.Целью конструктивизма было лучше проиллюстрировать изменения и цели современной жизни в России. Основное внимание было обращено на построение, а не на композицию произведения. Никто не манипулировал своими материалами, чтобы создать или облегчить дизайн. Вместо этого материалы и их свойства определяли направление работы.
Объекты должны были создаваться не для того, чтобы выразить красоту или мировоззрение художника… а для проведения фундаментального анализа материалов и форм искусства, который мог бы привести к созданию функциональных объектов.Конструктивистское искусство часто преследовало цель продемонстрировать поведение материалов — например, спросить, какими различными свойствами обладают такие материалы, как дерево, стекло и металл. Форма, которую могло бы принять произведение искусства, будет определяться его материалами… Заботясь об использовании «реальных материалов в реальном пространстве», движение стремилось использовать искусство как инструмент для общего блага, что во многом соответствовало коммунистическим принципам нового времени. Русский режим.
Отрывок из «Обзор и анализ движения конструктивизма» Трейси Нг.
Родченко произвел революцию в мире фотографии с этим мышлением.Его личный лозунг «Наш долг — экспериментировать» отбросил все старые правила и способы в окно. Он наиболее известен тем, что использовал нетрадиционные и экстремальные углы, теперь известные как «углы Родченко», и ракурсы (заставляющие вещи казаться намного ближе, чем они есть на самом деле) для создания динамических изображений и задержки распознавания. Он писал: «Нужно сделать несколько разных снимков предмета, с разных точек зрения и в разных ситуациях, как если бы он рассматривался во время раунда, а не снова и снова просматривал одну и ту же замочную скважину.Родченко хотел, чтобы его работы отражали то, как мы на самом деле видим мир в реальной жизни. Внизу, вокруг, внизу, сверху, рядом.
Он также знал, как манипулировать своими фотографиями, чтобы подчеркнуть истинно человеческие элементы своих снимков. Он использовал резкие контрасты в своих портретах повседневной жизни рабочего класса и успешно создал собрание работ, которые понимали и воплощали среднестатистического россиянина.
Стиль фотомонтажа
Родченко сочетает утилитарные элементы фотографий и типографики с современными яркими цветами и геометрическими формами / углами.Эти крайности контраста и линий внесли движение и жизнь в его 2D-работы. Родченко создал пропаганду, которая имела смысл. Реальная жизнь, смешанная с государственными предписаниями, была хитрой и привлекательной. Вы можете увидеть влияние Родченко во многих работах лучших современных графических дизайнеров.
Само искусство
«Книги» сейчас является одним из наиболее подделываемых изображений того времени. Обложка второго альбома Франца Фердинанда «You Could Have It So Much Better» (2005) создана по образцу этого альбома.
Родченко сотрудничал с поэтом Владимиром Маяковским в написании прозы на многих плакатах и рекламных объявлениях, заказанных государством, в том числе и на этом. Маяковский также обеспечил связь со звездой этого произведения, Лилей Брик, которая была его любовницей (а также женой его друга Осипа Брика. Вступайте в пикантную, странную побочную историю. У троицы Маяковского и Бриков в итоге получился рабочий коллектив. Ситуация типа trois в течение многих лет, пока Маяковский не покончил с собой, Лиля развелась с Осипом, затем вышла замуж за одного из сталинских военачальников, но тоже для того, чтобы покончить с собой.СССР был темным местом. Я отвлекся…)
Слева направо: Осип Брик, Лиля Брик, Владимир Маяковский
Лиля Брик была музой многих художников того времени. Ее нестандартная, яркая внешность многих вдохновила. У нее было круглое лицо и большие круглые глаза, но именно ее дух дал Лиле ее истинную красоту, а тем, кто изменил мир того времени, было с чем работать. Неожиданные элементы ее темных глаз, веснушек и платка на голове создают привлекательный образ соседки.Современный день Рашида Джонс. Родченко использовал ее портреты в фотомонтажах для многих публикаций. Лиля находила отклик у людей как нетрадиционная красавица, которая была «одной из них». Странный угол Брика на этом портрете был скорректирован, а затем снова представлен с наложением линий и слов.
Экстремальные углы и конструкция Книги обусловливают появление новых бесплатных книг для широких масс. Шрифт без засечек и яркие цвета готового продукта делают его привлекательным и легко читаемым.
… дизайн типичен для визуального стиля, который Родченко разработал в своих графических работах тех лет, когда большая часть населения была полуграмотной и пропагандистские сообщения должны были передаваться просто для максимального воздействия… Для Родченко, основные абстрактные формы, фотографические образность и простые рудиментарные надписи соответствовали языку улиц…
Отрывок из архива графического дизайна Phaidon
Очевидно, что если ваша цель — заставить людей читать, вам предстоит уникальная борьба за то, как рекламировать кого-то, кто может не знать, как это сделать.Родченко использовал эстетику своего дизайна, чтобы легко передать свое послание грамотности в картинках и цветах. Это действительно суть дизайна для бренда или дела. Суть хорошего письма. Рассказывать историю самыми простыми словами. Родченко тоже умел говорить со своей аудиторией на их уровне. Его послания были лишены снисходительности или надуманного понимания. Сама Лиля мало что может сказать, но движение пьесы говорит о многом. Линии, торчащие изо рта Лили, имитируют мегафон, изгоняющий ее сообщение на улицу.
Синие, зеленые и красные, которые использовал Родченко, тоже рассказывают историю. Создавая срочность, эта комбинация традиционных цветов также внушает доверие и партийные цели. Эти цвета вызывают ощущение начальной школы, обучения и безопасности лично для меня. Я думаю, это стандартные цвета карандашей, которые вы получаете в 3 упаковках для детей в ресторане. Они являются основой, как и получение рабочего класса, чтобы стать достаточно образованным, чтобы стать правящим классом. Россия должна была начать с этого. Красное слово «книги» на плакате и красные активные области вокруг него вызывают энтузиазм по поводу этой новой программы.Темно-синий цвет, окружающий Лилю, олицетворяет знание, надежность и правду. Эта леди и государство знают, что для вас лучше, и это образование. Они не ошибаются. Несмотря на партийную мотивацию, мы все можем согласиться с тем, что знание — сила. Зеленый цвет вокруг всего говорит о безопасности, заботе и человечестве. Родченко считал, что государство повышает благосостояние его людей с помощью программ, которые они внедряют.
До следующего раза
Произведение, известное как «Книги», имеет обширную и богатую предысторию.Начиная с бурного периода прошлого России, породившего ее, до использования и создания конструктивизма и нетрадиционной музы Лили Брик, «Книги» обладает отличными качествами. Мне повезло, что я наткнулся на гений Александра Родченко и его инновации в области фотографии, фотомонтажа и графического дизайна. Какой урок искусства преподнес нам на этой неделе наш вездесущий Архив графического дизайна Phaidon. Обязательно загляните в следующие несколько недель, чтобы узнать о следующем этапе этого путешествия с современной и удивительной немецкой рекламой о страховании (на фото ниже).Вы будете удивлены, как весело мы с ним повеселимся. До следующего раза…
Фотография взята из: История графического дизайна, Зигфрид Одерматт
Графический дизайн — Детские манекены — Александр Родченко 1923 | пользователя Freya Collie | ФГД1 Архив
«Детские пустышки», созданные Александром Родченко и Владимиром Маяковским в 1923 году, представляли собой уникальный агитационный плакат в стиле рекламы детских пустышек. Родченко, русский художник, и Маяковский, русский и поэт-футурист, работали вместе на протяжении 1923–1928 годов во время восстановления Советской республики после Первой мировой войны и гражданской войны.
Стих Маяковского примерно переводится как «Лучших манекенов нет. Соси их до старости. Продается везде ». Этот стих звучит очень грубо и резко для рекламы детских товаров, что необычно, поскольку вместо этого вы обычно видите детские стишки или мягкие стихи. Это помогает передать идею о том, что на самом деле это не реклама, а пропагандистский плакат.
Этот плакат был создан в футуристическом и кубистическом стиле, который был революционным в то время и объединился, чтобы помочь создать движение под названием конструктивизм, созданное в России, в котором Родченко был большой частью, вместе с Владимиром Татлиным, основатель.
Настоящий плакат присоединился к обилию пропагандистских плакатов, создаваемых в то время в России, но так отличался от других типичных провоенных плакатов. «Детские пустышки» — это ребенок в стиле кубизма, сделанный из простых форм и четко разделенных цветов. Младенец изображен с гранатными штырями и патронами во рту, с закатанными глазами и острыми заостренными пальцами, что придает ему действительно гротескный и мрачный вид.
Этот плакат противоположен другим плакатам своего времени, поскольку на многих типичных плакатах изображены нормально выглядящие люди, обычно женщина или женщина и ребенок, оба плачущие, предлагая мужчинам вступить в армию, чтобы сражаться за свои семьи.«Демонический военный ребенок» с гранатами и пулями в улыбающемся рту наводит на мысль, что ребенок счастлив, когда его кормят «питательными веществами» войны. Он наводит на мысль, что войны в России создают этих детей-монстров, которые становятся нечувствительными к идеям насилия и смерти, а плакат так явно противоречит идее войны.
Другая идея состоит в том, что гранаты во рту ребенка символизируют то, что русские заставляют замолчать войну, поскольку она лишает их возможности высказаться за себя.Этот плакат — огромная критика войны.
Родченко был большим сторонником русской революции и был ведущим художником-большовиком, но он разочаровался в том, чем стала революция и что поддерживало его начальство, и выразил это в своем плакате. Цель этого плаката заключалась в том, чтобы выразить его взгляды и разочарование в революции, которую он так долго поддерживал. Это был политический жест и заявление, и я думаю, что, несмотря на различия в типичных плакатах того времени, он действительно хорошо работает, чтобы получить реакцию людей.
Его работа действительно была очень похожа на эту. Это произошло из той же идеи создания простой рекламы с более глубоким смыслом. Большинство из этих более глубоких значений связано с его мнением о войне и СССР, на примере «Добролота», рекламного плаката, призывающего людей покупать акции российской авиакомпании «Добролет». Текст на плакате гласил: «Добролет создает коммерческие самолеты. И они являются основой роста СССР ». Этот плакат явно был создан до «Манекенов», как вы можете видеть его мнение об изменениях в войне.Он переходит от попыток убедить людей финансировать это, чтобы показать это как ужасную вещь, создавая детей-монстров в своей стране. В его работах также обычно используются два «основных» цвета и черный цвет.
Идея чрезвычайно простого графического плаката возникла потому, что в то время это было необходимо в России. Россия была крайне неграмотной страной, где мало людей умели правильно читать и хорошо писать. Это означало, что дизайн нужно было упростить и запутать несколькими словами.Я думаю, что именно поэтому его плакат так успешен: его простой плакат с таким прямым и точным заявлением сильно контрастирует с плакатами, которые есть в Британии сегодня. Он создает такой неизвестный постер в другом стиле, и я думаю, поэтому он работает. Цвета также помогают привлекать внимание, а странная графика ребенка также способствует привлечению внимания публики.
Пропаганда и искусство после русской революции, часть вторая
Александр Родченко (1891-1956)
Фотомонтаж
ПлакатАлександр Родченко (1891-1956), формально художник, ушел из живописи в 1921 году и стал дизайнером плакатов, ставших культовыми для короткого периода фаворитизма и свободы.Патриот, верный этой новой России, он заявил, «У нас было видение нового мира, промышленности, технологий и науки. Мы одновременно изобрели и изменили мир вокруг нас. Мы создали новые представления о красоте и переосмыслили само искусство ». В 1923 году он поддержал серию плакатов ленинской новой экономической политики. НЭП был временным решением послевоенного восстановления производства, которое позволило частным предприятиям существовать наряду с государственными предприятиями. Родченко, ныне один из художников-конструктивистов, работающих на благо государства, создал серию плакатов, восхваляющих достоинства государственного производства.Эти постановки, как и его афиши к фильмам, были сложными и отражали принципы организации художников, которые идентифицировали себя как Левый фронт искусства, членом которого был Родченко, наряду с Сергеем Эйзенштейном и лидером группы, поэтом Владимиром Маяковским. Художники, в том числе режиссер и теоретик литературы, издали журнал LEF с 1923 года, который в период с 1927 по 28 год стал Novyi Lef (New Left), все обложки которого были созданы моим Родченко. LEF был ответом на просьбу правительства, чтобы художники присоединились к НЭПу, в котором участвующие художники писали о связях между прогрессивным искусством и левой политикой.Список представлял собой внушительный список видных российских интеллектуалов и художников, в том числе лидера поэта Владимира Маяковского, режиссера Сергея Эйзенштейна, режиссера Всеволода Мейерхольда и писателя Сергея Третьякова, которые заявили, что артисты хотели «постановки спектакля. новый человек через искусство ». Все художники Русской революции и ее последствий были убеждены, что новый образ жизни требует новых форм, отражающих морские изменения. Используя новые формы, обозначения новых идеологий, пришедших на смену старым способам мышления, искусство могло посылать трансформирующие сообщения, которые действовали через участие зрителя.Плакаты и дизайн средств массовой информации Родченко были выложены с намерением привлечь читателя и предложить ему визуальное и идеологическое, если не поучительное послание.
ЛЕФ крышка Родченко
Одна из самых важных теорий для этой группы заключалась в том, что революционное искусство требует участия зрителя, а это означает, что аудитория училась и обучалась в процессе рассмотрения визуальных образов. Эйзенштейн, например, использовал монтаж, монтаж в своем фильме « Броненосец Потемкин » так же эффективно, как Родченко в своих плакатах.Нарушая кинематографическую практику постоянного просмотра серии движущихся картинок, Эйзенштейн вырезал сцену с взаимодействующими изображениями, переросшую в интенсивную деятельность, призванную вовлечь зрителя в его историю казачьей резни невинных мирных жителей во время восстания 1905 года. Последовательность «Одесские ступени» до сих пор остается одной из самых длинных и продолжительных последовательностей редакций, привносящих новый визуальный словарь динамизма и неистового ритма в некогда уравновешенную среду. Хотя группа LEF отстаивала свою политику как художников левого авангарда против более традиционных художников, работающих на Революцию, работа, проделанная Родченко, была в своем роде скромной.Его проекты, как и работы Эйзенштейна, представляли собой монтаж произведений и изображений, оформленных в манере, напоминающей футуристические и дадаистские композиции, чтобы превозносить достоинства советских самолетов и советского печенья, очаровательно названного «Красный Октябрь», и советских карамель, забавно под названием «Наша индустрия» и пиво. Эти в остальном приземленные предприятия управлялись государством и поэтому заслуживали внимания Родченко.
Дизайн печенья Красный Октябрь
Помимо потрясающей упаковки карамель и знаменитого плаката революционного печенья, его самый известный плакат, вероятно, является рекламой государственного издательства Ленгиз с обещанием, что фирма продает «книги по всем отраслям знаний».На этом плакате 1925 года для Ленинградского отделения государственного издательства «Госиздат» изображена красивая русская работница с свежим лицом, молодая женщина с косынкой, закрывающей короткие вьющиеся волосы. Ее рука поднесена к открытому рту, и она радостно кричит. Указывая на то, что ее рука — это мегафон, вправо вылетает треугольник из расширяющихся букв. В отличие от обычно приглушенных тускло-оранжевых и черных цветов большинства своих плакатов, Родченко использовал сильные красный и зеленый — дополнительные цвета, которые активировали взгляд.Черно-белая фотография женщины, приглушенная синим цветом вокруг лица, прибивает плакат к новостям дня, к революционному настоящему. Она призывает своих товарищей прийти и почитать, и, в процессе, получить образование в этом государственном информационном агентстве. Образование считалось необходимым для политического обращения отсталого крестьянства и неграмотного пролетариата к новой коммунистической философии, а это означало, что грамотность, обучение населения чтению, было основной целью коммунистического правительства.Плакаты, являвшиеся частью более широких агитационных кампаний, считались критически важными для преобразования неграмотных масс в рабочих, которые чувствовали себя уполномоченными.
Родченко. Государственное издательство
С самых первых лет нового Советского правительства искусство было важным оружием на службе вечной революции. Типографии, которые когда-то выпускали книги или журналы, временно простаивали, пока красные боролись с белыми, а это означало, что массовые плакаты должны были говорить за большевиков или красных.Возможно, из-за того, что они были поддержаны союзными войсками, Америкой, Великобританией и Канадой, у белых не было сравнимой агитпропаганды, к которой можно было бы обратиться. Большевики мобилизовали общественную поддержку до тех пор, пока, наконец, в 1921 году гражданская война не закончилась, и Красная, цвет революций повсюду со времен Французской революции, не одержала победу. В отличие от белых, которые боролись за более привычный статус-кво, красные обещали новый мир и новое будущее, и у них было сильное послание. В течение 30-х годов непрерывный поток плакатов, расклеенных повсюду, отправлял одни и те же сообщения, повторяя историю революции, освобождения и подъема героических рабочих.Так же, как основной посыл обещаний коммунизма, сами плакаты должны были разделять похожие визуальные темы, основанные на объединяющем цвете и общем художественном языке. В первые годы, еще до того, как была утверждена доктринерская формула, бывшие художники-авангардисты и получили от правительства возможность экспериментировать с новой визуальной лексикой, циркулирующей в Европе — идеями из Германии и Швейцарии, смешанными с конструктивизмом в России, — возвращенными в прошлое. и из Баухауза и Де Стейл.Учитывая разрушения Великой войны, этот творческий расцвет был поразительным контрастом с вполне реальными экономическими трудностями и политической борьбой в Германии и России, но в течение 1920-х годов искусство и идеи свободно пересекали границы. Довоенный супрематизм с движущимися по холсту парящими геометрическими фигурами в футуристическом стиле, разработанный Казимиром Малевичем, был переведен на графический язык. Абстрактные формы стали носителями изображений и слов. Населению — массам, которые были целевой аудиторией агитплакатов, требовались простые слова или фразы и легко узнаваемые изображения.
Эль Лисицкий. Победить белых красным клином (1919)
Например, один из самых мощных и впечатляющих дизайнов периода гражданской войны, Beat Whites с помощью Red Wedge 1919 года, был именно тем, что он сказал: красный треугольник, длинные и острые побеги слева и фаллически пронзающий пассивный белый круг, вырезанный из черного поля справа.Художник Эль Лисицкий (1890-1941) разбросал слова, завершая дизайн, позволяя конкурирующим формам подразумевать войну с осколками красных осколков, разбросанных по белым полям в потоке цветов. Однако зрителю, знакомому со стилями avant-garde было легко перевести это абстрактное изображение, необразованный человек был бы озадачен. Решение проблемы визуального перевода, разработанное Родченко, состояло в том, чтобы вставить фотографические изображения в то, что было супрематистскими формами, преобразованными в конструктивистскую идеологию.Фотомонтаж прибыл из Германии в Россию, где он был перепрофилирован и повторно использован менее радикальным и более прямым способом. Работая инженером с безличной точностью по указанию клиента, революции, бывший художник как бы выдвинул на задний план — авангардных стилей и выдвинул на первый план знакомые фотографии, которые имели то преимущество, что они были документами и носителями истины.
Варвана Степанова. Через красно-белые очки (1924)
Таким образом, в отличие от его собственной фотографии New Vision, изображения, которые Родченко использовал для своих плакатов и обложек журналов, были обычными и легко понимаемыми, ориентированными на массовую аудиторию, нуждающуюся в прямом общении.Чем его плакаты отличались от своих предшественников, гравюр на дереве РОСТА, так это отказ от русской традиции в пользу использования немецкой практики политической критики — фотомонтажа — и превращение ее в символ современного искусства, мобилизованного современной модой для новая форма СМИ. Эти тщательно разработанные фотомонтажные плакаты, созданные для того, чтобы привлекать внимание и быть разборчивыми, использовали мощное сочетание слов, букв и цветных сегментов и узоров. Некоторые из этих классических пропагандистских плакатов, разработанные женой Родченко Варварой Степановой (1894–1958), стали уникальным вкладом в дизайн плаката avantgarde .Плакаты Баухауса, как правило, не содержали фотографии, а немцы использовали фотомонтаж как политическое оружие против правительства .
Родченко. Постер к фильму Cine-Eye ( Кино глаз ) Дзиги Вертова (1924)
Верная служба Родченко Советскому Союзу не помогла ему, хотя он также отдал свое время и таланты Сталина в 1930-е годы. Однако по мере того, как Советский Союз становился более нормализованным, теряя свои революционные преимущества, правительство сосредоточивалось на консолидации власти под управлением одного человека при одновременном перекачивании власти из «советов» или местных советов.После смерти Ленина и кончины первых революционеров Сталин и его окружение не сочувствовали изощренному искусству, которое не могло быть легко прочитано массами. Несмотря на свой вклад в советское искусство в период становления республики, Родченко и Степанова прожили последние десятилетия своей жизни во время и после Второй мировой войны в относительной безвестности. По сравнению со своими коллегами им повезло.
Если вы нашли этот материал полезным, пожалуйста, сообщите
Др.Жанна С. М. Виллет и Art History Unstuffed.
Спасибо.
[адрес электронной почты защищен]
Александр Родченко — Русская фотография
История русского конструктивизма во многом обязана творчеству художника и теоретика Александра Родченко (1891–1956). Будучи особенно плодовитым в 1920-е годы после русской революции, Родченко был глубоко убежден в объединении эстетики, политики и повседневной жизни.Он работал в средствах массовой информации — создавал рекламу со смелым формалистическим визуальным языком, фотографии, отражающие новый философский подход художника к восприятию, и политически заряженный театральный дизайн для самого радикального театрального режиссера Москвы Всеволода Мейерхольда.
Александр Родченко родился в 1891 году в Санкт-Петербурге. В 14 лет он с семьей переехал в Казань, где поступил в Казанское художественное училище. Здесь он познакомился с художницей Варварой Степановой, с которой женится и будет работать всю оставшуюся жизнь.В 1914 году супруги переехали в Москву, где Родченко поступила на графическое отделение Строгановского училища прикладного искусства. В следующие полдесятилетия эстетическая практика Родченко будет быстро развиваться; в то время как одним из первых источников вдохновения он считает театральные рисунки в стиле модерн из «Мир искусства» , к 1915 году Родченко занял место в московских футуристических кругах. В 1916 году экспонировал свои работы на выставке футуристов Magazin (магазин) в Москве, организованной Владимиром Татлиным.В течение следующих нескольких лет на Родченко большое влияние оказали супрематические произведения Казимира Малевича, который отказался от фигуративного изображения в своих новаторских картинах с плоскими цветовыми плоскостями, такими как Черный квадрат. В 1918 году Родченко создал вдохновленную Малевичем серию беспредметных картин, изображающих округлые формы на холсте, которые передают чувства динамизма, движения и полета. Его серия необъективных картин также проложит путь для его будущего вклада в область конструктивизма.
Дискуссии в ИНХУКе (Институте художественной культуры) в 1920 году, в которых участвовали Варвара Степанова, Владимир Татлин, Эль Лисицкий, Любовь Попова, Владимир Штеренберг и другие, послужили катализатором серьезной преданности Родченко конструктивизму. Художники и теоретики ИНХУК работали над достижением консенсуса в отношении определяющих характеристик конструктивизма и того, как лучше всего применить их к искусству и культуре зарождающегося советского общества. Хотя работы этого периода эстетически напоминают беспредметные картины Малевича, они социально обоснованы, и художники считали, что их работы вдохновят их на большевистское мировоззрение.Осенью 1920 года Родченко начал преподавать принципы конструктивизма на курсах «Строительство» и «Графическое построение плоскости» во ВХУТЕМАСе (Высшие государственные художественно-технические студии) в Москве. Во время учебы в школе Родченко отворачивался от своей абстрактной беспредметной работы и начинал изучать области коллажа и фотографии.
В 1923 году Родченко объединился с наиболее экспериментальными конструктивистскими теоретиками, художниками и дизайнерами того времени, чтобы основать журнал Left Front of Arts (LEF) .В статьях, произведениях искусства и стихах авторы исследовали способы, которыми искусство могло выражать большевистские идеи через формалистические принципы и продвигать новую социалистическую культуру. Родченко создавал обложки сначала с помощью фотомонтажа, а затем с помощью фотографии. Одним из самых успешных проектов Родченко, появившихся в LEF , был фотоколлаж 1923 года, который он специально разработал для сопровождения текста стихотворения Владимира Маяковского «Про это» (Об этом).Маяковский написал стихотворение своей музе и возлюбленной Лили Брик. Для проекта Родченко наклеил портрет Лили Брик, смотрящей прямо в камеру пронзительными глазами, поверх синего, гуашевого заголовка. На других страницах фотографии двух влюбленных сочетаются с часто удивительными или юмористическими сопоставлениями: сопровождая строчку «и снова / стены пылающей степи / кольцо и знак в ухе с двумя шагами», Родченко вставил лицо Лили Брик среди изображений вестерна. декаданс, такой как пара фокстрот, виски и сигары.
«Про Это» было одним из многих совместных проектов Маяковского и Родченко в области графических работ, особенно плодотворных в области рекламы. В 1923 году государственное рекламное агентство «Моссельпром» наняло эту дуэт для создания плакатов, рекламирующих спонсируемые государством предметы домашнего обихода, такие как столовое масло и хлеб. В каждом из этих плакатов слоган создал Маяковский, а коллаж — Родченко. Их сотрудничество распространилось даже на сферу букмекерства: примерно в 1924 году Родченко создал серию портретов Маяковского и включил их в коллаж для задней обложки книги Маяковского «» Разговор с налоговым инспектором о поэзии «».В коллаже создается впечатление, будто голова Маяковского превратилась в Землю, а вокруг него причудливо летают самолеты.
Портреты Родченко 1924 года с Маяковским и другими, такими как теоретики Осип Брик и Варвара Степанова, сыграли важную роль в его будущих экспериментах в области фотографии. Это были его самые первые однокадровые фотографии. Через фотографию Родченко адаптировал свое формальное художественное образование для журналистики. В 1925 году, через год после того, как он написал свои первые портреты, Родченко был нанят фотожурналистом в самые известные фото-журналы и газеты Советского Союза, среди которых Огонек, Экран Рабочей Газеты и Тридца Дней .Занимаясь в первую очередь фотографией, Родченко продолжал вводить новшества в области графического дизайна, в первую очередь посредством таких произведений искусства, как плакат 1924 года к фильму Kino Glaz и плакат 1925 года к линкору Potemkin.
Событием 1925 года для Александра Родченко стала его четырехмесячная поездка в Париж. Родченко, наряду с Давидом Штеренбергом, Константином Мельниковым и другими, участвовали в Парижской международной выставке декоративного искусства и индустрии современного искусства, павильонах которой демонстрируют работы зарубежных художников, а также в архитектуре, графическом дизайне и рекламе.Родченко предоставил модель рабочего клуба, состоящего из общего стола, книжной стойки, освещения и плакатов, которая продемонстрировала эффективное использование пространства, а также идеалы организации и продуктивности. Во время поездки в Париж Родченко также приобрел легкую 35-миллиметровую камеру Sept, которая позволяла ему делать фотографии с разных ракурсов и ракурсов, что имело решающее значение для определения его эстетической философии. Несмотря на эти успехи, Родченко выражал свой глубокий скептицизм по отношению к парижской жизни и культуре в своих почти ежедневных письмах, которые он писал Варваре Степановой.Некоторые из этих писем были опубликованы в издании Новый левый фронт искусств (Новые ЛЕФ), , выходившем с 1927 по 1928 год и для которого Родченко часто писал.
Вернувшись из Парижа и вооружившись своей легкой 35-миллиметровой камерой, Родченко начал серьезно экспериментировать с перспективами, ракурсами и ролью камеры в изменении восприятия. В своей фотосессии 1925 года «Дом на Мясницкой» Родченко сфотографировал свой многоквартирный дом как с высоты птичьего полета, так и с высоты птичьего полета.Статья Родченко «Направление современной фотографии» в августовском номере журнала Новые LEF за 1928 год объясняет философию, лежащую в основе его эстетической практики. Он писал, что «Чтобы научить человека видеть со всех точек зрения, необходимо фотографировать обычные, хорошо известные объекты с совершенно неожиданных точек зрения и в неожиданных положениях, а также фотографировать новые объекты с разных точек зрения, тем самым создавая полное представление о мире. объект . . . Мы не видим то, на что смотрим.Мы не видим чудесных перспектив — ракурса и расположения предметов ». (Родченко, «Эксперименты для будущего», стр. 211–12.) Родченко считал, что его необычная манера запечатлеть мир может также раскрыть понимание структур, которые управляют реальностью и стимулируют социальное сознание. Его фотографии на Мясницкой улице в следующем году будут опубликованы в журнале « Советское кино ».
Участие Родченко в выставке 1928 года « Десять лет советской фотографии» отражает его новаторский подход к области фотографии.Фотографии были поданы на конкурсной основе, и в жюри конкурса входили художественная фотография, документальная фотография и секция науки и технологий. Родченко представил шесть фотографий, в том числе «Мать» и «Квартал Вхутема, вид сверху», но в категории фотожурналистики. Это решение отражало его «конструктивистскую позицию, отвергающую художественную, пикториалистскую фотографию в пользу технологической, утилитарной среды» (Вольф, «Контекст раннесоветской фотожурналистики», 8).Фотография была плохо воспринята критиками, которые осудили субъективное присутствие Родченко на фотографии. Тем не менее Родченко был награжден призом за изобретение нового жанра — «технической фотографии» — смешения документальной и художественной фотографии.
В том же году Альфред Х. Барр-младший, который станет будущим директором-основателем Музея современного искусства, посетил Москву в рамках модернистского турне по Европе. Глубоко заинтересовавшись русским конструктивизмом, Барр нанес визит Родченко и его жене Варваре Степановой.В осенней статье 1928 года для публикации Transition Барр писал о членах ЛЕФ, включая Родченко, «их дух рациональный, материалистический; их программа агрессивно утилитарная. Они презирают слово эстетический и избегают богемного значения слова «художественный». Для них теоретически отвратителен романтический индивидуализм ». Барр вернется в Соединенные Штаты с впечатляющим количеством произведений Родченко и его жены, которые войдут в будущую постоянную коллекцию Музея современного искусства и помогут укрепить их наследие в истории международного модернизма.
После визита Барра Родченко подтвердил свою позицию одного из лидеров авангардной фотографии, когда он стал директором фотоотдела группы October. В его состав вошли Борис Игнатович (позднее выступивший в роли режиссера), Б. Богдан, Л. Бать, А. Шишкин, Абрам Штеренберг, Елизар Лангман, Г. Йосса, Л. Смирнов и другие. Группа поделилась целью улучшить качество фотожурналистики и способствовать экспериментированию в фотографии. Родченко продолжал работать директором до своего исключения в 1932 году; Партия полностью распустила организацию в течение следующих нескольких месяцев на фоне своих усилий по ликвидации независимых художественных организаций.
В течение следующего десятилетия Родченко отпал от благосклонности партийных чиновников, хотя он продолжал производить фотографии и графический дизайн для различных изданий, в первую очередь СССР в строительстве . Опубликован на международном уровне и переведен на английский, французский и немецкий языки, СССР в строительстве был разработан Родченко, Эль Лисицким и Варварой Степановой. Родченко сотрудничал со своей женой над многими выпусками журнала, такими как выпуск 1935 года о Казахстане и парашютном спорте, выпуск 1936 года об импорте древесины, выпуск 1938 года о канале Москва-Волга и выпуск 1940 года о Маяковском.
Во время кратковременной эвакуации в 1941 году из-за Второй мировой войны Родченко и его семья благополучно вернулись в Москву в сентябре 1942 года. Он продолжал работать над графическим дизайном, фотографией и театральными декорациями до своей смерти в 1956 году.
Цитируемые работы :
Лаврентьев Александр. Александр Родченко: Эксперименты на будущее: дневники, очерки, письма и другие сочинения. Нью-Йорк: Музей современного искусства, 2005.
Волк, Эрика. «Контекст советской фотожурналистики, 1923-1932 гг.»Zimmerli Journal, 2004, vol. 2. pp. 106-117
»Барр-младший, Альфред Х. «ЛЕФ и советское искусство». Переход, осень 1928 г., вып. 14. С. 267-270
Родченко 120 Плакат Кампания — Плакат Территория
2012 год стал годом 120-летия великого художника-авангардиста Александра Родченко.
В честь этого события Российская академия графического дизайна совместно с Московской биеннале графического дизайна «Золотая пчела» (участник Icograda) запустила памятную акцию «Родченко 120».Это знаковое мероприятие проводилось в форме выставок плакатов с целью изучения влияния русского авангарда на мир искусства. Выставки проходили на протяжении 2012 года в городах по всему миру. Чикаго, Мексика, Индианаполис, Париж, Пуэбла, Тайбэй, Москва, Тегеран — вот лишь некоторые из них.
Рекламная кампания Родченко 120, Москва
Александр Родченко был одним из самых разносторонних художников-конструктивистов и продуктивистов, появившихся после русской революции.Прежде чем заняться фотомонтажом и фотографией, он работал художником и графическим дизайнером. его фотография была социально увлеченной, формально новаторской и противоположной живописной эстетике. Большая часть работы графических дизайнеров 20-го века является прямым результатом более ранней работы Родченко в этой области. его влияние было настолько сильным, что было бы почти невозможно выделить всех дизайнеров, на работу которых он оказал влияние. Для художников русской революции радикальный поступок Родченко был полон утопических возможностей.Это ознаменовало конец станковой живописи — возможно, даже конец искусства — наряду с концом буржуазных норм и обычаев. он расчистил путь для начала новой русской жизни, нового способа производства, новой культуры.
«Родченко 120». Экспозиция состоит из плакатов, созданных ведущими российскими графическими дизайнерами современности, среди которых:
Эрик Белоусов / Владимир Чайка / Александр Фалдин / Юрий Гулитов / Игорь Гурович / Евгений Добровинский / Эркен Кагаров / Дмитрий Кавко / Елена Китаева / Александр Лаврентьев- Родченко / Андрей Логвин / Дмитрий Рекин / Тагир Сафаев / Андрей Шелутто / Юрий Сурков / Протей Темен / Борис Трофимов / Дмитрий Захаров
Идея и куратор: Сергей Серов
Куратор в США: Ольга Северина
Евгений Добровинский
Шток Николай
Андрей Логвин
Юрий Гулитов
Дмитрий Рекин